думаю о нашем поцелуе.
В натуре экзотика. Она ведь даже целуется, не так, как все мои любовницы.
Как-то неопытно. Невинно что ли. И это при живом, пока что, муже.
Даже странно. Хотя, чего удивляться. Если этот долбоеб предпочитает ей дешевых шлюх, то вполне вероятно девочка сильно недоцелованная.
Интересно она хоть раз в рот брала? Я бы научил…
Хочу посмотреть, как ее губки обхватывают мой член.
Слегка пропихиваю кончик пальца в приоткрытый ротик, и касаюсь языка…
Глава 8. ОН
Блядь, как же я сейчас хочу вставить член в ее спящий ротик. Но, пожалуй, это не лучший способ заводить знакомство с такими нежными девочками как Лерочка. Может и испугаться.
Нехотя высовываю палец из ее рта. Поправляю член в брюках. Скоро-скоро. Она будет прыгать на мне, и с удовольствием выкрикивать мое имя своим охуенным голосом.
Поглаживаю ее тонкую шейку. Мокрая вся. Стас сказал, что это хорошо: потеет, значит температура снижается.
Оставляю девочку в покое, но лишь для того, чтобы добыть сухую одежду. Вытаскиваю из шкафа свою футболку, и возвращаюсь к кровати. На мой взгляд, сырая одежда — не полезна. Это лишь отсрочит выздоровление, а я не готов слишком долго ждать.
Сажусь на кровать, и подтянув к себе на колени спящую Лерочку, стягиваю с нее влажную футболку.
Бля… она без лифчика. Мое дыхание становится шумным и даже немного рычащим.
Кладу ладонь на плоский животик, скольжу вверх по выступающим ребрам, и останавливаюсь прямо под грудью. Сиськи у нее небольшие, но упругие, с торчащими сосками розового цвета — красиво. Невольно посасываю свой язык, как зачарованный наблюдая, как мелкие бусины набухают от прохлады.
Ебать…
— Ох, как я буду тебя трахать, моя сладкая девочка, — хриплю я, пытаясь самого себя уговорить не делать сейчас глупостей. — Только в себя приди и отвечаю, я тебя выебу так, что ты меня на всю жизнь запомнишь. Все твои сладкие дырочки опробую. Вылижу тебя всю. А потом заклеймлю своей спермой.
Сжимаю ладонь в кулак. Блядь. Я как маньяк. Сам себя не узнаю.
Пока не передумал натягиваю ей на голову свою футболку и поочередно просовываю хрупкие руки в рукава. Бля, а Стас и тут был прав. Она же прям нездорово худая. Запястье настолько тонкое, что кажется может переломиться от неосторожного движения моих грубых пальцев. Со всей осторожностью поправляю футболку, скрывая от собственного взгляда тонкий силуэт.
Укладываю девочку обратно на подушки и перемещаюсь ниже, чтобы снять с нее сырые тканевые штаны.
Сую руки под футболку и, нащупав резинку, стягиваю домашние брюки, обнажая бледные бедра.
Трусики на ней самые обыкновенные, светло-голубые, с бантиком спереди. Я признаться таких простых еще не видел на своих телках. Может поэтому ни разу еще не испытывал такое бешенное желание снять с женщины белье. Веду пальцем вдоль резинки. Вообще они тоже все мокрые от пота. Не мешало бы поменять, но в моем доме женского белья не водится. А в моих боксерах она утонет.
Долгие секунды борюсь с желанием просто снять нахуй с нее трусы. Но прекрасно понимаю, что для приличной Лерочки отсутствие трусиков при пробуждении в чужом доме может оказаться травмирующим событием, а это еще сильнее отсрочит мой секс с ней.
Подумает еще, что я что-то делал с ней, пока она спала так крепко. Настолько крепко, что кажется я действительно мог бы сейчас попытаться решить свою проблему без ее участия.
Бля, реально как маньяк, Арт… Тормози.
Моя огромная ладонь выглядит еще смуглее на ее контрастно бледном бедре. Нежно сжимаю ее кожу, слегка раздвигая худенькие ножки. Хочу влезть под резинку ее трусов. Вставить в нее свои пальцы. Чтобы узнать насколько она тесная. Хочу вылизать эту сладкую киску.
Блядь…
Никогда еще не чувствовал себя настолько одержимым. И это дико бесит.
Что не так с этой девчонкой? Какого хера она так меня из колеи выбивает? Я ведь больше ни о чем другом думать не могу. Как какое-то ебливое животное просто.
— Л-любимый, — вдруг шепчет Лера, вынуждая меня напрячься.
Глаза ее все так же закрыты. А губки подрагивают.
— Я так соскучилась, — бормочет едва разборчиво.
Подаюсь ближе к ней, чтобы расслышать все, что она говорит. И вовремя ловлю ее шепот сквозь сон:
— Поцелуешь меня?
Глава 9
С трудом разлепляю глаза. Голова такая тяжелая. Хочется продолжать спать — кровать кажется мне очень уютной. Но какая-то тревога не позволяет.
Вокруг темно и я совершенно не понимаю где я. Утыкаюсь носом в подушку. Пахнет приятно. Каким-то дорогим парфюмом. И совсем немного табаком.
Слава бросил курить недавно, поэтому пока не могу понять откуда этот запах взялся. На автопилоте поглаживаю пальцами подушку.
Слава…
Не могу сообразить почему мысль о любимом мужчине вызывает такую боль в груди. Сердце буквально заходится…
Вот черт.
Резко сажусь в кровати, одномоментно вспомнив все, что произошло.
Хватаюсь за голову. Слава… Как ты мог?!
В груди тут же зарождается тупая боль. Горло сковывает спазмом от подкативших слез.
Привыкшими к темноте глазами озираюсь по сторонам. Блин…
Дыхание сбивается от осознания ужаса ситуации. Похоже я в доме этого Артура!
Прикладываю руки к груди, и обнаруживаю на себе мужскую футболку. Боже…
Шарю руками по телу и понимаю, что на мне нет трусов…
До боли кусаю губы. Что я натворила? Что тут произошло?! Я что реально переспала с едва знакомым мужиком?! Или… он просто надругался надо мной?!
Я нихрена не помню!!!
Выскакиваю из чужой кровати. Пытаясь справиться с удушающим ужасом, озираюсь по сторонам. Этого маньяка нигде не видно. Значит нужно срочно валить, пока он не вернулся.
В окно? Выглядываю. Этаж второй. Есть шансы что-нибудь сломать. Но еще хуже то, что я нигде не вижу свою одежду.
Он выбросил ее? Или… не знаю, куда обычно девают одежду маньяки. Может он ее сжег?
Будь он адекватным человеком, он бы бросил ее в стирку. Хотя нет… будь он адекватным человеком, он бы не посмел с меня ее снимать!
Какой ужас… Какой ужас…
Невольно всхлипываю.
Что я скажу мужу?! Как объясню, что совсем не хотела ему изменять…
Стоп! Безмозглая ты курица! Нет у тебя больше никакого мужа! Есть мерзавец, предавший, растоптавший пять лет совместной жизни! Так что и объяснять никому ничего не придется!
Только самой себе. Чтобы понять, как так вышло. Чтобы разобраться, было ли это насилие, или я сама совершила глупость в беспамятстве?
И что дальше,
