плотно задвинутыми шторами карета пугала меня до судорог.
- Да но… - возмутилась я, перепугано глядя на зловещую карету. – Простите, но я…
- Прошу, дорогая! – послышался голос за спиной, а мой новоявленный муж буквально втолкнул меня в карету.
Я едва не упала, но тут же присела и забилась в самый уголок, видя, как рядом со мной присаживается одна из тех темных и таинственных личностей.
Дитрих развалился напротив меня, потеснив своего конвоира в самый уголок.
– Считай, это свадебным путешествием, - заметил он, пренебрежительно отгибая занавеску. Он посмотрел на волшебное кольцо на своем пальце, подышал на него и потер о камзол.
Чтобы отвлечься от страшных мыслей, всю дорогу я пыталась вспомнить, как наши имена могли оказаться в книге? Я помню, как в расстроенных чувствах, исповедовалась Бесподобному Елауарию, умоляя богиню любви заранее простить пару грабежей, убийств и наглый шантаж. А как по - вашему скромной швее, получающей шесть риалей в неделю, чтобы тут же отдать за аренду лавки четыре, раздобыть десять тысяч риалей на выкуп лавки?
Может, это та самая помощь богини, которую я просила?
Карета резко остановилась, а я не удержала равновесие и качнулась вперед, едва не упав между широко расставленных ног моего новоиспеченного мужа. Он удивленно посмотрел на меня, раздвинув ноги шире.
- Осторожней, дорогая, - послышался голос с притворной заботой. Он театрально осмотрелся по сторонам. – Не здесь. Дождись, когда мы останемся одни.
- Да что вы говорите! – возмутилась я, осторожно выходя из кареты. Огромный дворец тонул в ночном мраке, мерцая желтыми огнями горящих высоких окон. Откуда-то ветер принес запах цветов, похожий на запах духов. В темноте кто-то жутко кричал страшным голосом, словно рядом где-то была пыточная.
- Сюда! – грубо скомандовали нам, пока я на негнущихся от страха ногах штурмовала широкую лестницу под эти ужасающие звуки.
4.1
Я давно не была в королевском дворце, поэтому с удивлением смотрела, как сильно здесь все изменилось. Раньше он казался намного роскошней. Все вокруг было покрыто золотом. Сейчас он выглядел немного проще и скромнее. Позолота осталась только в светильниках, вензелях и дверях. Одна из таких дверей открылась, приглашая нас пройти дальше по алым коврам.
- Пропустить! – послышался голос перед нами.
Стража в полосатых желто-фиолетовых костюмах расступилась, замерев, словно статуи. Роскошные двери снова отворились, а я шагнула в гулкий холл. Ковры кончились. Под ногами была отполированная до блеска плитка.
Во дворце пахло булочками и духами. Слуги занимались своими делами, а я мысленно завидовала им. Не их же ведет тайная канцелярия!
Я разглядывала высокие потолки, щедро украшенные отвалившейся позолотой, сжимая кулаки и умоляя, чтобы на этот раз все обошлось.
- Шустрее! Перебирай ногами! – окликнули меня, пропуская в огромный пустой зал. На том конце зала виднелся трон возле которого стояли два золотых подсвечника. В отличие от торжеств и праздников, когда весь тронный зал был залит огнями и наполнен пестрыми гостями, сейчас в нем было как-то сумрачно и тихо.
На троне восседал сам король.
- Итак, - недовольным голосом заметил король, пока слуги зажигали остальные свечи. – Это что за новости?
Я впервые видела его так близко! Вместо сверкающей короны при свете свечей сверкала королевская лысина. Пока что она отлично справлялась со своими обязанностями. На короле был халат, расшитый золотом, а причесанные бакенбарды были разложены волосок к волоску.
Мне показалось, что еще недавно его величество готовилось ко сну, но срочная новость выдернула его из-под теплого одеяла.
Король был уже весьма немолод. Слегка отекший, местами обрюзгший, он слабо напоминал красавца - принца, которого до сих пор рисовали на дорогих конфетах, посвященных дню его коронации.
- Драсте, - послышался сладострастный выдох. Я с ужасом обернулась на мужа, видя, как его лицо озаряет улыбка, а в глазах вспыхивают дьявольские огоньки. Как так можно! Это же сам король!
- Как это понимать! – продолжал негодующий король, отказываясь жестом от короны, которую ему несли на бархатной фиолетовой подушке. – Передай, чтобы покормили павлинов! А то они опять орут!
Так это орут павлины? А я думала, кого-то пытают! Ну и дела!
Позади короля стоял один из мрачных представителей тайной канцелярии. Судя по очень внушительной фигуре - телохранитель. Массивный, крупный, широкоплечий. Я не видела лица, поскольку его скрывал поднятый воротник. Но огромные руки в перчатках способны были сломать шею любому в считанные мгновения. Изредка охранник многообещающе похрустывал костяшками пальцев.
– У вас был приказ! Жениться на бедной сироте Генриэтте фон Айсберг! - король хмурил брови. – Бедная, несчастная девушка целый день ждала, но вы так и не явились!
4.2
У, какой мерзавец! Я посмотрела на Дитриха, который стоял со скучающим видом и рассматривал идеально спиленные ногти.
– Генриэтта! Подойди сюда,- позвал король, явно недовольным голосом.
Огромный охранник невозмутимо сделал шаг вперед и открыл лицо. Я обалдела. Это была сурового вида немолодая женщина с маленькими черными колючими глазками, массивным носом и широкой челюстью. Вместо прически у нее была толстая коса, лежащая на огромной груди.
О том, что это все-таки Генриэтта намекал только маленький бантик на конце косы.
Генриэтта была на две головы выше меня и в три раза шире. Сжатые в кулак руки хрустнули костяшками, словно разминались перед боем.
Мне казалось, что если на нее случайно наедет карета, то пострадает только карета. Густые темные брови, которые она не выщипывала по последней моде, придавали ее лицу очень суровое выражение.
- Вы только посмотрите, как она расстроена! – послышался раздосадованный голос короля. – На ней сегодня лица нет!
Генириэтта и бровью не повела, глядя строго перед собой и замерев в постойке смирно.
- Генриэтта – надежный и проверенный человек, - продолжил сокрушаться король. – Которая способна нацелить вас и вашу газету в нужное короне русло! А ведь в последнее время вы явно отбились от рук!
- Мы с газетой не пушки, чтобы нас нацеливать. Мое почтение, о прекрасная Генриэтта, - послышался учтиво насмешливый голос позади меня. – Вы сегодня выглядите прекрасно, как никогда!
- Спасибо! – четко и громко отрапортовала «нацеливающая» Генриэтта, даже не моргнув. – Служу короне!
Я вздохнула, склонившись очень низко. Внутри что-то сжималось. Я вспомнила, как была здесь еще ребенком вместе с родителями. И теперь до ужаса боялась, что король меня узнает. Но, видимо, ему было
