Читаем без скачивания Окно в природу-2004 - Василий Песков

«В Рязанской области, на родине Есенина, у самого села Константинова есть Селецкое охотничье хозяйство. Его площадь 36 тысяч гектаров. За последние годы эта водоохранная зона вдоль Оки превращена в сплошную вырубку». П. Ливотов.

«Алтайский заповедник, чтобы выжить, разрешил строить на своей территории вдоль берега Телецкого озера туристские базы. (Что такое Телецкое озеро, надеюсь, все знают.) Толпы туристов бродят по близким и дальним заповедным местам. Более того, охранники-егеря за плату водят людей на самые богатые хариусом заповедные реки. В западной части Телецкого озера идет активная вырубка кедровых лесов, в том числе в водоохранной зоне». Геннадий Лапсин, Новосибирск.

«Земля и леса первой группы продаются под застройку администрацией Наро-Фоминска. Дают разрешение на вырубку вековых лесов, а в документах указано, что это кустарниковая растительность. Мой муж уже четыре года воюет (ходит по судам), но игнорируются все решения судов и запреты - в парке (водоохранная зона!) вырос поселок». Наталья Брундукова.

«Живописный берег Москвы-реки от санатория «Поречье» в сторону музея-усадьбы Пришвина в деревне Дунино размечен под застройку дорогими особняками. Застройщики и звенигородские чиновники наплевали на то, что это водоохранная зона живописной реки, и на то, что будет закрыт в этом месте выход людей к реке. Наконец, самое главное. В этом месте по берегу расположено городище древнего человека (ранний железный век). Археологическая ценность защищена Указом Президента России от 20 февраля 1995 года. Всё это игнорируется чиновниками, разрешившими строительство. Все наши хлопоты остановить натиск на водоохранную зону и исторический памятник европейского значения кончаются ничем. Где-то «наверху» (кем?) всё гасится». Общественный совет охраны археологического памятника «Дунинское городище» и жители деревни Дунино.

Передо мной еще стопка почтовых открыток. Много ли можно сказать на кусочке картона? Говорят главное: «Больше терпеть невозможно. С нашей судьбой никто не хочет считаться». А И. Фомина делает приписку: «Извините, что посылаю открытку, - на конверт нет денег. Вот так живем».

Есть ли в письмах надежда, что люди будут услышаны, что дело поправится? Подавляющее число писем кончается словами: «Последнее упованье на Президента. Он должен видеть, что происходит».

Неверный шаг

Президент злополучную «поправку» 10 декабря подписал. Что она собой представляет? Неподготовленный человек, с трудом прочитав эту абракадабру (видимо, так специально составлена), понять ничего не сможет. На это и расчет - толковать крючкотворство можно будет кому как угодно. Но если сказать коротко о сути принятого документа, то он разрешает переводить леса первой группы в «нелесные земли» или в леса второй группы, как не имеющие особой ценности. В одной этой строке - суть драмы. Что значит «леса первой группы»? Этот термин введен был законодательством 1943 года, летом (как раз после битвы на Курской дуге). К этой группе отнесены были леса заповедников, водоохранные леса и имеющие научное или историческое значение, леса - памятники природы, особо ценные лесные массивы, леса зеленых санитарных зон около городов, леса, закрепляющие пески. Кто скажет, что этот закон неразумен? Не найдется такой человек!

И нет среди писем в редакцию ни одного (!) послания, в котором была бы сделана попытка защитить «поправку» с явными и далеко идущими негативными последствиями. Это новое законодательство, по словам академика-лесовода Александра Сергеевича Исаева, с которым мы «поправку» тщательно анализировали, во-первых, легализует (делает как бы законным) уже всё построенное на берегах рек, озер и водохранилищ и в природоохранных лесах той самой первой группы. И второе. «Поправка» открывает ворота уже для законного захвата территорий, где ранее строительство не допускалось и не должно допускаться. В «поправке» есть фиговый листок, прикрывающий покушение на леса первой группы. Они будут выводиться в леса, которые как бы свое отслужившие и могут сдаваться в аренду и продаваться. Это прикрытие рассчитано на дурачков. Как это выводить из водоохранной зоны, из заповедников и национальных парков леса «отслужившие»? Выводиться будут как раз леса самые ценные и уголки ландшафта самые живописные и привлекательные. Именно тут «зарыта собака». Все, что кругом и повсеместно сейчас делается, говорит именно об этом. Наивный расчет, что бумажкой с «замутненным» текстом можно нас обмануть.

Глянем на проблему несколько шире. Взбудораживший всех документ - лишь прелюдия к стратегическим действиям: приватизации лесов России. Особо охраняемые территории - лишь часть в задуманном деле. К размышлениям власти на этот счет можно отнестись с пониманием. Лес, мол, надо заставить эффективно работать на экономику. Благая мысль. Но реализация замысла в нынешних условиях будет иметь гораздо больше худых последствий, чем приватизация недр и промышленности. Новоявленные лесопользователи устремятся получить немедленный и большой барыш. Леса будут срублены. И если на вырубках раньше, пусть не всегда хорошо, лес снова сажался, то теперь сажаться не будет. И где будут вестись рубки? Там, где леса много, но растет он вдали от железных дорог? Не будем заблуждаться, промышленные рубки всегда стремились вести там, где лес «ближе лежит», - по берегам рек, вблизи железных дорог. Эти леса и будут теперь в первую очередь покупаться. Что из этого выйдет, нетрудно предвидеть. Причем в казну государства от вырубки леса попадет очень мало. Деньги осядут в карманах дельцов, кого судьба государства и общее благо ничуть не волнуют.

Еще один вопрос. Амбициозный «лесной проект» претворяется в жизнь «втихую», практически без участия ученых-лесоводов и без гласного обсуждения народом. В Польше по такому же случаю был проведен референдум. (Может быть, результаты его и заставляют действовать тихо.) Какая демократия, если громадная хозяйственная и экологическая проблема решается без участия народа! Всё это власти не понимают или на народ уже махнули рукой? Но ведь именно с участием народа и во имя его, а не кучки равнодушных к судьбе своей Родины людей, должны вестись дела в государстве.

О разном

Сосредоточим, однако, внимание на особо охраняемых территориях: водоохранных зонах, Национальных парках и заповедниках. Как и чем живы они сегодня? Жизнь в них трудная. Финансирование крайне скудное. Зарплата людям - меньше двух тысяч. «Если б не огороды, не грибы-ягоды, пришлось бы протянуть ноги. Работаем на энтузиазме», - пишет из заповедника друг. Министерство природных ресурсов ориентирует заповедники и Национальные парки на «хозяйственную деятельность». Но чем может заработать заповедник? Финансовое положение любая его «хозяйственная деятельность» поправить не может. Национальные парки «хозяйствуют» - рубят лес. По признанию самого Министерства природных ресурсов, «КамАЗы» гудят сейчас не в обычных лесах, а в Национальных парках», в тех самых лесах первой группы. При таком положении парки, конечно, сводят концы с концами. По признанию всё того же министерства финансирование от хозяйственной деятельности в некоторых парках в четыре раза превышает государственное финансирование. Но сведение, разумеется, самых лучших лесных угодий означает «самопоедание» Национальных парков. В Москве морщатся: «Так не должно быть». Но финансовые отчеты о самоубийственной деятельности принимают. В самых ценных лесах идут, как заявило недавно высокопоставленное государственное лицо, «жуткие рубки», благословленные (не за здорово живешь, конечно) местными властями, которые тоже не отстают демонстрировать свое благополучие строительством «теремов» возле озер и речек.

Для многих слова «водоохранный лес» - некая абстракция. Между тем во время обследования реки Воронеж с экологом Вадимом Дёжкиным мы обнаружили: за последние сорок лет 153 маленькие речки липецкой лесостепной зоны исчезли. Исчезли, как будто их не было! Причины разные: распашка поймы, осушенье болот, застройка берегов и, конечно, вырубка островков водоохранного леса. Дальневосточное Приморье демонстрирует нам сегодня быстро созревающие плоды хищнических лесных вырубок. Весь мир беспокоит очевидное исчезновение у нас двух редких животных - тигра и леопарда. И вспомним о ритмичных то затоплениях территорий, то нехватке на них воды. В немалой степени это следствие сведенья лесов, ранее регулировавших речные стоки.

Это явление угрожает стать повсеместным. И это при том, что проблема питьевой воды на Земле с каждым годом становится все более острой. Водные запасы страны сегодня надо рассматривать как национальное богатство. «Продажа воды может стать столь же важной статьей дохода, как нефть сегодня», - пишет читатель, и он, разумеется, прав. Крайне важно держать в чистоте воды сибирских рек, а также запасы пресной воды в Байкале и Телецком озере. Между тем Телецкое озеро, видим, начинает обрастать застройкою берегов, а на Байкале по сию пору дымят трубы так и не побежденного, оскверняющего воду предприятия. Забота о воде заставляет заботиться о водоохранных лесах. В осуществлении программы интенсивной эксплуатации лесов надо обязательно предусмотреть специальные отчисления в пользу поддержания особо охраняемых территорий, а не поощрять в них разрушительную «хозяйственную деятельность».