- Если ты хочешь остаться, где ты будешь жить? - чуть успокоившись, спросила я.
- Я надеялся на твою доброту.
- Алекс, ты ведь понимаешь, что эта ситуация очень ненормальная? Ты сделал так, чтобы мы расстались; ты поцеловал меня насильно в классе; ты преследуешь меня с помощью каких-то связей и теперь просишь довериться тебе и оставить жить у себя? Неужели, я выгляжу настолько глупой, чтобы позволить этому случиться?
- Да, я все прекрасно понимаю, но ты тоже меня сейчас пойми. Возможно, я слегка травил ваши отношения, но то, что случилось с Лео, меня никак не радует, более того, я волнуюсь за него, и очень сильно! Он мне дорог, как друг. Даже несмотря на то, что между нами происходило. Я не могу бросить его в беде. Я останусь здесь. Если ты против, можешь постелить мне коврик у двери, - психанул он.
Во мне снова разбудили доброту. Может, ему правда дорог Лео? Если ты пакостишь морально, это не значит, что у тебя есть желание делать это физически. Алекс не желает такого Лео так же, как и Дрейк. Я должна позволить ему остаться, он имеет право увидеть того, кого знает дольше и лучше меня.
- Будешь спать на диване, - буркнула я и поднялась со своего места, - будешь чай?
- Есть кофе? Я не спал двое суток, - в знак подтверждения, он зевнул.
- Есть.
Сделав нам по две чашки кофе, мы начали тихо попивать свои напитки. Я изредка посматривала на Алекса, пытаясь убедиться, что он сейчас не исчезнет, как во сне. Меня мучал вопрос: куда смотрит его отец? Но я помню, что у него с родителями не лучшие отношения, поэтому, наверное, Алекс может делать все, что хочет. Но разве это не слишком? Как-никак, они должны следить хоть немного за тем, что он делает. Может не у всех такие родители, как моя мама, к примеру?
Завтра мне придется объяснять Дрейку, кто Алекс такой. Если бы Лео был в сознании, то наверняка пришел бы в бешенство от того, что я разрешила Алексу пожить здесь, но опять же: он его друг, поэтому имеет полное право увидеться с ним.
- Надолго ли ты хочешь остаться? - спросила я, споласкивая кружку и поставив ее в шкафчик.
- Максимум на две недели. Я очень надеюсь, что Лео за это время сможет вернуться в сознание. Тогда я буду спокоен.
- И все же, можешь хотя бы намекнуть, откуда тебе стало известно, что Лео попал не только под машину, но и в кому?
- Когда-нибудь, я тебе от этом расскажу, - Алекс точно также помыл и убрал кружку.
- Хорошо, даю тебе три дня. Если через трое суток, ты мне ничего не расскажешь, я сделаю так, что ты окажешься за дверью этой квартиры.
- Когда ты успела стать такой грубой?
- Что заслужил, то и получил, - пожала я плечами, и пошла в спальню, чтобы взять все нужное для сна.
Алекс помог мне растелить диван, я постелила ему свежее белье и ушла в ванную. После того, как я приняла долгий душ (теперь я часто стою долго под струями, чтобы избавиться от напряжения), надела на себя ночные шорты и футболку Лео. Чтобы попасть в спальню, мне надо пройти через Алекса, который уже спал. Конечно же, я не могла не остановиться. Мне не доводилось видеть спящего бывшего. Простыня закрывала его лишь по пояс и я, остановившись, посмотрела на его татуированную руку, которая идеально смотрелась на накаченном теле, а затем перевела взгляд на его лицо. Он такой безобидный, когда спит, такой простой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Зачем надо быть таким кретином? Мы бы могли стать друзьями, но я уверена, что Алекс всегда добивался бы чего-то большего. Они с Лео очень похожи. Мне было немного интересно узнать: а добился ли Алекс такой же популярности у девушек в новой школе? Конечно. Что бы там между нами не произошло, Алекс очень красивый парень.
Захожу в свою комнату и принимаю снотворное. Я делаю так постоянно, после того, как начала спать в кровати одна. Мне хочется просто вырубиться, чтобы не мучить себя мыслями и слезами.
Ложусь в постель и провожу рукой по месту рядом. Такое холодное, такое одинокое.
- Мне тебя так не хватает, - шепчу я, как делаю это, каждую божью ночь, с того момента, как Лео попал в больницу.
ГЛАВА 5
В три часа ночи, я распахнула глаза и села на кровати. Потираю руками лицо и замечаю на запястье браслет, который подарил мне Лео. Сегодня я хочу съездить к нему пораньше, поэтому надо разбудить Алекса часов в шесть. Очень хочу, чтобы любимый пришел в себя в скором времени.
Поднимаюсь с кровати и сделав небрежный хвост, натягиваю на себя джинсы и водолазку. Прохожу мимо Алекса и снова смотрю на его лицо. Если бы он знал, как круто, когда он спит. Безобидный и расслабленный. Самый лучший момент, чтобы взять дубинку и кинуть ему в голову, потом выкинуть его тело за балкон и спереть все на неудачное самоубийство. Гм, неплохая идея, нужно записать.
Умываюсь, а затем делаю себе кофе. Уже который день я не добавляю в него молоко. Это плохо, но именно это мне помогает держаться. Недосып играет свою роль, поэтому мой консиллер стремительно заканчивается и скоро нужно будет приобретать новый.
Выхожу на балкон со стороны кухни и облокачиваю руки на перила, смотря вдаль и крепко держа в руках большую чашку. Любимая кружка Лео. Забываюсь так, что сделав очередной глоток обжигаюсь, громко чертыхаюсь, еще и нечаянно надкусываю язык. Поставив чашку на столик рядом, захожу в кухню, чтобы выпить молока. Не знаю почему, но когда я обожгу рот, начинаю пить холодное молоко, и, как не странно, оно мне помогает.
Когда с кофе покончено, я заставляю свой желудок принять хоть немного пищи. Меня рвало два раза и все из-за еды. Я не могла съесть даже овощ, потому что он тут же грозился вернуться наружу. Мама не замечала насколько я сильно становилась бледная, потому что мои руки умело штукатурят лицо. Я придавала своему лицу свежий вид и немного красные щеки, поэтому, единственный, кто заметил бы, что на мне килограмм тональной основы, наверное, визажист.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Убедившись, что мне не надо будет бежать в ванную и склоняться над унитазом, я вернулась к нам в спальню и достала рюкзак. Пока я собирала вещи Лео для сиделок, за окном начало светать. Рассвет был необычайно красивым. Заметив это, я подошла к окну и посильнее распахнула шторы. Первоначальные лучи с красноватым отливом начали атаковывать мои глаза и лицо. Вяло улыбнувшись утреннему небу, я закрыла окно шторами, так как восторг начал переходить в раздражение.
