Прийти сюда работать было безумием, но она не жалела о том, что воспользовалась шансом, который предоставила судьба. Хотя, подумала Кэролайн в отчаянии, будет еще больней, когда наступит конец такому короткому счастью.
Она вздрогнула, когда щелкнул замок, и сердце ее перевернулось при появлении Мэтью. Переодевшись в водолазку оливкового цвета и домашние брюки, он выглядел одновременно опасно привлекательным и внушительным.
Своей походкой, горделивым наклоном темной головы, почти кошачьей грацией и необычными глазами он всегда напоминал ей барса. Кэролайн почувствовала, что у нее пересохло во рту.
Пока она вынимала цыпленка из микроволнов-ки, он достал из холодильника бутылку белого вина и, открывая, спросил:
– А почему на столе только один бокал?
– Я обычно не пью, – ответила она.
Глаза его потемнели то ли от злости, то ли от нетерпения, он пошел за вторым бокалом.
– Я помню, вы говорили… Но этот случай я не собираюсь использовать против вас.
Пока он наливал вино в бокалы, она разложила еду и села на стул напротив него.
Какое-то время они ели молча. Чтобы нарушить неловкое молчание, она спросила:
– Как прошла ваша поездка?
– Вы спрашиваете совсем как жена – из чувства долга.
– Простите. Я просто пыталась быть вежливой.
– В отличие от меня? – И вдруг, переменив тему – возможно, чтобы заставить ее поволноваться, – он сказал: – В тот день, когда я предложил вам работу, я упомянул, что Кетлин – дочь моего брата. – Хотя он сказал это скорее утвердительно, было ясно, что он ждет ответа.
Кэролайн кивнула.
– Вы не спросили меня о том, что с ним случилось. – Увидев, как кровь отливает от ее лица и оно становится пепельно-серым, Мэтью добавил: – Мне интересно почему?
Ее голос звучал глухо.
– Я посчитала, что это не должно меня касаться.
– Да, но я все равно вам скажу. Сегодня три года, как он погиб в автокатастрофе. Вот почему я в таком ужасном настроении…
Словно смертельно раненная, она смотрела на него, не в силах ни шевельнуться, ни произнести хоть слово.
– Так что, может быть, вы простите меня?
Кажется, прошла целая вечность, прежде чем она смогла произнести бескровными губами:
– Конечно… Я очень вам сочувствую.
Он снова наполнил бокалы.
– Насколько я понимаю, у вас не было никаких проблем с Кетлин в мое отсутствие?
Справившись с собой, Кэролайн ответила:
– Нет. Все было в порядке. Хотя она, конечно, скучала и спрашивала о вас каждый день.
– Она называла меня папой?
– Да.
– Я не разубеждаю ее, потому что хочу официально удочерить. – Внезапно, тем же тоном, он спросил: – У вас есть какие-то особые планы на завтра?
– Особые планы?
– Завтра день рождения Кетлин.
Кэролайн задохнулась.
– Я… я не знала… Никто не говорил об этом… – Заметив, что его лицо приняло необъяснимо злое выражение, она, запинаясь, произнесла: – Об этом в-вы и собирались со мной поговорить?
– Да, сначала об этом.
Пытаясь что-то придумать, ошеломленная Кэролайн предложила:
– Когда я поведу ее завтра утром в детский сад, то поговорю с мамами ее самых близких друзей и приглашу их днем в гости на торт и…
– В этом нет необходимости. Перед отъездом я договорился с «Макдоналдс» организовать там праздник для детей с тортом, клоуном и прочими атрибутами. Там будет около десятка друзей Кетлин.
Почувствовав себя так, словно ей дали пощечину, Кэролайн судорожно сглотнула.
– Жалко, что вы не сказали мне об этом раньше… У меня нет даже подарка для нее.
– Вы совершенно не обязаны дарить ей что-то.
– Мне бы хотелось.
– Очень хорошо. Можете пойти в магазин завтра утром. Я буду дома весь день.
– Спасибо, – натянуто сказала она. И, словно невзначай, спросила: – Вы сами поведете ее на праздник?
– Да. Я так планировал. А почему вы спрашиваете? Хотите взять выходной на весь день?
– Нет. Я… я просто поинтересовалась.
Пытаясь скрыть свое замешательство, Кэролайн поднялась, убрала грязные тарелки, а когда он кивнул в сторону шоколадного торта, взяла в руки кофейник.
Пока она разливала кофе, он безучастно спросил:
– У вас есть какие-то планы на рождественские дни?
– Нет.
– Хорошо. Я собираюсь уехать на Рождество.
Это было, мягко говоря, неумно, но Кэролайн все-таки надеялась, что хотя бы иногда будет видеть Мэтью в праздничные дни. Несмотря на радость, которую ей приносило общение с ребенком, она спросила глухим от разочарования голосом:
– Значит, вы хотите, чтобы я осталась здесь с Кетлин?
– Нет, я хочу, чтобы вы обе поехали со мной на север штата, в Клир-Лейк. Там у меня есть загородный клуб с оздоровительным комплексом.
Кэролайн застыла от неожиданности.
– Вам доводилось бывать в этом курортном местечке?
– Нет… Я… не имею понятия о том, что это такое.
– Тогда самое время узнать. Вы умеете плавать?
Охваченная паникой, она солгала:
– Нет.
– Вы получите идеальную возможность научиться.
Мысль о том, что ей придется вернуться в Клир-Лейк, где она когда-то была безгранично счастлива, доставила Кэролайн боль.
Он мгновенно понял это.
– Кажется, вы не в восторге?
Ей не пришло в голову ничего другого, как ответить вопросом на вопрос:
– Вы платите мне за то, что я ухаживаю за Кетлин, почему вы должны оплачивать мое обучение плаванию?
– К следующему году Кетлин должна сама уметь плавать, и будет неплохо, если вы, научившись, сможете составить ей компанию.
Он говорил про следующий год так, как будто полагал, что она останется здесь работать. Кэролайн порадовалась этому, однако возразила:
– Но кто-то должен присматривать за ней, пока я…
– «Кто-то» будет. Это семейный курорт. Помимо высококвалифицированного персонала у нас имеется целый штат опытных нянь и служба по уходу за детьми. В прошлом году мы открыли специальный центр для детей младшего возраста. Это позволяет занять малышей и дает возможность предоставить няням время, – он насмешливо взглянул на нее, – для личных дел. Идея была моя, и я хочу ее проверить. Конечно, если у вас нет возражений, – добавил он язвительно. И, увидев, что она в замешательстве, спросил: – Так как?
– У меня нет возражений.
– Прекрасно. Значит, договорились. Вы сможете поехать завтра, сразу после праздника? Кетлин в ее возрасте скучно ездить в машине, но, если мы поедем вечером, девочка почти всю дорогу проспит.
Они выехали из Нью-Йорка на следующий день после обеда. Снег не переставая валил в течение часа. Белый и чистый снег засыпал тротуары, облепил фонари и дома, остроконечными шапками накрыл макушки светофоров.
