class="p1">1918 год для молодой советской спецслужбы завершался убедительной победой как над внутренней контрреволюцией, так и над иностранными разведками. 7 ноября 1918 года Ленин, выступая на торжественном вечере — концерте ВЧК, посвященном годовщине революции, — дал следующую оценку результатам ее работы:
«…Для нас важно, что ЧК осуществляют непосредственную диктатуру пролетариата, и в этом их роль неоценима. Иного пути освобождения масс, кроме подавления путем насилия эксплуататоров, нет. Этим и занимаются ЧК, в этом их заслуга перед пролетариатом».
ВЧК, выполняя функцию меча и щита советской власти, превратилась в грозную силу. К концу 1918 года в ее состав входило 40 губернских и 385 уездных чрезвычайных комиссий.
19 декабря в частях Красной армии были образованы Особые отделы ВЧК.
В тот день бюро ЦК ВКП(б) приняло решение слить структуры ВЧК и Военного контроля, осуществлявших разведывательную и контрразведывательную работу в частях Красной армии, в единый орган — Особый отдел. С того времени, вот уже в течение 100 лет, 19 декабря отечественные военные контрразведчики отмечают свой профессиональный праздник.
Организационно Особый отдел наряду с Иногородним и Транспортным отделами вошел в состав ВЧК. По рекомендации бюро ЦК ВКП(б) на должность его руководителя, был предложен М. Кедров, авторитетный большевик с большим дореволюционным стажем. 26 декабря Реввоенсовет республики с участием Л. Троцкого И. Вацетиса, С. Аралова и Ф. Костяева утвердил его кандидатуру.
4 января 1919 года в приказе № 1 Кедров потребовал от руководителей фронтовых и окружных органов Военного контроля и ЧК немедленно приступить к их слиянию и образованию фронтовых и окружных особых отделов. Одновременно с организационной была начата работа по созданию необходимой нормативной базы для деятельности военной контрразведки в войсках.
3 февраля 1919 года председатель ВЧК Дзержинский рассмотрел «Положение об Особом отделе при ВЧК и его местных органах», предложенное Кедровым и другим членом Коллегии М. Лацисом, и согласился с ним. Спустя три дня, 6 февраля оно было одобрено на заседании Президиума ВЦИК. «Положение» закрепляло правовой статус Особого отдела в системе ВЧК, устанавливало вертикаль подчиненности, определяло систему ведомственного и партийного контроля.
В качестве основных задач перед военными контрразведчиками стояли:
«…Борьба с контрреволюцией и шпионажем в армии и на флоте, а также организация работы на территориях, временно оккупированных иностранными войсками или находящихся под контролем вождей белого движения».
Времени на раскачку у руководителей и сотрудников Особого отдела ВЧК не оставалось. Тяжелейшее положение, сложившееся на фронтах, требовало от них незамедлительных действий. В июле 1919 года войска главнокомандующего Вооруженными силами Юга России генерала А. Деникина начали генеральное наступление на Москву В августе под ударами белополяков части Красной армии оставили Минск и Киев. Изнутри им оказывала помощь так называемая пятая колонна — разномастная контрреволюция.
Особистам, так вскоре в войсках стали называть сотрудников военной контрразведки, приходилось на ходу наряду с мероприятиями организационного характера разворачивать работу по выявлению и ликвидации контрреволюционной и шпионской деятельности. Только за первые полгода своего существования Особые отделы осуществили ряд крупных операций по защите Красной армии от подрывных акций иностранных спецслужб и сил контрреволюции.
В январе Особым отделом Южного фронта была выявлена и ликвидирована подпольная контрреволюционная организация «Орден романовцев», занимавшаяся вербовкой и отправкой бывших офицеров из Москвы и Петрограда на Дон к Деникину.
В мае сотрудники военной контрразведки Петроградского гарнизона, Балтфлота и ПетроЧК подавили попытку мятежников повернуть орудия кораблей и фортов Кронштадтской крепости против частей Красной армии и открыть фронт войскам Юденича.
В июле особисты вскрыли крупную шпионскую сеть в Полевом штабе республики из числа военспецов. Они работали сразу на три разведки: британскую, французскую и польскую.
Отдавая должное высокой эффективности и результативности деятельности ВЧК по защите советской власти, все же трудно поверить, что такое быстрое ее становление обошлось без посторонней помощи. Несмотря на выдающиеся организаторские способности Дзержинского, Трифонова, Петерса, Ксенофонтова и их опыт нелегальной работы, создание на пустом месте новой спецслужбы в тех сложнейших условиях и в такие сжатые сроки являлось почти безнадежным делом.
В пользу такой версии говорит опыт создания Красной армии и ее выдающиеся успехи в борьбе с интервентами и внутренней контрреволюцией. При всей кипучей энергии и железной воле ее организатора — Троцкого, без помощи так называемых военспецов, в качестве которых использовались царские генералы и офицеры, задача по созданию боеспособных вооруженных сил вряд ли бы была выполнена. Цвет императорской армии — 250 генералов и 400 офицеров Генерального штаба продолжили службу в Красной армии. В их числе были широко известные и авторитетные в армейской среде граф А. Игнатьев, генералы Н. Потапов, А. Самойло, А. Свечин и другие. На стороне ее противников воевало около 750 представителей Генштаба.
Но то армия, а в ВЧК для чинов охранного отделения дорога была наглухо закрыта. Их дух если там и появлялся, то ненадолго и только в тюремных камерах. И здесь возникает вполне уместный вопрос: а не могла ли чья-то опытная рука направлять работу ВЧК? Вот только чья? Ответ следует искать в архивах, хранивших до недавнего времени в глубокой тайне отношения вождей большевиков с политиками и разведкой кайзеровской Германии.
До августа 1991 года, когда доступ к «особым папкам» и секретным делам имели лишь избранные, связанные подпиской о неразглашении, большинству сотрудников отечественных спецслужб и рядовому обывателю была известна лишь одна, официальная версия становления советской спецслужбы. Она достаточно подробно отражена как в закрытой литературе, так и в открытых изданиях.
Сегодня в ряде документов, находящихся в спецфонде Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ, г. Москва), в публикациях отечественных и зарубежных исследователей деятельности советских вождей и спецслужб, в частности Д. Волкогонова «Сталин», «Троцкий»; О. Царева и Д. Костелло «Роковые иллюзии»; И. Линдера и С. Чуркина «История специальных служб России Х — ХХ веков»; К. Эндрю и О. Гордиевского «История внешнеполитических операций от Ленина до Горбачева», можно найти ответ и на этот вопрос. В документах и в исследованиях содержатся любопытные сведения о связях Ленина, Троцкого, Зиновьева и других советских вождей с германскими военно-политическими кругами. Вышеперечисленные авторы, опираясь на архивные документы, приводят весомые доказательства, указывающие на то, что в становлении ВЧК самое непосредственное участие принимали спецслужбы Германии, в частности Разведывательное отделение Генерального штаба. Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Когда речь заходит о власти и национальных интересах, тот тут возможны самые невероятные союзы и альянсы, даже с самим дьяволом, а мораль и принципы отходят на второй план.
Ленин и его соратники, боровшиеся с царизмом не на жизнь, а на смерть, с одной стороны и с другой — дряхлеющая германская
