и имя странное, а род?
— Моя фамилия Соколовская. Но вряд ли она подойдет, да? — он кивнул.
Корсет затягивался, Алвар шипел за спиной и пыхтел, а я задумалась. «Лилия Соколанс или Соколир?» — в голову лез только полный бред. С другой стороны: логичнее всего мне вообще сменить имя полностью — новая жизнь, новое имя… Упасть дважды в обморок и все равно очутиться здесь — по-моему, это уже никакой не сон. И если меня будет невозможно вернуть домой — то мне нужно такое имя, с которым мне здесь придется жить… «Миель Ледяных гор…» — и ступор. Мой облик не напоминал ни одну мне известную актрису, ни одну героиню сказки или мультика… если только снежную королеву. «Снег, лед… снежинки, сосульки… мандарины, елка» — что-то меня не туда занесло.
По-моему, с тех пор: как я увидела их корранов — моя фантазия еще не отошла от шока. Пока я думала — Алвар закончил с корсетом и теперь поправлял мою накидку, а Делмар что-то изучал в шкатулках на туалетном столике.
— Мое полное имя: Лилия — означает цветок. Он очень красивый и у него много окрасов и сортов. До переноса в ваш мир мои волосы были черными, а сейчас — белые. Сорт белой лилии называется кандидум. Пусть это будет символично, но ничего лучше я придумать не могу.
— Лилия, вы готовы предстать перед своим кланом? — приблизился Делмар.
— Подходящих украшений не нашел? — осмотрела я его пустые руки.
— Это все не украшения, а приспособления для волос, — кивнул он в сторону шкатулок. — Я завтра вызову ювелира и мы закажем для тебя десяток колье под разные наряды — если ты так любишь драгоценности. Миель не носят украшений, исключение: колье и обручальный браслет
— А почему не носят?
— Лиля, обратись к холлинс и подумай, — шепнул на ухо Алвар и подвел меня к зеркалу.
Я позвала рисунки и принялась внимательно осматривать свое отражение: пальчики прозрачные — кольца не наденешь, руки почти полностью в сине-светящихся завитках — какие уж тут браслеты, а вот выше… Вокруг моей головы ободком в воздухе зависли сосульки, кристаллики и осколки льда — словно создавая невесомую корону. Ледяные грани переливались так ярко — что было больно глазам. Волосы словно светились почти как фосфорные, но не так ярко. Даже если заколоть пряди чем-то красивым, или нацепить серьги — они просто потеряются в этом блеске.
— Понятно… — протянула я, широко распахнув глаза. — Просто афигеть…
— А вот нам не всегда понятны твои слова, но все! Времени нет! Убирай магию, я скажу: когда ее надо будет проявить. Ты готова?
— Вам виднее, — пожала плечами я.
Каждый из мужчин уложил мои кисти на сгибы своих локтей, и утянули меня в сторону двери.
Глава 3
Мы вышли в коридор, и я принялась осматриваться: большие тяжелые двери, высокие арки, широкие лестницы, огромные до пола окна, массивные колонны — это был действительно какой-то замок. На крепость не было похоже — слишком просторно, много света, цветов. На дворец тоже не тянул — мебель везде светлая, как украшения декора только вазы с цветами. Никаких картин, подсвечников, гобеленов и прочего.
По мере нашего шествия все встречающиеся на нашем пуни люди отходили в сторону и пропускали нашу процессию, а затем молча шли следом. Мы спустились по какой-то лестнице и оказались в огромном зале с колоннами и небольшим подъемом в самом конце, на котором располагался самый настоящий трон! «Да ладно!». Правда выглядел он немного странно: огромная тарелка из белого камня на ножке, на которой располагалась скульптура уменьшенной копии дракона. Он лежал, вытянув левые лапы-подлокотники, а брюхо играло роль спинки.
Рядом с троном возвышался какой-то странный… эммм… в общем: небольшой каменный пьедестал, на нем металлическая подставка со стеклянным шаром в диаметре примерно полметра. Кованные веточки подставки обрамляли этот шар, заканчиваясь на вершине острой пикой.
Мужчины остановились возле ступенек и отпустили мои руки.
— Идешь к трону, разворачиваешься, но не садишься, — шептал Алвар. — Когда я кивну, обратишься к холлинс, и уколешь палец об иглу Чаши Силы. Еще кивок — и сядешь на трон. Иди.
«Есть сэр!» — хотелось ответить мне, заглушая юмором дрожь в коленях. Я медленно поднялась по ступеням и приблизилась к трону. Как и сказал беловолосый: развернулась и… Что-то мне прям поплохело… В огромные массивные двери в конце зала все всходили и входили люди, заполоняя собой абсолютно все пространство. Они все как один были длинноволосые — даже маленькие мальчики. «Что за фетиш такой? Надо бы спросить у моих… родителей… кхм…» — мысленно посмеялась я, представляя себя дочерью парочки геев. К самым ступеням постамента к уже знакомым мне мужчинам в таких же мундирах подошел еще представительного вида дует со строгими и задумчивыми взглядами. «Советники…» мелькнула догадка. Остальные люди были одеты немного попроще: тоже замысловатые пиджаки, вполне милые вечерние или повседневные длинные платья…
Наконец-то Алвар кивнул, и я призвала магию. Затем протянула руку к каменной пике над шаром: по ощущениям очень острая, даже не как кончик ножа — действительно игла. В абсолютной тишине я наблюдала: как внутри шара появляется алая дымка, а уже через секунду она наливается темно-синим цветом. Дымка начинает разрастаться, мелькают синие краски, лиловые росчерки молний, яркие белые звезды — это все начинает двигаться по кругу в хаотичном порядке, заполняя все внутреннее пространство шара. Не знаю, как для остальных — а я в этот момент чувствовала себя иллюзионистом-виртуозом.
Наконец-то хоровод красок остановился и замер. Это было потрясающе. Было такое ощущение: что внутри целая вселенная со своими галактиками, кометами, планетами и звездами — я бы этот шар вечно могла рассматривать, вглядываясь в его глубину. Убрав руку от… Чаши Силы, я перевела взгляд на Алвара, и в этот момент он громко произнес:
— Наездница клана Ледяных гор миель Лилия Эль Кандидум!
— Миель Лилия! — раздался оглушающий хор голосов.
«Чуть не обоср… Придурок, предупредил бы хоть!» — перевела дыхание я, наблюдая: как каждый в помещении, включая советников, преклонили одно колено и дотронулись двумя пальцами ко лбу.
— Миель Лилия! — и снова громыхнуло на весь зал.
Алвар едва заметно кивнул, и я опустилась на мягкую обивку трона, но не решилась облокачиваться о каменную холодную спинку-брюхо — не хватало мне еще заболеть, и без того целый день на нервах. Уложив руки на лапы-подлокотники, я наконец-то выдохнула. Все же никто не отменял чисто человеческого смущения и зажатости под пристальным прицелом тысячей
