его голосе.
Он идет, пошатываясь и хватаясь за стену. Проводив его взглядом, пожимаю плечами. Пойти прогуляться? Суббота, на работу не надо.
И тут раздается телефонный звонок с неизвестного номера.
– Василиса? – мужской голос кажется мне знакомым. – Это Ратмир. Нам надо встретиться.
– Зачем? – не понимаю я.
– Ну, у нас дело одно осталось незаконченное, если ты забыла.
Черт, я и правда забыла про клуб и про то, как меня поймали с каким-то странным пакетиком, а Ратмир спас меня. Но почему-то мне не хочется с ним встречаться. Попробовать придумать что-нибудь. И вот, когда я уже хочу сослаться на болезнь или назначенную встречу, до меня из коридора доносится голос моего дражайшего мужа:
– Марго? Быстро приезжай! Да, бросай это! Дымится все. Быстро давай!
Потом звук падения, похоже, что телефона, и ругательства.
Ясно.
– Ратмир? – возвращаюсь к телефонному разговору. – Я согласна. Нет-нет, заезжать не надо. У метро встретимся. Да, примерно через полчаса. Хорошо?
Кладу трубку и иду к входной двери, гордо задрав подбородок. В коридоре Давид, сидя на полу, пытается собрать телефон. Дрожащими руками получается это фигово.
– Куда?! – хрипит он, пытаясь ухватить меня за ногу, но тоже без шансов.
– На свидание! – кидаю я. – Привет Марго!
И громко хлопаю дверью.
Глава 4
Василиса
Когда я подхожу к метро, Ратмир уже ждет меня. Он выходит из машины и идет ко мне.
– Предлагаю попить кофейку, – улыбается он. – Я знаю тихое местечко. Там и обсудим наши дела.
– Можно, – соглашаюсь я.
Мы заказываем кофе.
– Я не помню, благодарила или нет за свое спасение? – смущаясь, произношу я. – Спасибо. Если бы не вы…
– Ты, – говорит Ратмир.
Удивленно смотрю на него.
– Давай на «ты». Мы же, вроде, и танцевали уже в клубе.
– Хорошо.
– Мне удалось замять дело, – говорит по-деловому Ратмир. – Его передали в наш отдел и бумаги у меня. Тебе надо только вот здесь расписаться.
И Ратмир кладет на стол какую-то бумагу.
– А что это? – спрашиваю я.
– Протокол изъятия. Он нужен для закрытия дела. Написали, что ты сама принесла. А там объем мизерный. Под статью не подходит. Так что, дело закроют. Но формальность соблюсти надо. Вот здесь.
Показывает пальцем туда, где я должна поставить подпись.
Я еще сомневаюсь. Пытаюсь прочитать эту бумагу, но нифига не понимаю. Но, вроде, написано все то, о чем только что сказал Ратмир.
– Хорошо, – киваю я и беру ручку из его рук.
Задумываюсь на мгновение и ставлю подпись.
Ратмир тут же берет документ и убирает в папку.
– Отлично, – потирает руки. – Теперь все в порядке. Никто ничего не узнает. Можешь не переживать.
– Даже не знаю, как благодарить вас… тебя то есть, – поправляюсь я.
– Ужин, – вдруг произносит он.
В моих глазах вопрос, который он легко читает.
– Я хочу пригласить тебя на ужин. Сегодня или завтра. Когда сможешь.
– Но я… я не могу.
– Почему? Деловой ужин. Без продолжений и последствий.
– Не могу, – упираюсь я.
Представляю, как отреагирует Давид. Не то, чтобы я боялась или переживала за его чувства, но лишние конфликты мне не нужны.
– Ну, хорошо. Не буду настаивать. Вот моя карточка, – протягивает мне визитку. – Надумаешь или просто захочешь увидеться или помощь нужна будет, звони.
Убираю визитку в сумку.
После кофе Ратмир предлагает прогуляться и я соглашаюсь. Мне почему-то легко с ним. Разговор идет сам собой. А еще у нас много общих интересов. И это забавно.
В общем домой я возвращаюсь поздно вечером. Предварительно прошу Ратмира завезти меня в аптеку. Мне надо кое-что купить там.
Захожу в дом. Темно и тихо. Подозрительно тихо. Иду в комнату, где днем пыталась убраться. Лунный свет проникает сквозь шторы и даже с ним я вижу, что все убрано и ничего не напоминает о вчерашней вечеринке.
– Ты знаешь, который час? – раздается голос в темноте.
Я молча разворачиваюсь и хочу уйти, но меня тут же хватают за запястье и впечатывают в стену. Давид нависает надо мной. В полумраке различим лишь блеск в его глазах. Блеск, который не предвещает ничего хорошего.
– Ты где была? – шипит он. – Ты должна была быть дома три часа назад.
– А я не знала, что у меня комендантский час, – выворачиваю руку, чтобы освободиться, но он лишь сильнее сжимает ее и прижимает к стене.
– Теперь есть, – отвечает на полном серьезе. – Так где ты была? Сегодня же не рабочий день.
– А я и не работала. Я отдыхала.
Давид сжимает губы. Хмурится. Можно испугаться, но я почему-то не боюсь его.
– Отойди от меня, – говорю решительно я. – Я боюсь заразиться.
– Чем? – мои слова обескураживают его. Я вижу это.
Он ослабляет хватку и я освобождаю руку. Легонько толкаю его в грудь и расстояние между нами увеличивается. Роюсь в сумке и достаю дезинфицирующее средство. Открываю крышку и брызгаю вокруг себя и последние пару раз на Давида.
В воздухе повисает запах больницы.
Давид машет руками и отступает.
– Ты что? Свихнулась? – произносит недовольно, откашливаясь и закрывая нос. – Что это? Ты на хуя это сделала? Гадость какая! Теперь тут воняет как в больничном туалете. Дай сюда!
Выхватывает у меня из рук флакон с жидкостью и пытается вчитаться в мелкий шрифт.
– Что это, я спрашиваю?! – гневно кричит, так и не прочитав.
– Дезинфицирующее средство, – спокойно говорю я.
– Нахуя? – Давид смотрит на меня как на умалишенную.
– От баб твоих не хочу заразиться. Я хотя бы вне дома встречаюсь, не вожу сюда… – и тут только понимаю, что сморозила глупость. Прикусываю язык.
Но Давид услышал, что надо. Вернее, не надо. В общем, поздно.
