я женщина или девочка? Определитесь уже.
— Хм. И зубки тоже есть, хоть и малюсенькие, — показывает щёлочку между большим и указательным пальцами, от силы миллиметр. — Ладно. Ты готова к четвёртому пункту? Он самый важный.
— Не готова! — восклицаю я, думая, что нашла способ ускользнуть.
— Значит, узнаешь без подготовки, — ни на миг не смущается Георгий. Прищуривается: — На сухую, так сказать. Без смазки.
Не успеваю ничего сказать, как мужчина продолжает:
— Ты не можешь не хотеть мужчину, поскольку ты молодая, сексуальная, ебабельная женщина. От тебя так и несёт сексом. Ты зажата, но это лишь долгое отсутствие практики и общая закомплексованность. Впрочем, сейчас не важно, — отмахивается Георгий. — Вот таким образом мы возвращаемся к самому первому вопросу.
— К какому? — тихо спрашиваю я.
— Сколько тебе лет, Анна?
Ловлю себя на том, что обращение “Анна”, особенно произнесённое низким голосом Георгия, мне очень нравится. Настолько, что вся кожа покрывается мурашками.
Это гораздо приятнее, чем панибратское “Анечка” из уст Равиля. Несмотря на то, что “Анечка” вроде как звучит ласковее.
— Двадцать четыре, — почти шёпотом отвечаю я.
— Супер. Не рожала? Маленькие дети есть?
— Нет…
— Значит, без вариантов. Ты хочешь секса. Тебе он нужен. Для здоровья и для удовольствия. Это уже не вопросы, это факты, — Георгий подходит вплотную, заставляя меня сжаться.
Исходящий от него аромат дорогого парфюма смешивается с неуловимыми нотками чисто мужского запаха самца.
Чувствую, что становлюсь мокрой внизу, это даже пугает. Георгий будто тоже это чувствует. Он резко наклоняется, и со шлепком ставит свои мощные руки по обе стороны от меня. Кожа дивана негромко скрипит.
С обеих сторон эти сильные, крепкие руки. Даже под рукавами пиджака заметны объемные мышцы.
Меня будто взяли в плен, хотя я и так в плену в этом кабинете.
Георгий шумно втягивает ноздрями воздух:
— Классно пахнешь, девочка. Охренеть… Просто охренеть. Давно я такого не чувствовал. Как же я тебя хочу.
Молчу, шокированная. Вот так прямо и напористо меня ещё ни разу не домогались. А фразу “я тебя хочу” я не слышала, кажется, вообще никогда. С бывшим мужем обходились как-то без неё.
— Похоже, мне придётся повторить, — бархатисто шепчет Георгий. — Раздевайся, Анна. Прямо сейчас.
— Я не хочу, — тихо мямлю я.
Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с мужчиной. Когда это случается, уже не могу оторваться, а трусики становятся ещё более влажными.
— Ты врёшь, — проникновенно шепчет Георгий. — Зачем? Ты хочешь этого не меньше меня. А может, и больше. Скорее больше, потому что у меня-то не было перерыва в целый год.
— Нет, — выдавливаю я, понимая, что вру не только собеседнику, но и сама себе.
— Хм. Ладно. Если ты не хочешь по-хорошему, будет по-плохому…
Глава 7
Только успеваю подумать о том, на что способен этот жёсткий и явно влиятельный человек, как в дверь раздаётся стук. Осторожный, но настойчивый.
— Надо открыть, — пищу я.
— Кому надо? — парирует Георгий.
— Не знаю… Вам?
— Мне не надо. Сейчас у меня другие желания.
Опять стучат, но мужчине плевать. Он не отрывает взгляда своих глубоких, почти чёрных глаз от меня. Нависает, едва не касаясь меня широкой грудью. Я чувствую его дыхание на своём лице и от этого внизу живота сладко пульсирует.
— Знаешь, чего я сейчас хочу? — спрашивает Георгий.
— Я уже и так поняла, — еле слышно отвечаю.
— Ничего ты не поняла. Слушай.
Мужчина облизывает губы, и меня едва не выгибает от судороги возбуждения. Почему-то этот жест показался мне очень сексуальным.
Снова стучат. Георгию всё равно.
Он наклоняется ко мне ещё ближе. Отстраняюсь до тех пор, пока не упираюсь в спинку дивана. Бежать некуда.
Сильная мужская рука нежно убирает мои волосы за ухо. Затем Георгий наклоняется к самому ушку и начинает шептать:
— Сначала я хочу, чтобы ты разделась. Сама. Но только до белья. На тебе красивое бельё?
Молчу, прерывисто вздыхая.
— Это вопрос, Анна.
От звуков собственного имени меня как будто прошибает микрооргазм. По крайней мере, ощущения очень похожи, просто слабенькие.
— Нет, — отвечаю я. — Обычное бельё. Повседневное.
— Жаль. Но для первого раза сойдёт и так. Слушай дальше. Я буду ласкать тебя медленно. Сверху вниз, от шеи до бёдер, наслаждаясь каждым миллиметром твоей гладкой кожи, — Георгий делает долгий жадный вдох. — О-о, мля… Как же ты охренительно пахнешь. Уверен, что и на вкус офигенная.
Каждое его слово, тёплое дыхание возле моего уха, вибрация голоса заставляют меня гореть.
Всего лишь от слов? Он ведь меня даже ещё не коснулся.
В дверь снова стучат. Уже чаще и настойчивей.
— Только потом, Анна, я сниму с тебя бельё. Сначала бюстгальтер. Ненавижу слово «лифчик», оно какое-то вульгарное. Бюстгальтер звучит благородно, согласна?
Я согласна, но на этот раз Георгий не ждёт ответа. Просто продолжает:
— Я буду долго ласкать твою грудь. Руками, губами и языком. Какого цвета у тебя соски? — с придыханием спрашивает он и тут же говорит: — Не отвечай. Я хочу увидеть своими глазами. Пусть это будет сюрприз.
Он так ярко рассказывает, что я практически чувствую все эти ласки. По крайней мере, в моём мозгу они полностью реальны. По коже бегают мурашки, дыхание учащается. Тело хочет извиваться, словно танцевать медленный танец под музыку этих чарующих слов. Затвердевшие соски видно даже через блузку, и не только мне.
Георгий усмехается. Почти касаясь губами моего уха, говорит:
— А после я сниму с тебя трусики. Буду целовать и облизывать твои бёдра. От колен и выше, пока не доберусь до киски. О, детка, — выдыхает он, и я едва сдерживаю стон. — Я так хочу вылизать твою киску. Пососать твои мягкие губки. Поиграть с твоим клитором и довести тебя до оргазма. Хочу, чтобы ты кончала. Чтобы ты сжимала мою голову бёдрами и кричала от оргазма.
