весело произнес он. – Вес не превышает!
– Вес? – удивился Суравин.
– Да, это моя тайна.
– Но когда и на чем мы поедем? – спросил Суравин.
Лицо гостя стало серьезным.
– Вы, конечно, поймете меня, если я скажу вам, что пуще глаза берегу свою тайну. Приготовьтесь к путешествию. Ровно через месяц я буду у вас.
– Я больше и не спрашиваю. Итак, отныне мы друзья! – сказал Суравин. – Я верю вам, и это самое главное. Я не хочу даже знать вашего настоящего имени. Когда вы найдете возможным, вы все скажете мне сами. А теперь – пойдемте в столовую! Обед, вероятно, уже готов. Познакомьтесь, кстати, с моей дочерью. Моя жена давно умерла, мы с ней одиноки.
Гость с радостью принял приглашение.
Союз был заключен, прекрасный обед еще больше сблизил новых друзей.
V. Он поднимется завтра
– Итак, все готово?
– Готово. Остается сообщить нашим друзьям, и – марш!
Безусый Капитан сиял.
Но и инженер Бромберг чувствовал себя на седьмом небе от радости.
– Он поднимется! Он поднимется завтра! – твердил он ежеминутно, нервно бегая взад и вперед по двору.
– Вы… вы – великий человек! – восклицал в свою очередь Безусый Капитан. – О, я не ошибся, когда увидел вас в первый раз.
Разговор этот происходил во дворе пустой усадьбы в Мценском уезде Орловской губернии ровно спустя месяц после свидания Безусого Капитана с Суравиным.
Прячась от посторонних взоров, они наняли эту усадьбу, одиноко стоявшую в лесу, дни и ночи работали над великим изобретением.
С чертежами инженера Безусый Капитан побывал в Германии, заказывая на разных заводах необходимые составные части снаряда, делал сам указания, следил за работой и торопил заводчиков.
Чтобы секрет не был открыт, он нарочно заказывал части на разных заводах, не давая ничего цельного одному заводу.
Он не торговался, но требовал быстроты.
И достиг того, чего хотел.
Уже через две недели в Россию стали прибывать составные части великого изобретения.
Из своей усадьбы Бромберг должен был чуть не ежедневно ездить за двадцать верст на станцию за получками посылок.
Привозя их домой, он запирался в своей большой комнате на втором этаже, куда никто не допускался, и словно ласточка, комок за комком, строил свою машину.
Когда Безусый Капитан приехал из заграницы, он сильно подвинул работу своей помощью.
Скоро снаряду не хватило места в верхнем зале.
Недолго думая, они прорубили потолок и крышу, утвердили по углам постройки высокие жердины и сделали нечто вроде огромной брезентной коробки, закрытой со всех сторон и возвышавшейся над верхними краями стен этажа на два.
Вместе с помещением второго этажа эта коробка образовала как бы огромный трехэтажный зал, в котором закипела работа над крылатым чудовищем, принимавшим с каждым днем все более огромные размеры.
Сначала была закончена подводная лодка.
Она сама по себе была совсем не велика.
Длина ее равнялась пятидесяти шести футам, а высота от киля до верхней крышки – восьми футам с половиной.
Сигарообразная, блестящая, как серебро, со стеклянными окнами спереди, сзади и с боков – она представляла собой изящный снаряд.
Внутренность ее состояла из центральной каюты и ряда машинных и электрических отделений.
В особенности изящна была центральная каюта.
Для Веры Николаевны было устроено особое отделение, убранное очень уютно и с громадным вкусом, которому позавидовал бы любой художник.
Мужчины должны были помещаться в общей каюте, которая была довольно тесна, но обставлена со вкусом.
Из алюминиевого корпуса шел трап на крышу, т. е. на верхнюю площадку, на которой, при тихом полете или при плавании на поверхности в хорошую погоду, можно было сидеть на двух легких диванчиках.
Когда лодка была закончена, друзья приступили к крыльям.
Это была самая трудная часть работы, над которой они сидели день и ночь.
Но вот, после долгих и упорных трудов, работа была окончена.
Огромный крылатый гигант занял почти все помещение, ожидая той великой минуты, когда инженер пустит его, наконец, в ход.
– Ты будешь делать завтра пробу? – спросил Безусый Капитан.
– Да, – ответил инженер. – Не садись со мною. Катастрофа всегда возможна, хотя чертежи и вычисления верны. Лишь только я поднимусь на воздух, я увижу все мелочные дефекты.
И они, оба взволнованные, в продолжение всего вечера продолжали обсуждать планы будущего, по временам советуясь с Чи-Най-Чангом.
На следующий день, перед вечером, инженер подошел к Безусому Капитану.
– Идем! – проговорил он взволнованно, беря его за руку.
– Идем! – ответил тот, чувствуя, как волнение инженера передается ему.
Они поднялись во второй этаж и несколько минут молча смотрели на своего гиганта, который стоял теперь перед ними во всей своей красе, гордо расправив свои огромные крылья.
Когда тьма сгустилась, инженер засветил электричество и, взобравшись на площадку, взялся рукой за рычаг.
– Снимай весь тент! – крикнул он дрожащим голосом. – Дерни покрепче вон те шнуры.
Безусый Капитан дрожащими руками потянул шнуры.
Тент медленно сполз с крыши и боков.
Теперь снаряд стоял на воле, причем потолок первого этажа как бы служил ему пьедесталом.
Звездное небо широким куполом расстилалось над гигантом, и мириады огней, мигая, смотрели на него, словно любопытные глаза бесчисленной толпы.
Выпрямившись во весь рост, инженер нажал рычаги.
И вдруг огромные крылья-винты завертелись с быстротой молнии.
Длинный хвост с шумом расправился, снаряд дрогнул и тихо и плавно, под аккомпанемент глухого рокота крыльев, медленно отделился от пьедестала.
– Урра-а! – гаркнул во всю ширь своего горла Безусый Капитан.
– Ур-ра-а! – донесся до него дрожащий, полный восторга крик сверху.
Снаряд медленно продолжал подниматься все выше и выше по перпендикулярному направлению.
Но вот он круто повернул вправо, сделал вольт и с быстротой молнии понесся вдаль.
С замирающим сердцем Безусый Капитан следил за темной массой воздушного корабля.
Вот он совершенно скрылся из вида, затем снова показался, быстро донесся до дома и, описав над ним три круга, стал медленно спускаться.
Потом он остановился над самым домом, наметил направление и плавно опустился на пьедестал.
Соскочив с корабля, инженер бросился к Безусому Капитану.
Оба друга безмолвно крепко обняли друг друга.
И когда они разжали объятия, в их глазах стояли слёзы.
– Великая минута! – прошептал Безусый Капитан.
– Никогда в жизни не переживу другой такой минуты, – дрожащим голосом ответил инженер. – Закрой тент!
Безусый Капитан исполнил приказание.
– Сегодня же ночью я дам телеграмму Суравину, чтобы он приезжал в Орел, – решил он. – Пусть приезжают совершенно готовыми. В Орле их встречу.
Бромберг кивнул головой в знак полного согласия.
Веселые и радостные, спустились приятели вниз, где нашли Чи-Най-Чанга полумертвого от страха.
Старик из окна видел полет воздушного корабля, но по невежеству принял его за
