этот день я опросил многих, но в большинстве случаев за вопросом следовал пинок в живот или удар по морде, лишь иногда я мог отделаться простой словесной перепалкой. Множество раз за просьбой о помощи следовал отказ, будто все здесь таких каждый день видят — что за невезение. Пусть результата мои попытки выкрутиться не давали, но я продолжал верить в лучшее, ссылаясь на одну народную мудрость: «Если долго-долго мучиться, что-нибудь получится».
Уже изрядно замучившись, будучи практически сломленным, я подошел к очередной группе мужчин, которые все так же были больше похожи на бандитов и немного выделялись из массы простых граждан. Стоило комку грязи заговорить, все присутствующие тут же обратили на меня внимание — как приятно.
— Подскажите, — едва слышно произнес я, сглотнув слюну, — вам не нужен работник?
— Деньги нужны? — один из стоящих взял на себя инициативу заговорить со мной.
— Да, хотя бы на еду, — вздохнул я.
— Жить-то есть где? — продолжил опрос лысый мужчина в кожаной жилетке поверх голого торса.
— Нет, — опроверг я, — на улице приходится ночевать.
— Слушай, мелочь, — вклинился другой мужчина, — тебе не у кого больше помощи просить? Чего ты до нас докопался-то? Иди лесом с такими вопро…
Он замолчал в тот момент, когда лысый мужчина жестом приказал ему заткнуться. Вот, значит, какой вес в этом мире имеет авторитет.
— Ты же знаешь, что твое лицо светится на плакатах о розыске, дружок? — спросил у меня все тот же лысый мужчина, имя которого мне неизвестно.
В этот момент мои зрачки сузились, сердце забилось немного быстрее, я почувствовал, что ситуация накаляется, а мой спонтанный стресс тихо перерастает в панику. Эти люди могли бы просто сдать меня, получив за свой поступок кучу денег, ведь за мою голову пообещали немалую сумму — легкая нажива для бандитов.
— Лицо попроще сделай, все свои, — с усмешкой обнадежил лысый мужик, — нам выгоднее иметь сильного союзника, нежели сильного врага. Раз уж твое лицо на каждом углу висит, значит, есть за что отлавливать.
— Х-хорошо, — промямлил я.
— Идем, оборванец, познакомлю тебя с новым работодателем.
Такие слова из его уст волшебным образом внушали доверие, как будто мне знаком этот взгляд. Борода и мускулатура придают мужчине ощущение серьезности и важности, коих нет у простых бандитов, но почему же вместо дискомфорта тот вселяет спокойствие? Другие присутствующие не выглядели такими брутальными, они были больше похожи на обычных прохожих, сложно было их отличить от живой массы этого района: никакого стиля, никакой уникальности.
Я подчинительно поплелся следом за мужчиной, а его друзья, коих проще было назвать коллегами, остались на том же месте, от чего уровень доверия к неизвестному спасителю поднялся еще выше. Я остался один на один с человеком, желающим мне помочь, однако паранойя все еще имела место быть, но, по крайней мере, я все еще верю и надеюсь, что это так, ведь мир не без добрых людей. Порой даже самый отмороженный на вид мужчина может оказаться добрее и благожелательнее улыбчивого прохожего.
Пока я витал в своих мыслях, переулки неблагополучного района пролетали один за другим, пока мы-таки не дошли до места назначения — приватного бара «Глотка Гидры» на цокольном этаже одного из четырехэтажных панельных жилых домов.
— Слушай внимательно, — посмотрел на меня вполоборота мужчина, стоя перед железной дверью, — скажешь, как я, и тебя впустят внутрь, а если забудешь — проблемы твои.
Это что, он мне скажет какой-то секретный пароль, что-то вроде «карбонара» или «водка с хлебом»? Какой-то промежуток времени он кряхтел, разминая голосовые связки, и, вот, наконец собрался с мыслями:
— Собака не лает без пива, кабан никогда не смеется без джина, хомяк не дышит без водки, Гидра заполнит до верха глотки, — произнес он, после чего дверь отворилась.
Такого бредового пароля я еще никогда не слышал — мало того, что совсем не звучит, так еще и максимально длинный. Вопреки испанскому стыду, я запомнил его от начала до конца — не мое дело, какие у них здесь пароли, я пришел за деньгами. Мы вошли внутрь, я уж было совсем забылся, озираясь по сторонам на веселящихся пьяниц, тогда-то мужчина вдруг обратился ко мне без всякого контекста, от чего я пропустил его слова мимо ушей:
— Чего? — переспросил я, спохватившись.
— Меня зовут Коннор, — повторил он.
— Хорошо, я запомню, Коннор. А меня зовут…
— Ашидо, — перебил он, — я давно знаю тебя и твоих родителей, однажды мне пришлось стрясать с них долги, ты тогда только ползал, но я запомнил все твои приметы. Стоило на днях увидеть в списке погибших в том инциденте твоего батяню Джиро, а потом твою унылую рожу на плакатах, сложить два плюс два было уже не так сложно.
— Унылую рожу? — подумал я про себя.
— Коннор, скажи, почему ты мне помогаешь? — поинтересовался я.
— Не знаю, такой уж я человек, — странный ответ. — Ты далеко не единственный такой уличный котенок, которого я сюда привожу.
— А есть и другие? Где они сей…
— Заходи, — оборвал он, приоткрыв дверь за барной стойкой, не дав мне продолжить.
В этот момент мне стало немного не по себе — кто же эти люди, которых сюда приводили и где они сейчас? Я зашел внутрь, в нос сразу же ударил резкий запах курева — такого не было, пока мы шли вдоль сидячих мест и барной стойки, но, стоило только сунуть нос за злополучную деревянную преграду, из нее сразу повеяло ароматом рака легких.
— Еще увидимся, Ашидо, — сказал Коннор, пока спешно закрывал за мной дверь.
Я даже не успел его поблагодарить, хоть и не знаю, куда он меня привел. Исходя из сказанного ранее, сейчас я нахожусь в кабинете «нового работодателя» — но где же он?
— Так-так, кто этот гость, что заглянул на чай к королеве мафии? — донесся женский голос из-за угла.
Навстречу мне вышла элегантная, подтянутая и обворожительная дама, от вида которой дух замирал… Шучу, это была обычная сутулая женщина в спортивном костюме с сигареткой в зубах — ходячий рак легких и отказ печени, но, по всей видимости, крупная шишка. Такой собеседник внушает больше спокойствия, нежели навязчивого дискомфорта. Приметной деталью были ее короткие светло-рыжие волосы до подбородка, которые дополняли образ на удивление эффектно.
— Представься, гость, — обратилась она ко мне.
— А-ашидо Такаги, — ответил я, немного замешкавшись.
— На плакатах ты выглядишь куда опрятнее, — проговорила она, в очередной раз напомнив мне о собственной популярности, — присаживайся.
Пусть дама и выглядела как продукт с конвейера, коих на улице и без того много, даже так она умудрялась
