Вернувшись домой, Лиза узнала о том, что ее подруга Марина, оказывается уже окончила обучение НЛП. Не став анализировать вслух итоги этого обучения, чтобы не огорчать подругу, Лиза лишний раз подумала о том, насколько важно то, у кого именно ты учишься, впрочем, как и то, для чего именно это нужно тебе самому. Убедившись в правильности выбора будущего преподавателя, Лиза не стала обсуждать эту тему с подругой, потому как та пыталась обсудить скорее участников и учеников, чем представленный материал. «Впрочем, у всех нас свои недостатки», – подумала Лиза и перевела тему на обсуждение новинок кино и грядущих мероприятий родного города, потому что это были те темы, в ориентировании в которых Марине не было равных. Именно благодаря ее своевременной информации, Лиза попадала на открытия, выставки, презентации, фуршеты, закрытые и открытые турниры по разным видам спорта или игр и т. д. А уже там находила пищу для статей, интервью, обзоров и других плодов писательского труда. Марина, в свою очередь, находила в Лизе благодарного слушателя и жилетку, в которую можно было плакаться без устали, не пытаясь выдерживать образ, демонстрируемый остальным. Именно друг другу они могли описать самые тяжелые эпизоды своих жизней, разочарования, ошибки, глупости и сокровенные мечты, оставляя их в том дне, когда откровение состоялось, не неся за собой и не делясь с другими.
В этот раз Марина пригласила подругу на джазовый концерт. Билеты достать было сложно, но ей это, как обычно, удалось. А поскольку выступающая группа – семья джазменов, каждый из членов которой играет на нескольких музыкальных инструментах, и их мелодии наполняют слушателя свежестью идей и бодростью ритма, отказываться Лиза не стала. Тем более, что ей нужно было написать статью об этом концерте, а официально заказ пропуска сделан не был.
Там же оказалась и Виктория – тоже большая любительница всевозможных мероприятий. Лиза не была рада ее видеть. Она вспомнила их недавнюю встречу, и ее настроение начало стремительно портиться. Причем, ситуация была простая, но сделанные после нее выводы, как раз и перевели Викторию из разряда подруг в разряд приятельниц.
Мать Виктории, Раиса Кузьминична, – особа тоже весьма колоритная и жесткая, решила познакомить свою дочь с мужчиной, которого она знала по работе. Однако, ему было около сорока пяти лет, и сама Виктория считала его глубоким стариком. Зная, что Лиза тоже сейчас одна, было решено пригласить на встречу и ее. Тем более, что Виктория, изначально сообщила подруге, что мужчина по имени Сергей ей не интересен, поэтому подруга может к нему присмотреться и отвлечься заодно от работы и грустных будней. Лиза сильным желанием знакомиться с кем-то не горела, однако, на стадион смотреть футбол она раньше не ходила. Кроме того, Виктория попросила Лизу составить ей компанию, даже если он ей тоже не понравится. Итог – подруги пошли смотреть футбол.
Придя, Лиза увидела Викторию в компании крупного мужчины, который в непродолжительном общении проявил себя внимательным и заботливым человеком. После десятиминутного общения больше сказать было нечего. Виктория заранее предупредила, что Сергею нужно сегодня вечером уезжать, поэтому до конца игры он не останется. Так и произошло. В середине матча он встал, извинился, пожал руки и сказал, что надеется вскоре увидеться с Лизой еще раз. Перекинувшись еще несколькими фразами, подруги обратили свое внимание на игру. К своему удивлению, Лиза поняла, что следить за мячом, который гоняют по полю взрослые мужчины, вкладывая в это занятие весь свой азарт и энергию, – занятие весьма увлекательное. Поэтому всю оставшуюся игру она не отрывала взгляд от поля.
Через пару дней Виктория позвонила Лизе и спросила ее о произведенном Сергеем впечатлении. Не желая делать быстрые выводы, Лиза сказала, что если он проявит интерес, то подруга может дать ему номер ее телефона. В общем ситуация могла бы на этом и закончиться, но у нее было продолжение.
Через пару недель занятая своими делами Лиза забыла о договоренности. Впрочем, звонка и не было. Решив, что мужчина не заинтересован в дальнейшем общении, она выбросила его из головы, однако, встретившись как-то раз с Викторией, решила все-таки поинтересоваться, брал ли он ее номер. После этого вопроса лицо подруги стало гневным, и она заявила, что он просил телефон Лизы, но поскольку сказал, что хотел бы встретиться с ней наедине, т. е. без Виктории, ее лично это возмутило, и они с мамой решили ему номер телефона Лизы не давать. И не дали. И не дадут…
Удивление Лизы было сильным, так как Виктории он был не нужен, а дать ему шанс с подругой она отказалась. Понять такую позицию Лизе было сложно, и принять такую бестактную решимость подруги она тоже не могла, потому что по ее мнению это было достаточно низко и не соответствовало ее понятию дружбы.
Впрочем, Виктория даже не понимала, что она не имела права на такое вершение чужих судеб, и второе – при чем тут, собственно, ее мама? Однако, подобные вопросы без ответов показали Лизе Викторию в другом свете. Она понимала, что многие предъявляют к себе и к другим разные требования, но не настолько же. Однако, девушка успокаивала себя тем, что лучше уж выяснить настоящее отношение к себе в такой не самой важной ситуации, чем в какой-то более серьезной. Особенно это было удивительно, если учесть то, что сама Виктория окажись на месте Лизы, обижалась и возмущалась бы после такой выходки подруги многие годы. Себя же она считала правой во всех своих мыслях, словах и поступках.
Лиза все еще сидела на концерте и под джазовые импровизации думала о том, показала ли характер подруги эта ситуация, либо начало изучения агрессивной психологии, как она называла для себя НЛП, начало менять ее видение окружающих. Впрочем, музыка постепенно заполнила ее существо и, как обычно, окончательно увлекла девушку за собой.
Результатом похода и размышлений стала статья о концерте, написанная в весьма отстраненной манере, что было несвойственно для привычного ей вдумчивого и слегка восхищенного обычного стиля написания. Однако, Лиза стала ловить себя на мысли о том, что больше не хочет делиться с другими теми чувствами, которые прячутся у нее внутри, т. к. слова, пробужденные звуками, поднимали какие-то глубинные пласты ее чувственного мира.
Настроение же другой подруги Марины Лиза чувствовала даже на расстоянии, и это было взаимно. Не раз Лиза брала трубку за миг до того, как раздавался звонок. Так произошло и в этот раз. Уже по одному приветствию стало понятно, что состояние у Марины плохое. После небольшой паузы, она произнесла: «Я собрала чемодан. Мне уходить?». Опешив от такого вопроса, Лиза не знала, что ответить. Во-первых, потому что чемодан подруга собирала уже не в первый раз, а во-вторых, потому что решать, как ей поступать сама Лиза не имела ни малейшего права. Все, что она могла сказать в данный момент: «Решать тебе». Конечно, она хотела сказать намного больше и намного резче, потому, что считала мужа подруги настоящим козлом, и была твердо убеждена в том, что той надо не то, что собирать вещи, а бежать без оглядки. Но в таком случае, если они помирятся, сама Лиза станет врагом, а терять подругу из-за ее не сложившихся отношений, она не хотела, брать на себя ответственность за чужую судьбу – тем более.
