Согласно своей роли она должна была сбежать к нему по трапу. Она взглянула на корабль, который только что пришвартовался у длинного пирса. Это было судно, совершившее рейс сквозь блокаду.
Неожиданно она почувствовала, что для нее очень важно покинуть корабль прежде, чем она увидит человека, смотревшего на нее несколькими минутами раньше, и она поспешила к трапу.
Спускаясь вниз по шатким доскам, краем глаза она увидела присутствие человека в синем сюртуке и в белых брюках, шагающего поперек настилающих пирс брусьев. Долю секунды поколебавшись, она двинулась дальше. Она уже почти добралась до пирса, когда к ней вдруг бросилось покрытое шерстью животное. Она отступила назад, и ее каблук попал в щель между досками как раз в тот момент, когда животное собралось броситься на нее. Она попыталась рывком освободить ногу и сделала еще один шаг назад, но неожиданно освободившийся каблук подвел ее: она падала, пытаясь руками отыскать опору, которой не было. Мелькнула мысль о злой иронии судьбы: ей ведь следовало произвести впечатление и она его произведет, оказавшись прямо в воде!
А потом она ощутила, что невероятно сильные руки обнимают ее и ставят вертикально. Инстинктивно она поняла, что это мужчина с корабля, прорвавшегося сквозь блокаду. И она медленно подняла глаза, пока не увидела самые синие глаза на свете.
ГЛАВА 2
Никто не был удивлен больше, чем Адриан, когда обнаружил в своих объятиях женщину, и тем более ту самую женщину, которая ранее повернулась к нему спиной. Это странное обстоятельство озадачило и заинтересовало его.
Когда она посмотрела на него, ее глаза были большими и удивленными.
Она была хороша, так хороша, что ему не хотелось ее отпускать, даже когда она уже вновь уверенно стояла, и понял, что все еще не в силах отпустить ее, когда почувствовал едва уловимую дрожь ее тела.
Он подарил ей улыбку, которая обычно обеспечивала ему быстрый и доброжелательный ответ:
— С вами все в порядке, мисс?
Она напряглась и отодвинулась, так что ему пришлось разжать руки.
— Да, спасибо, — сказала она со слабым акцентом, который он не смог тотчас же определить.
— Мне очень приятно, что я смог вам помочь, — медленно сказал он, имея в виду буквальное значение фразы. Она была невысокой, стройной, с фигурой, не лишенной привлекательности. Простое серое платье не улучшало цвет ее лица, но глаза, серьезно смотревшие на него, пылали мягким золотым огнем.
— Мисс?..
Она колебалась, чувствуя, что краска приливает к ее щекам, и он вновь испытал удивление и интерес. Он не мог припомнить, чтобы женщины когда-либо давали ему отпор. Возможно, признал он, это происходило оттого, что он знал, где можно рассчитывать на успех, а где нельзя. Однако он не собирался ее обидеть, он только хотел помочь, а эта женщина смотрела на него скорее как на негодяя, чем на спасителя.
— Брэдди, — в конце концов тихо сказала она. — Лорен Брэдли.
— Подходящее имя для хорошенькой женщины, — сказал он, пуская в ход привычное обаяние.
Он был намерен, по крайней мере, заслужить улыбку. Но улыбки не последовало. Она отступила назад, ветретилась с ним взглядом, и неожиданно он почувствовал, что где-то в глубине ее существа разыгралась буря. Они смотрели в глаза друг другу и, казалось, не могли отвести взоры. Она сделала еще шаг назад, натыкаясь на спускающихся с клипера пассажиров, и оказалась в ловушке между ними и Адрианом. Ау него не было намерения отступать до тех пор, пока она немного не расслабится. Он слегка поклонился.
— Я Адриан Кэбот, — сказал он и взял ее под локоть. — Мне было бы неприятно, если бы ваш первый визит на остров оказался неудачным, и я считаю, что вы были близки к несчастью по моей вине. Надеюсь, вы примите мои извинения.
— По вашей вине?
Она оторвала взгляд от его лица. Голос ее слегка дрожал.
Адриан взглянул на несколько футов в сторону, где с невинным видом сидела обезьяна в матросских брюках и шляпе помощника капитана.
— Этот маленький разбойник принадлежит мне. Он удрал из моей каюты. Он любит прятаться под широкими юбками и явно облюбовал ваши.
Он пытался заставить себя рассердиться, но не смог. А в ее приковывающих взор глазах загорелись огоньки.
— Я должна сказать, мистер Кэбот, это было необычное приветствие.
Адриан был совершенно очарован. Он был уверен, что женские чары не имеют над ним власти, но ее искрящиеся глаза выражали такое неожиданно заразительное и простодушное веселье, что он был ошеломлен.
— Это действительно ваш первый визит, не так ли? Я вас прежде не видел.
— А вы все видите? — спросила она и, когда их глаза встретились, ее взгляд снова стал серьезным.
Все выглядело так, словно она почти пожалела о том, что только что смеялась.
— Я стараюсь, — ответил он, и его рука крепче сжала ее локоть, когда он ощутил ее сопротивление. — Во всяком случае, все важное.
Он знал, что не дает ей выбора. Она, похоже, была одна: ни один из джентльменов с корабля не спешил ей на помощь, и, если она не собирается целый день загораживать собою трап, ей придется пойти с ним.
Ее глаза сказали ему о том, что она поняла его маневр и что ей это не понравилось. Это заинтересовало его еще больше. Теперь чувствовалось, что она владеет своим лицом, хотя и не могла скрыть румянец на щеках. В ней ощущалось напряжение, и он не понимал его причины. Раздумывая об этом, он почти силой заставил ее спуститься по многочисленным ступенькам на пирс, где они отошли в сторону, уступая дорогу остальным пассажирам.
Позади них послышался шум.
Адриан обернулся: Сократ решил, что прощен, и требовал внимания. Маленькая обезьяна, похожая на сморщенного человечка, стояла и моргала, глядя на Лорен. Адриан напрягся, ожидая, что последует новая атака, а Сократ слегка поклонился Лорен и предложил ей свою узловатую руку со скрюченными пальцами.
Лорен Брэдли приняла маленькую руку и в ответ на поклон обезьяны сделала реверанс с таким откровенным удовольствием, что Адриан был захвачен этой сценой, хотя заметил, что ее реакция по отношению к обезьяне была более теплой, чем по отношению к нему самому. С лукавой улыбкой он нарушил молчание:
— Сократ, это мисс Брэдли.
Казалось, они оба игнорировали Адриана. Сократ радостно что-то бормотал, а мисс Брэдли склонилась к нему, как будто желая разобрать, что он говорит. Адриан никогда не видел, чтобы Сократ с такой готовностью с кем-нибудь общался, а Лорен Брэдли широко улыбалась совершенно очаровательной улыбкой, радостно глядя на Адриана. Потом ее радость неожиданно померкла, как у маленького ребенка, которого застали на чем-то недозволенном.
