что бы я делала без тебя.
— Ты, наверное, все равно сдала бы экзамены, просто не с блеском, — шучу я, но в моем тоне есть теплота. Несмотря ни на что, София стала для меня больше, чем просто работой. Она, друг, тот, кто видит меня за пределами той роли, которую я играю.
— Будем надеяться, что нам не придется это выяснить, — говорит София, ее улыбка становится шире, пока она собирает свои вещи. Мы обе знаем, что в этом мире ни в чем нельзя быть уверенным. Единственное, на что мы можем рассчитывать, это друг на друга.
Когда мы выходим из машины, София вздыхает, ее обычная беззаботность окрашена чем-то более тяжелым. Я чувствую это еще до того, как она заговорит, у нее что-то на уме, что-то, что она сдерживала. Она смотрит на меня, пока мы идем к дому, огромное поместье возвышается над нами, как крепость.
— Завтра мой последний экзамен, — говорит она небрежным тоном, но я вижу, что за этим стоит нечто большее. — После этого... ну, по словам моего отца, мне нужно будет на некоторое время покинуть Нью-Йорк. Для моей же безопасности.
Я останавливаюсь, поворачиваясь полностью к ней лицом. — Уехать. Куда ты едешь?
— Ванкувер, — отвечает она, ее губы изгибаются в небольшой, почти извиняющейся улыбке. — Он думает, что мне лучше уехать из города, пока все не успокоится с Братвой. Там безопаснее, подальше от всего этого.
Я киваю, понимая логику, даже если я не полностью с ней согласна. Кейс Престон не рискует, не с тем, как все обостряется. Его главный приоритет, уберечь Софию от опасности, а Ванкувер - это такое же хорошее место, чтобы затаиться, как и любое другое. Но мысль о том, чтобы быть вдали от нее, не иметь ее рядом, оставляет неприятное чувство в моем животе.
София, словно почувствовав мое беспокойство, протягивает руку и берет меня за руку, ее улыбка становится игривой. — Поедем со мной, Сара. Это будет похоже на отпуск. Мы сможем расслабиться, повеселиться, отвлечься от всего этого хаоса на некоторое время.
Я не могу не ухмыльнуться ее предложению. Идея перерыва, побега от удушающего напряжения, которое нарастало вокруг нас, более соблазнительна, чем я хочу признать. — Отпуск, да? Звучит как раз то, что мне нужно.
София смеется, искренний звук, который поднимает настроение. — Именно так! Мы уедем из Нью-Йорка, от всего этого безумия. Только ты и я, живем в Ванкувере. Что скажешь?
Трудно сказать нет, когда она смотрит на меня вот так, ее карие глаза полны тепла и волнения. По правде говоря, я так долго бежала на адреналине, что мысль о том, чтобы отступить, даже ненадолго, кажется мне раем. — Я в деле, — говорю я, и моя улыбка становится шире. — Зачем мне пропускать веселое время?
Улыбка Софии становится ярче, и она быстро сжимает мою руку. — Отлично! Это будет как в старые времена, когда мы тайком выбирались и устраивали приключения.
— Только на этот раз нам не придется красться, — указываю я, посмеиваясь. Воспоминания о тех ночах, о том, как мы ускользали из поместья, о том, как чувствовали себя свободными, пусть даже всего на несколько часов, одни из лучших, что у меня есть. Это был мой первый вкус настоящей свободы, жизни, которая не была продиктована необходимостью или выживанием.
— Верно, — соглашается она, и в ее глазах играет озорство. — Это не значит, что мы не встретимся с небольшими неприятностями по пути.
— Если бы мы этого не сделали, то были бы не мы, — отвечаю я, и эта шутка немного снимает напряжение, которое я не осознавала, что во мне царит.
Мы доходим до ступенек поместья, и я останавливаюсь, оглядываясь на черные внедорожники, все еще припаркованные в стратегических местах вокруг поместья. — Твой отец действительно обеспокоен, да?
София прослеживает мой взгляд, выражение ее лица смягчается. — Да. Он не показывает этого особо, но я вижу. Он ненавидит, что все вышло из-под контроля с Шаровыми. Это не то, чего он хотел.
Я киваю, понимая больше, чем показываю. Кейс Престон, человек, который управляет своим миром железной рукой, и мысль о том, что кто-то другой дергает за ниточки, пусть даже немного, должно быть, приводит его в ярость. — Ну, в Ванкувере ты будешь в безопасности. Я об этом позабочусь.
София благодарно мне улыбается. — Спасибо, Сара. Не знаю, что бы я делала без тебя.
— Тебе не придется это узнать, — говорю я, повторяя ее предыдущие слова. Это обещание, которое я намерена сдержать. Что бы ни случилось, я буду рядом с ней, как и она была рядом со мной.
Когда мы заходим внутрь, я не могу не думать о том, как сильно все изменилось. Когда я впервые встретила Софию, я и представить себе не могла, что наши жизни так переплетутся.
Тогда я была просто отчаянной девчонкой, пытающейся заработать достаточно денег, чтобы спасти своего брата. Теперь Люк в другой стране, учится и строит будущее, о котором я никогда не мечтала. Я бы отдала все, чтобы быть с ним, видеть его процветающим, но именно здесь я нужна. Здесь, с Софией.
Она больше, чем просто друг. Она мой якорь, единственный человек, который видит меня такой, какой я есть на самом деле, а не просто роль, которую я играю. Если Кейс хочет, чтобы она была в безопасности в Ванкувере, то я буду там. К тому же, смена обстановки может быть именно тем, что мне нужно, чтобы прочистить голову, стряхнуть с себя затянувшееся чувство вины за то, что я помогла сделать Кейсу.
Пока мы идем по большим коридорам поместья Престона, София болтает о своих планах на Ванкувер, о местах, которые она хочет посетить, о вещах, которые она хочет сделать. Я слушаю, улыбаясь ее волнению, но часть меня не может избавиться от беспокойства, которое поселилось в моей груди. Уехать из Нью-Йорка может быть умным шагом, но я не могу избавиться от ощущения, что мы бежим от чего-то, что только начинается.
— Не волнуйся, — говорит София, подталкивая меня локтем, словно читая мои мысли. — Это будет хорошо для нас, вот увидишь. Новый старт, пусть даже ненадолго.
Я киваю, выдавливая улыбку. — Да. Новый старт.
В глубине души я знаю, что куда бы мы ни пошли, тени нашей жизни будут следовать
