Блекстоун был крупный тяжеловесный мужчина. Возраст его приближался к пятидесяти. Всегда прекрасно одетый, изысканно вежливый и обезоруживающе добродушный, Блекстоун скрывал за дежурной улыбкой политика сердце настоящего фанатика. Он слыл реформатором и никогда не соглашался на компромиссы. За один-единственный год он успел сделать для города больше, чем весь Совет, вместе взятый. Тем самым он снискал популярность на окраинах, а среди сильных мира сего, которых не тревожила темная сторона жизни города, у него появилось немало врагов. В отличие от тех, кого не беспокоило несчастье других, Блекстоун, будучи достаточно богатым, вкладывал деньги в то, что обещал. К концу первого срока деятельности его шансы на переизбрание оценивали как четыре тысячи к одному. Блекстоун, узнав об этом, расхохотался и заключил пари на тысячу золотых сам с собой.
Блекстоун оживленно беседовал с чародеем о своих планах по борьбе с детской проституцией. Рядом с Советником стояла его жена Кэтрин — маленькая очаровательная брюнетка лет тридцати. В свое время она считалась одной из лучших актрис, когда-либо выступавших на подмостках хейвенского театра. И хотя после замужества Кэтрин оставила сцену, она и сейчас умела поставить на место любого недоброжелателя. Она не медлила с отпором на сомнительную остроту, а некоторые характеристики людей, высказанные ею, отличались проницательностью и правдивостью.
Хозяину дома лет сорок, но выглядел он гораздо старше. Высокий, широкоплечий, всегда элегантно одетый в черное, как и подобает чародею. Черное одеяние резко контрастировало с бледностью его лица. Орлиный профиль, тонкие усики. В низком красивом голосе явно проскальзывали командные нотки, а светло-серые глаза не опускались ни перед кем. Четыре года назад этот человек неизвестно откуда приехал в Хейвен и сразу же сделал себе имя, очистив район Девилс Хук.
Девилс Хук — район трущоб, примыкавший к порту, район нищеты и отчаяния. Мужчины, женщины и дети, с утра до ночи трудившиеся за мизерную плату, не могли угнаться за довольно высокими ценами и постоянно жили в долг. Тех, кто пытался протестовать против такого существования, запугивали или убивали. Городская Стража в тот район даже не заходила.
И вот однажды в Хейвене появился чародей Гонт. Он один и без оружия пришел в Девилс Хук, чтобы все увидеть своими глазами. Отбыл оттуда он через два часа, после чего явилась городская Стража и начала наводить порядок. Были убиты все члены местных банд, причем расправились с ними жестоко. Район праздновал свое «освобождение» целую неделю.
Но природа не терпит пустоты, и кое-кто решил прибрать свободную от банд территорию к рукам. Гонт посетил таких людей и ясно дал понять, что любые попытки вернуться к прежнему будут восприняты им как личное оскорбление. Жизнь в Девилс Хук стала улучшаться буквально с каждым днем.
Гонт налил себе вина и пригубил бокал, наслаждаясь вкусовым букетом.
— Дорогой, как ты можешь пить эту гадость, — поморщилась Кэтрин Блекстоун, — В Хиллсдаун неплохие сады, но виноградники не выдерживают никакой критики.
— Я не очень увлекаюсь винами, — спокойно ответил Гонт, — Однако в винах с севера есть что-то особенно привлекательное для меня. Эти вина, конечно, легкие, но их узнаешь безошибочно. Если бы такой напиток стал чуть крепче, он выбил бы пробку. Не хочешь попробовать, Вильям?
— Самую малость, спасибо, — поблагодарил хозяина Блекстоун. — Я надеялся, что после захода солнца станет немного прохладнее, но не чувствую совершенно никакой разницы. Кажется, засуха у нас надолго.
Он отхлебнул вина, предложенного ему чародеем, и одобрительно кивнул.
— Осторожнее с этой гадостью, — игриво шлепнула его по руке жена, — Рассчитывай свои силы.
Блекстоун уныло кивнул.
— Да, в карьере политика есть и минусы. Но положительного тоже предостаточно. Поскольку большую часть времени на всех вечеринках мне приходится держать в руке стакан воды, я сохраняю трезвый ум, даже когда никто уже не стоит на ногах.
— Правильно, — с улыбкой подтвердила Кэтрин. — Иногда мне кажется, что в самый разгар веселья ты начнешь сочинять тезисы очередного выступления.
— У меня прекрасная память, — обиделся Советник.
— Когда тебе необходимо, — парировала жена.
— Ну-ну, — вмешался Гонт, — не ссорьтесь.
— Не обращай внимания, дорогой, — проворковала Кэтрин, — Таково наше семейное развлечение.
Все трое рассмеялись.
— Послушай, Вильям, — обратился к гостю Гонт. — Что с твоим новым биллем? Обсуждение наконец закончилось?
— Знаешь, как на это посмотреть. Скорее всего билль примут в конце месяца и ни днем раньше. Хейвен полностью зависит от порта и доков, а владельцы довели их до ужасающего состояния. Как только мой билль станет законом, им придется раскошелиться на модернизацию. Сейчас же они усердно поджигают старые дома и получают страховку.
— Разумеется, Совет выделит им дотацию, — вмешалась Кэтрин. — Надо же подсластить пилюлю.
— Интересно узнать, что из этого выйдет, — пробормотал Гонт. — Сдается, идею будет нелегко воплотить.
— У нас все нелегко, — ответил Советник.
— А как продвигаются твои исследования, Гонт? — спросила Кэтрин. — Или спрашивать нельзя?
— Это не секрет, — пожал плечами чародей. — Боюсь, что еще не достиг результата. Заклятия Истины — вещь непростая. Существующие в настоящее время определяют только абсолютную истину. Нюансы, полуправду или отговорки они не схватывают. А ведь есть еще объективная и субъективная правда.
— Помилуй, — засмеялась Кэтрин, — Тебе удалось научить меня не выспрашивать чародеев об их секретах. Магия, видимо, единственная в мире вещь, более сложная, чем политика.
— Разумеется, тебе не следует посвящать весь вечер старым солдатам, беседующим лишь о сражениях, — сухо оборвал ее Блекстоун. — Да, кстати, Хайтауэры еще не приехали? Ты утверждал, что они прибудут.
— Да, они приедут, — подтвердил хозяин.
— Хорошо, — обрадовался Советник. — Мне надо кое о чем поговорить с лордом. Он обещал поддержать билль, но я не видел его уже почти месяц. Наверное, он прихворнул.
— Не думаю, — ответил Гонт. — С Родериком все в порядке. Эти старые солдаты порой слишком занудливы, особенно когда речь заходит о боях, но их слово — кремень. Если Род обещал поддержать тебя, значит, так оно и будет. На него можно положиться.
— Мне нужна не столько его поддержка, сколько его деньги, — сухо констатировал Блекстоун. — Политик не может жить на одни аплодисменты. Мои кампании обходятся недешево. Мне нужен постоянный источник средств. Мои собственные ресурсы не бесконечны. Золото Хайтауэра очень бы пригодилось.
