кто уже здесь давно и кто знает, как вовремя увернуться от его пасти.
— И как мне узнать, кто тут настоящий профи? Я же вроде тут впервые…
— Впервые? — блондин вновь задорно хохотнул и, иронично приподняв домиком брови, взглянул с не наигранным скепсисом в глазах на своего не особо-то и шокированного соседа. — Нет, красавчик. Ты тут определённо не впервые. Просто не помнишь многих вещей из-за того, что ты залётный интурист, а так… В Остиуме редко кто бывает впервые. Может только-только рождённые младенцы и то… это самая большая для Града редкость. Практически невозможная. Но, как бы там ни было, в одном я тебе завидую на все сто, как и большинство из здешних приговорённых. В том, что ты очень скоро вознесёшься и опять всё забудешь. А вот мы, к сожалению… нет.
Скорей всего это точно сон. Очень красочный и до невероятности правдоподобный сон. И, видимо, только поэтому Дерек и не впадал в дичайшую панику, потому что прекрасно знал, что скоро проснётся.
Судя по всему, «вознестись» — это и есть проснуться. Вопрос только в том, когда именно это случится? Через какое-то неопределённое время или всего через несколько секунд? А если всё-таки нескоро? Такое ведь тоже, наверное, возможно? Вдруг он застрял здесь не на несколько часов, а на несколько дней? Или даже лет?
— Чёрт… Уже близко. Почти пришли. — блондин заметно занервничал, всматриваясь куда-то вперёд над головами заметно поредевшей толпы счастливчиков. Теперь их были не сотни, а где-то всего под сотню. И как раз после того, как блондин озвучил свои невесёлые опасения, раздался пронзительный и невероятно громкий звук протяжного гудка или же оглушительного горна.
— Зверь вызывает вас на бой, отважные смельчаки. Так примите же этот бой с достоинством. Вы ведь не забыли, что тому, кто победит Зверя, достанется Супер Приз от нашей Игровой Арены. Это не только обещанная амнистия, но и столь желанное для большинства граждан Остиума освобождение от всех пошлин, налогов и банковских задолженностей. И, конечно же, самое главное. Место при башне величайшего из величайших градоначальников. Нашего бессменного Смотрителя, Архивариуса и Хранителя легендарного Лабиринта и башни Таурус. Попасть в его услужение — всё равно, что стать одной из миллионов рук Незримого. А оказаться в башне Таурус — равноценно очутиться в небесных чертогах самого Владыки!
— Это ведь не шутка? — Дерек сумел задать свой вопрос после того, как торжественный голос невидимого глашатая (раздававшегося будто бы со всех сторон и при этом откуда-то немного издалека), наконец-то прервал свою пафосную тираду… Чтобы продолжить её уже через несколько секунд.
— Про освобождение ото всех долгов и налогов, точно не шутка. А вот про всё остальное… Тут уж точно всё больно сомнительно, как и про нереальную возможность завалить Зверя. Легенды, конечно, ходят о парочке таких везунчиков, но чем чаще я выхожу на Арену и наблюдаю, что там творится — тем больше убеждаюсь, что это всего лишь легенды.
— Как я понимаю, тут главное не Зверя завалить, а как-то выжить на самой Арене, да?
— В точку, красавчик. Поэтому, будь начеку постоянно. Здесь всё зависит только от тебя. Поскольку всем плевать на твою жизнь и смерть, к слову тоже. Никто, кроме тебя, на помощь не придёт. Да даже если бы и пришёл, то ещё не факт, что это действительно будет помощь.
За их недолгий диалог, которым они успели переброситься, вся оставшаяся их группа из пока ещё живого мяса, достигла долгожданного конца тоннеля. Причём тот значительно увеличился в размерах, стал выше, шире и упёрся в стену с арочными воротами, пока ещё перекрытыми тёмно-серым почти свинцовым панелями из неизвестного металла.
— Дамы и господа! — и вновь раздался идеально поставленный мужской голос ведущего шоу века. Только в этот раз он звучал куда ближе и намного громче, буквально над головами согнанной по загону отары человекоподобных овец. — Прошу всех вас поприветствовать наших храбрейших из храбрейших бойцов (кто-то после его пафосного эпитета не выдержал и истерично хохотнул). Лучших из лучших, отборных из отборнейших…
— Великое Око, постоянно одна и та же хрень. И постоянно от этого бреда вянут уши… — блондин несдержанно закатил глаза, но менее напряжённым от этого не стал.
Судя по реакции многих из окружавших их «смельчаков», да и по их виду тоже, ни о каком добровольном отборе речь вообще не шла. Их всех сюда согнали насильно, и они явно хотели в эти самые минуты оказаться где угодно, но только не перед входом на игровую Арену.
— Тех, благодаря кому мы до сих пор живём в Идеальном Равновесии и в ладу с Великим Укладом Незримого. Благодаря чьему самопожертвованию и мало кем оценённому героизму, мы можем надеяться на собственное будущее. А так же верить в высшее Перерождение и в Вечную Жизнь на Той Стороне Священной Тьмы. Будьте благосклонны и милостивы к тем, кто ради вас идёт на своё добровольное Очищение и прокладывает всем нам путь в Чертоги Незримого!
У Дерека даже челюсть от услышанного отвисла. Поскольку это действительно походило на какой-то безумнейший абсурд, если не чей-то откровенно наглый стёб.
— Священной Тьмы? Он это серьёзно?
Блондин тяжко вздохнул и передёрнул плечами.
— Как сказать. Говорят башня Таурус возвышается над ней и выходит в сами Чертоги Незримого. Но я ещё не встречал никого, кто туда поднимался, и кто там бывал. Ведь если верить древним легендам — оттуда не возвращаются.
Только теперь Дерек понял, что мало что понял из услышанного вообще. Точнее… Он знать не знал, что же это в действительности за место, какие тут царили порядки, и в какие сказки с чудесами верили здешние жители. А всё то, что он услышал тут сейчас — по сути ничтожнейшая капля в море.
— Встречайте наших героев, дамы и господа. И не забудьте поприветствовать достойной их встречей.
— Ага, и проводами тоже.
Ворота наконец-то дрогнули и начали разъезжаться в стороны, в глубокие пазы, скрытые внутри огромной каменной стены из явно вековой кладки, буквально превратившейся за долгие столетия в прочнейшее железо. Голос диктора заменила оглушительная какофония из незнакомых музыкальных инструментов, которые, казалось, какое-то время играли в разнобой, но потом всё-таки слились в одну более-менее сносную мелодию. Правда, в зубы от неё отдавало неслабо, что даже хотелось со всей дури сжать челюсти и так же сильно зажмуриться.
Хотя Дерек действительно ненадолго прикрыл глаза, так как образовавшая по центру открывающихся ворот яркая полоска света довольно сильно и даже болезненно резанула по слишком чувствительному глазному нерву. Но
