чем шире становился световой проём, тем быстрее ты к нему привыкал и даже начинал испытывать неподдельное любопытство к тому, что находилось за пределами ворот.
— Ты ведь ещё, надеюсь, не забыл, красавчик, что я тебе говорил? Всегда быть начеку и ни в коем случае не останавливаться, если Зверь тебя увидит или найдёт.
Можно подумать, это и в самом деле могло чем-то ему помочь, если он встретится нос к носу с тем самым Зверем. А уж встретиться с неизвестным врагом на местности, которая ему совершенно была неизвестна…
— Выдвигайтесь, парни!
— Давайте. Шевелите булками.
— Не заставляйте ждать тех, кто поставил на вашу смерть приличные ставки.
Что и требовалось доказать. Весь недавний пафос невидимого ведущего оказался, не больше, не меньше, а самым обыкновенным трёпом и игрой на публику. Особенного после того, как выстроившиеся за спинами храбрейших «добровольцев» местные стражники принялись подгонять к уже наполовину открывшимся воротом комплексный обед для дико проголодавшегося Зверя.
Дерек на всякий случай бросил через плечо назад оценивающий взгляд, но понял, что прорваться через ряд вооружённых не только огнестрельными автоматами, но и странными шестами с металлическими вилками-контактами огромных электрошокеров жутковатых солдат, не сумеет даже он. Во-первых, возвращаться в то огромное подземелье, где кишмя кишат ещё более опасные дроны Шершни — не самый разумный из всех существующих выборов, а во-вторых… Ещё не факт, что отсюда можно было бы вообще как-то выбраться. А, главное, куда именно выбраться?
Поэтому и пришлось выбирать наименьшее из худших зол или, точнее, просто отдаться ведущему тебя течению, надеясь на то, что оно тебя куда-то да вынесет. И, да. Поначалу оно действительно вынесло Дерека со всеми трясущимися от страха отважными «бойцами» в центр… Ещё одного подземелья? Хотя, если присмотреться с иного ракурса, и, например, с высоты пятиэтажного (как минимум) дома, то, наверное, да.
Это действительно была арена, но сильно отличающаяся от тех арен, которые были известны Дереку. Скорее, огромное пространство из открытой площади внутри гранитных стен или какого-то бывшего карьера (причём, как и положено, ступенчатого), разве что находившегося не под открытым небом, а под нависающим сводом из той же горной породы. Правда, рассмотреть сам свод из-за ярких и весьма мощных осветительных приборов, расположенных по всему периметру почти рукотворного амфитеатра, оказалось не так-то уж и просто. Дерек сначала даже принял его за небо, а потом понял, что ошибся. Особенно после того, как его глаза попривыкли к яркому освещению и сумели рассмотреть ещё много чего интересного и, в какой-то степени, шокирующего. Во всяком случае, необычного точно.
Ведь это действительно был амфитеатр. Только места для зрителей находились высоко-высоко вверху, добраться до которых снизу не представлялось никакой возможности. Тем более, что за три метра до нижнего яруса выдолбленных в явно мраморном камне балконов и лоджий (а в некоторых местах даже широких террас), находился огромный купол из железной решётки. И, вполне возможно, по ней был пущен ток, на всякий безопасный случай. И едва ли она была растянута в качестве ограждения от отважных смельчаков, поскольку находилась, как минимум, в двадцати метрах над землёй (вернее, над не идеально круглой площадкой, умощённой железобетонным булыжником, кое-где присыпанной песком).
Дерек даже не сдержался и присвистнул от изумления, не представляя, как кому вообще могло прийти в голову соорудить нечто подобное в недрах горных подземелий. Он ведь даже ещё не видел, куда выходили балконы и террасы для зрителей — то есть, что находилось там, наверху? Разве что мог только догадываться, как и предполагать, рассматривая нижние проходы в неизвестно куда ведущие тоннели, которые были похожие со стороны на обычные входы в горные пещеры, и коих он успел тут сосчитать штук восемь (не считая закрывающихся за их спинами ворот в рукотворный тоннель). Причём более узкие «норы» или «щели» в ещё большем количестве располагались в хаотичном порядке над надземными пещерами на более высоком уровне, забраться куда без должной сноровки и ловкости, ещё и за считанные секунды, не сумел бы вообще никто. Вернее никто из тех, кто не знал, как именно туда забраться.
— Что-то тут… как-то очень много ходов. Даже глаза разбегаются. — Дерек решил поделиться своими наблюдениями с блондином, пока ещё не зная, что же их ожидало в самое ближайшее время.
— Вот именно. Поэтому обольщаться лучше не стоит. Поскольку понятия не имеешь, куда именно ведёт тот или иной тоннель, какой из них сегодня является для тебя смертельной ловушкой, из которой ты уже больше никогда не выберешься.
— Звучит воодушевляюще.
Блондин нервно хохотнул.
— Поэтому мой тебе совет на будущее. Никогда не становись врагом системы или её долбанным должником. Иначе завтра снова окажешься здесь. И ещё не факт, что когда-нибудь отсюда выберешься хотя бы просто живым.
— Идущие на смерть, приветствуем вас! — и вновь над их головами раздался уже знакомый голос ведущего, но в этот раз, казалось, он буквально сочился из окружающего воздуха, резонировал и заполнял абсолютно всё акустическое пространство невероятно гигантской подземной «пещеры». А судя по изначальным рассказам блондина, подобных мест или Арен здесь находилось несколько.
— Для нас величайшая честь принять вашу священную жертву в качестве бесценной платы за наше Идеальное Равновесие и Великий Уклад всего Остиума. Мы с искренней благодарностью её взимаем и склоняем перед вами свои головы. Так умрите же с достоинством и честью, наши братья!
— Грёбаные мрази! Взимают они плату. Ага. — кто-то выругался в нескольких метра от Дерека и его нового знакомого с одной стороны, а с другой послышался очёнь громкий и весьма характерный плевок сквозь зубы.
От столь вопиющего цинизма даже у Дерека (правда, в который уже раз) отвисала от изумления челюсть. Он задрал голову и даже слегка прищурился, очень внимательно всматриваясь в верхние уровни амфитеатра, где находились места в первых рядах явно не для местной черни. Многие, кто подходил впритык к ограждению над решётчатым куполом, выглядел весьма презентабельно и был разодет в довольно необычные костюмы и платья, чаще тёмных оттенков. И, кажется, у большинства зрителей лица казались какими-то слишком уж белыми, словно выкрашенными белокипенной пудрой. А у тех, у кого была обрита полностью голова (и действительно ли обрита), у них даже лысины соответствовали такому же оттенку.
Правда, внимание Дерека привлекла одна из самых выделяющихся и слишком уж экстравагантных террас. Она больше всех была украшена мраморными барельефами, лицами и статуями то ли языческих, то ли (как антропоморфных, так и зооморфных) богов. Вот на ней находилось меньше всего людей и то, по большей части стражников в
