помощью боли смог настроиться на дело, понимая, что, поддавшись мечтам и восторгам, уже беспардонно долго торчу в переулке, заглядываясь на людей.
Из-за этого только в последний момент я успел подметить худую фигуру, закутанную в дорожный плащ.
Незнакомец возвышался прямо у входа в лавку, видимо, недавно покинув её, и теперь, застыв спиной к двери, он таращился в мою сторону. И хоть из-за плаща, натянутого до самого подбородка, нельзя было сказать наверняка, я прямо ощущал липкий пугающий взгляд, что прошёлся по всей моей фигуре.
Сглотнув слюну, я уже собирался сорваться на бег, ведь никакое дело не стоило собственной жизни — это первое правило, что я сумел усвоить, стоило только научиться говорить. Не раз и не два мои глаза становились свидетелями смертей или жестоких наказаний для самоуверенных, тупых или храбрых работников ножа и топора.
Нужно знать свои пределы и чем дольше незнакомец смотрел в мою сторону, тем больше я понимал, что мой предел уже далеко позади и теперь только страх, как у загнанной в угол добычи, не позволяет мне побежать на утёк сверкая пятками.
Но проходили секунды, а неизвестный так и продолжал стоять, поглядывая в мою сторону. Чувствуя, как пропало давление, а в тело вновь возвращается уверенность, я робко подался вперёд, оглядываясь по сторонам, но никто кроме меня не обращал внимания на застывшую фигуру.
Осмелев настолько, что решился на глупый поступок, я подобрал с земли ближайший камушек и метнул его прямо сквозь этого чудика, подтверждая собственные догадки.
Мерцая и переливаясь цветами радуги после соприкосновения с телом, камушек пролетел насквозь, разрушая конструкцию.
Легкая иллюзия моментально развеялась, вызывая у меня невольный вздох восторга от проявленного мастерства и умения.
«Когда успел?».
В голове набатом стучал вопрос и от былого страха не осталось и следа. Хотелось стать свидетелем подобного ещё раз, прикоснуться к таинству магии или быть может, даже научиться чему-то схожему!
«Так, Тевиер, давай-ка, сначала работа, а потом влажные мечты».
Новая порция шлепков по щекам привела меня окончательно в чувство и я не мудрствуя лукаво попытался обойти здание по кругу, высматривая хоть какие-то варианты для того, чтобы пробраться внутрь.
Если Пелайос сказал правду, то дворф не расстаётся с брошью ни днём, ни ночью. Так что единственный вариант умыкнуть безделушку — это дождаться, пока бородатая задница напьётся и уснёт. А в том, что дворф напьётся, я не сомневался ни в коем разе. За все наши встречи эти коротышки только и делают, что бредут по жизненному пути от пьянки к пьянке.
Исследуя стены дома, сплошь состоящие из добротного и аккуратно вырезанного камня, я с неудовольствием отметил, что ближайшие окна находятся аж на втором этаже. И несмотря на все мои способности к лазанью, я сомневался, что смогу скрытно проникнуть внутрь и спрятаться там до тех пор, пока Йорг не примет на грудь.
Слоняясь вокруг лавки, я то и дело поглядывал внутрь, чтобы хотя бы убедиться, что Йорг внутри, но каждый раз неудача постигала меня, так как заместо коротышки-дворфа в прихожей стоял официальный владелец — тощий, суховатый старикашка, который едва ли мог похвастаться чем-то кроме набранных в порту болячек.
Решив рискнуть, я придумал простецкий план, который предусматривал немного вандализма, но именно в этот момент меня схватили за шкирку, как котёнка, и приподняли в воздух.
Крепкая мозолистая рука держала жестко, но без лишней боли. Хотя я уверен, если её хозяин захочет, то моя шея сломается ещё до того, как я успею возмутиться.
-Хули ты тут лазаешь?
Грубый мужской голос с хрипотцой вызвал по телу табуны мурашек. Обычно в подобном стиле говорили боевики Синдиката, у которых мозгов было меньше, чем оружия в карманах.
-Сказали проследить за человеком в плаще, я за ним досюда шёл, вот и хотел рассмотреть поближе, — ложь пришла на ум мгновенно. Немного правды и реальных событий, смешанных с откровенным пиздежом, имели неплохие шансы на успех, — простите, я не хотел вам мешать. Мне просто пообещали пару монет...
-Закрой пасть, крысёныш, — встряхнув меня как следует, мой пленитель опустил руку пониже, позволяя ногам снова коснуться земли, после чего он поволок меня на задний двор своей лавки, откуда сразу же затащил сквозь распахнутую дверь, через которую на нас поглядывал сухопарый старик-владелец, — мелкий говнюк, я что, по-твоему, совсем тупой? А ну говори правду, на кой хрен...
В этот момент произошло то, что изменило мою жизнь навсегда. Старый дворф ярился и махал кулаками, швыряя меня из стороны сторону, абсолютно наплевав на мой вес. Его щёки раскраснелись, а на лбу выступил пот, столь яростно он грозился и рычал.
Едва Йорг начал предупреждающе замахиваться кулаком, как из-под его рубашки выпала интересующая Пелайоса брошь, подвешенная на тоненькую цепочку, сверкая серебром и обещая нехилую горстку монет тому, кто сможет её продать.
Мой взгляд моментально приковался к небольшой арфе, спрятанной в серебряной луне. Невероятного мастерства работа зачаровала меня не хуже заклинания, мешая нормально мыслить.
Словно во сне, я потянулся рукой к украшению, но в этот миг тени в лавке начали сгущаться, погружая помещение в полумрак.
Свечи гасли одна за другой, равномерно отдавая власть тьме, пока наконец всё вокруг не потонуло во мраке, а на замену обычным оранжевым свечами не вспыхнули фиолетовые огоньки, оставляя жуткий полумрак.
-Йоо...
Слова фальшивого владельца лавки потонули в хрипе. Хватаясь за горло, пожилой мужчина упал на колени, разбрызгивая свою кровь по полу и ближайшим предметам мебели, окрашивая всё в алый цвет.
Болезненно дёргаясь, он пытался остановить потерю ценной для организма жидкости, но вместо успеха лишь продлевал свою агонию.
-Сука.
Отбросив меня в сторону, Йорг выхватил из-за пояса здоровенный кинжал, больше похожий на тесак, и не глядя ударил за спину во тьму, откуда вскоре выпало тело с торчащим из головы клинком.
Оставшись без меча, суровый дворф не растерялся и, используя ближайший стул как оружие, начал яростно размахивать им из стороны в сторону, уверенно держа на расстоянии ещё парочку чудиков из темноты.
На их лицах были надеты белые маски, имитирующие человеческие безэмоциональные лица. С плеч свисали тёмные плащи, походящие на саваны. У каждого в руке покоился кинжал, а свободная кисть сжималась в кулак, распространяя вокруг ожившую тьму. Словно дым, она плескалась наружу, заполняя всё вокруг, и лишь бледные фиолетовые огни оставались последним источником света.
-Беги, пацан!
Удачно подкосив одного из нападающих, Йорг схватил меня за шкирку и метнул прямо в окно.
Сквозь боль, охреневание
