слышались смешки и обрывки разговоров, пока коллеги моей мучительницы делились впечатлениями о моих тренировках, день ото дня приобретающих всё больше издевательских черт. Если сначала я просто поднимал свои физические навыки, то со временем, наставница Джахейра только усложняла программу, заставляя меня скакать по импровизированным беговым дорожкам, огибая ящики, животных, проползая по грязи или с разбегу забираясь на небольшие дома.
Дни складывались в недели и каждые день становился сложнее предыдущего, постепенно выбивая из меня любые способности мыслить. Постоянная нагрузка, как на тренировках, так и дома - доводили мою жизнь до абсурда, сокращая дни до немногочисленных минут общения с Ефи. Да и то, я чаще просто вырубался в её объятьях, падая головой на маленькие колени, чувствуя, как маленькая ладошка зарывается в мои волосы, расчёсывая спутывающиеся лохмы.
Не раз и не два, я пытался сбежать, закатывал истерики или просто спорил со злобной древней полуэльфийкой, но делал только хуже, получая после разговором по душам наказания и усложнение программы или добротную порку. Это ещё не стоит упоминать, как я её сгоряча обозвал старухой. От одних только воспоминаний пятая точка начинает гореть огнём.
Тот день и принятое мною решение, казались ошибкой, но каждый раз видя счастливое лицо Евфимии и то что за место проституции, я приходиться заниматься простым и ненапряженным делом, я засовывал свои хотелки поглубже и продолжал страдать под надзором наставницы Джахейры, показавшей свой истинный характер.
Не было озорной эльфийки, любящей шутки и заботящейся о других больше чем о себе. За своей маской она прятала настоящего тирана, что одними словами заставлял остальных арфистов слушать и уважать её, а уж когда она подкрепляла высказывания делом, то никому не оставалось иного, кроме, как засунуть языки в задницу и молча выполнять указания.
Арфисты... Странная организация, со странными целями, но именно они стали теми, кто обеспечил безопасность мне и моей приёмной матери.
Сборище идеалистов, мечтающих о лучшем мире для всех разумных и сражающихся с любым врагом, неважно кто встанет у них на пути. Бандиты, контрабандисты, сектанты и культисты, драконы или обезумевшая нежить. Любой враг, что несёт хаос и зло, встречался с распростёртыми объятиями и арфисты смело шли в бой, где грудью, а где работая кинжалом и плащом, устраняя угрозы до того, как они успеют нарушить покой граждан. Не только Врат Балдура, но и всего Фаэруна.
Они не жили богато, хоть никогда и не нуждались в деньгах. Не носили шелка, но при этом броня и оружие некоторых стоили больше чем неплохой дом в Нижнем Городе.
Их цели были ясны и просты, но каждое задание грозило забрать жизнь арфиста и те знали об этом. Они смело шли вперёд, даже не имея толком сил справится с угрозой. Какой безумец будет сражаться с вампиром в одиночку? Или попытается убить дракона, имея за спиной пару компаньонов?
Но они это делали. Погибали, страдали, но всё равно выполняли эту опасную и неблагодарную работу, рискуя собой и обеспечивая мир.
И вот я должен был стать одним из них. Не за свои навыки, Селунэ упаси или не за высокие цели. Лишь по прихоти древней арфистки, чьё влияние и сила позволяли ей творить безумные поступки, даже в обход многих правил этого тайного общества.
Сначала я не задавался этим вопросом, но чем больше времени проводил среди арфистов, чем больше узнавал их самих и понимал, как многим они жертвуют ради своих идеалов, я не смог устоять и вывалил на наставницу Джахейру всё, что наболело.
-Почему я? Я не такой, как вы? Даже сбежавший Пелайос, был отличным вором и шпионом, он куда больше подходил для вашего дела.
-Скорее всего да, - размеренно нарезая яблоко кинжалом, Джахейра не поворачивала головы в мою сторону, видимо не считая мои вопросы достойными внимания, - и не будь он связан с шаритами, я бы скорее всего позвала бы его к нам.
-Тогда...
-Тевиер, - подбросив мне одно из яблок, эльфийка в один глоток осушила половину кружки с каким-то дорогущим алкоголем, - как ты думаешь, что объединяет всех арфистов?
-Мастерство? Навыки? Цели?
-Ну, хоть один ответ из трёх попал в точку, - наконец-то развернувшись, она снисходительно глянула на меня сверху вниз, откидывая свою начавшую седеть гриву за плечо, - когда там на площади ты мог сбежать. Почему ты этого не сделал?
Тыкнув пальцем мне в грудь, женщина, которая оказывается старше меня почти в десять раз, подошла ближе, я не знал, что точно ответить, о чём сразу же решил сообщить ей, не строя догадок. В прошлые разы, когда я подключал свои уличные привычки подмазаться или подобрать ответ за счёт собеседника, меня отхлёстывали ветками по заднице.
-Не знаю. Просто захотел помочь, - поджав губы, к своему стыду я не выдержал взгляда старой арфистки и отвёл глаза в сторону, - я не хотел, чтобы он умер там, вот так. Как наитие какое-то... Я не знаю.
-Зато знаю я, Йорг и Евфимия. Это понимают все остальные. И чем быстрее ты поймёшь это сам, тем легче тебе будет.
На этом наш неловкий разговор закончился и я снова погрузился в пучину обучения, проклиная каждую минуту заумных текстов в которых трудно хоть что-то разобрать, учитывая, что читал я с горем пополам.
Один из подобных дней закончился для меня очередным срывом и в гневе я что-то прокричал напоследок Джахейре, скрываясь на улицах Нижнего города, который уже давно мечтал изучить, но суровая столетняя наседка не отпускала меня от себя ни на шаг или подсаживала рядышком бедолаг арфистов, провинившихся перед злобной начальницей.
Пробегая по широким улицам, я с восторгом осматривался по сторонам, исследуя всякого прохожего. Мои глаза неотрывно перескакивали с высоких вывесок, ярких красок и залитых светом улиц, наслаждаясь красотой и уютом этого места, что раньше я мог только жалобно наблюдать через ворота.
Здесь было столько всего. Огромные парки, вереницы зданий, всех форм и размеров. Усадьбы и поместья, магазины самых разных товаров, ателье, и парикмахерские. И конечно же магические лавки. Небольшие закутки с зельями, аптеки со снадобьями и целые прилавки с прочными витринами, под которыми таились настоящие свитки в которых заключено волшебство.
Прилипнув к одному из таких магазинчиков, я как ребёнок упёрся лбом в стекло, растопырив пальцы и оставляя отпечатки на начищенной до блеска витрине.
-Парень, если не будешь ничего покупать, то лучше отойди, загораживаешь для покупателей.
Сухой ворчливый голос старого продавца лишь на мгновение поколебал меня, после чего
