Мудрствования (иначе это довольно назвать) С. Кульчицкого относительно отношения ОУН к Объединенным Нациям, то есть к антигитлеровской коалиции, не выдерживают ни одного оправдания: ОУН Мельника все время, от возникновения ОУН к поражению Германии, была на стороне немцев, ОУН Бандеры вместе с тем содействовала с ними с небольшим перерывом — от апреля 1943 года (переход политически подчиненной ОУН Бандеры украинской вспомогательной полиции «в лес») и до декабря того же 1943 года, когда ОУН-УПА восстановила содействие с Вермахтом.
В этом разделе С. Кульчицкий формулирует талмудическое утверждение, за которым: Украинские националисты вели свою войну с компартейно-советским режимом. Эта их война не имела никакого отношения к Второй мировой. Это что же, Советский Союз, как государство, не был членом антигитлеровской коалиции? Бессмыслица!
ІІ. 6. Акт 30 июня 1941 г.
В этом разделе С. Кульчицкий написал правду: 30 июня 1941 года во Львове ОУН(Б) провозгласила Акт возобновления Украинского государства, но из этого факта он не делает никаких, не только научных, выводов. Большим интеллектом в этом вопросе отметился Тарас Бульба-Боровец, который не кончал никаких высоких школ, он сказал по адресу ОУН Бандеры: Вы узурпируете право на суверенную всеукраинскую государственную власть, к которой, как одна из многих политических группировок, не имеете ни малейших оснований.[30] В документе, который должен был бы быть научным выводом для правительства Украины, следовало б С. Кульчицкому сделать научный анализ с целью ответить на вопрос: одна партия (фактически одна из фракций движения), которая не представляла даже 0,1 % (одной десятой процента) народа, имеет ли конституционное право на провозглашение государства? Он этого не делает, потому что логичный, научный вывод противоречил бы исполнению поставленного бандеровцами задания: оправдать все их действия.
Сразу после этого С. Кульчицкий дал доказательство незнания элементарных фактов, написав, что после провозглашения Акта 30 июня 3 июля С. Бандеру вызвали в Краков и объяснили ему, что украинских союзников у Германии не существует. С. Бандера после нападения Германии на Советский Союз не оставил Краков, ему это не позволили немцы, так как же они «вызвали» его в Краков и откуда?
Далее С. Кульчицкий продолжает писать глупости, например: Неясно как С. Бандера планировал сохранить независимость в условиях немецкой оккупации, но не в том суть. Тогда в чем суть? В необоснованном донцовском «хотении», в донцовской «воле» Бандеры суть проблемы?
С. Кульчицкий пишет дальше: Допустим, что… В анализе тяжелых в последствия событий нет места для научных «предположений», тем более, что С. Кульчицкий далее необоснованно говорит, что ОУН нельзя обвинять в коллаборционизме. Можно и так написать, но это не будет вывод из научного анализа, это будет голое, ничем не прикрытое оправдание ОУН Бандеры.
С. Кульчицкий имеет основания говорить, что если нет одной из сторон, то нет и коллаборационизма. Действительно, потому что коллаборационировать могут лишь более или менее равнозначные субъекты. С. Кульчицкий не идет за этим утверждением дальше, хотя логично было бы ожидать от него, от «рабочей группы историков», продолжения мысли: если не было между ОУН (обеими фракциями) и Германией коллаборационизма, то что было? Вакуума не было. Было только выслуживание обеих фракций перед Германией, его формы были разные в разные периоды, но все они сводились к одному: служению Германии.
Помянутое С. Кульчицким в этом контексте геополитическое понятие «Великой Германии» лидерам ОУН не могло быть непонятным, а если оно было им понятным, то служба ОУН гитлеровской Германии означала предательство интересов украинского народа, а из этого факта С. Кульчицкий должен был бы сделать вывод в виде констатации, согласно которой обе фракции ОУН и их вооруженные формирования должны быть осуждены Верховной Радой Украины и Президентом Украины, как преступные формирования, как формирования, которые допустили ряд криминальных и политических преступлений, в том числе и преступления народоубийства (genocide).
На фоне цитаты из «Акта 30 июня 1941 года», по которой Возобновленное Украинское Государство будет тесно сотрудничать с национал-социалистической Великой Германией, которая под руководством Вождя Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и мире и помогает Украинскому Народу освободиться из московской оккупации, проф. С.Кульчицкий с «рабочей группой исориков» должен был, повторим это, проанализировать возможность победы Гитлера во Второй мировой войне и предвиденное научно положение украинского народа после такой победы — что случилось бы с ним, с его жителями, культурой, историей, государством.
С. Кульчицкий сам себе противоречит: в предыдущем разделе он говорит, что массовые аресты бандеровцев имели место сразу после отказа ОУН Бандеры отозвать «Акт 30 июня», и что они перешли на противонемецкие позиции, а в этом разделе пишет, что в этот же день (15 сентября 1941 года — В.П.) все полицейские органы рейха (полиция безопасности, СД, гестапо, таяная полевая полиция, абвер) провели массоые аресты членов ОУН(Б) на оккупированной территории Украины и в других странах. Лидеры ОУН оказались сначала в тюрьме, а потом в концдагере Заксенхаузен. Только частично это утверждение отвечает действительности — до времени создания «Рейхскомиссариата Украины», то есть до сентября 1941 года (почему-то С. Кульчицкий не вспоминает про присоединение Галичины к Генеральному Губернаторству, что означало признание Германией этого региона как польского, он не вспоминает также о создании немцами так называемой «Транснистрии» в пользу Румынии — союзницы Германии) бандеровцы с Миколою Лебедем во главе, «создавали» свою власть: насаживали своих старост в селах, в сельсоветах и районах, создавали украинскую националистическую администрацию, организовывали возношение могил-курганов, имели свою прессу и так далее. Значит неправдивым есть утверждение о том, что сразу после отказа отозвать «Акт 30 июня», ОУН Бандеры перешла на противонемецкие позиции.
Неправильным является также утверждение, что после этого лидеры ОУН оказались сначала в тюрьме, а потом в концлагере Заксенхаузен. В июле 1941 года Степан Бандера и Ярослав Стецько были перевезены в Берлин и там они жили в особняке, имея только ограниченную свободу — они не могли покидать пределы Берлина. Об этом С. Кульчицкий должен был бы знать из книги Евгена Стахова «Сквозь тюрьмы…», в которой он описывает встречу с упомянутыми выше Бандерой и Стецьком осенью того же 1941 года, и как выглядел их «арест». С. Кульчицкий повторяет за украинской националистической энциклопедией о тюрьмах Бандеры, Заксенхаузене и т. д. Он должен знать (и написать) что на территории концлагеря Заксенхаузен под Берлином было создано место изолирования, даже не тюрьма — отгороженный от лагеря участок, на котором немцы в 1944 году поселили своих политических противников (в том числе и польских), которых при случае можно было б использовать в связи с созданной ситуацией, которая была предвестником краха Германии. В той якобы тюрьме, ее якобы узники, имели возможность объясняться друг с другом, разговаривать, они не имели обязанности работать, не было для них «аппеля», их питание не было рассчитано на голод. Разве этого С. Кульчицкий не знает? Он должен об этом знать, но замалчивает эти факты, рисуя Бандеру и других, как узников концлагеря, то есть мучеников гитлеровского режима, хотя они таковыми никогда не являлись. С ними ведь, освобожденными под конец 1944 года, немцы в марте 1945 года вели разговоры о создании «Украинского Национального Комитета», который якобы (в мельниковской пропаганде) создал «Украинскую Национальную Армию» (УНА), а ее первой дивизией якобы была дивизия СС-Галичина.
ІІ. 7. Переход украинских националистов на антинемецкие позиции
Даже в заголовке этого раздела С. Кульчицкий подтверждает свои симпатии к ОУН Бандеры, пренебрегая ОУН Мельника, он ведь не может не знать, что последняя все время, от восстания ОУН и до 9 мая 1945 года, беспрерывно прислуживала Германии. Разговор о переходе на «антинемецкие позиции» может касаться только ОУН Бандеры, которая после приказа отозвать «Акт 30 июля» якобы «погневалась» на немцев. Якобы, потому что на практике бандеровцы далее действовали в пользу Германии, вспомнить бы С. Кульчицкому хотя бы только сказанное Т. Бульбой-Боровцем о первых днях агрессии на Советский Союз.
Посмотрим на эту проблему с точки зрения фактов.
1) Батальоны «Нахтигаль» и «Роланд», превращенные в 201 полицейский батальон, были политически подчинены ОУН Бандеры, они, с согласия ОУН Бандеры, были в распоряжении немцев до конца 1942 года. Так что по крайней мере до этого времени, до декабря 1942 года ОУН Бандеры сотрудничала с Германией.
