— Башни? — выцепил слово Вар.
— Это… — я задумался, а после потратил не меньше трех минут, чтобы рассказать, что это такое.
Первоначально башни мы не построим. Тут нужно к делу подходить основательно, методом проб и ошибок. Поэтому я предполагал поставить дозорные вышки, из которых могли бы стрелять как лучники, так и пращники. Ну и я…
— Жрец, ты хочешь стрелять во врага с этих… башен? — спросил старший воин рода Армита, Сармит.
— Да, Сармит! Ты правильно понял мою задумку. Если перед врагом будет яма, — говоря это, я имел ввиду ров. — А еще ограда из деревьев, ловушки в виде ям с кольями, мы победим. Они будут наступать, а мы станем закидывать их камнями и стрелами, легкими копьями.
— Такому нужно воинов учить. Мы готовимся к честному бою, — обнажил еще одну проблему Вар.
— Учи, Вар! Время нет, но в перерывах от работы, учи! — эмоционального сказал-приказал я.
— А почему ты хочешь оградить только свой дом и свое поле? — спросил старший воин второй звезды общины, по имени Кариг.
— Гарик… э… Кариг, а ты сам подумай! — чуть раздраженно говорил я, даже перепутав имя воина.
— Мы можем отстроить свои дома, а дом жреца построить не сможем! — за своего подчиненного, ответил Вар.
Кариг был ровным пацаном, в смысле, нормальным воином-охотником. Я зря на него обозлился. И нормальным было то, что мужчины хотят защищать собственное жилище. Но, действительно, те хижины, которые построены чуть вдали от моего дома, через овраг, отстроить не долго. А вот огород, добротный дом, сараи, но главное, огромная куча всяко-разного добра, делающего общину и, может быть, племя Рысей, высшей ступенькой на вершине пищевой цепочки. Вот что терять нельзя ни при каких условиях.
— Все выходы в лес запрещены. Сегодня наловим рыбы и будем ее есть. Разрешаю добыть двух бобров, но только оставить остальных для размножения, — я говорил, а меня слушали.
Впервые я почувствовал себя правителем. Я приказывал и меня никто не одернул, значит, дали такое право — повелевать. Не то, что я упивался своей ролью, но не без того, что мне это нравилось. Все же некоторое возвышение над людьми тешило самолюбие. Хотя, секс лучше, более приятные эмоции, особенно такой, что был этой ночью. Нужно намекнуть Севии, что я все еще размышляю о второй жене, пусть старается и дальше.
— Куда людей девать станем? Тут поля, все засеяно, — задал резонный вопрос Кариг, реабилитировавшийся за прошлую высказанную претензию.
— На остров, — сказал-отрезал я.
Наступила пауза, видимо, все прикидывали расклады, когда их семьи будут находиться на острове, в то время, как они останутся тут, отбиваться.
— Их могут захватить и тогда вынудят нас выйти из городища, — высказался Вар.
— Не должны. К острову можно подойти только с нашей стороны, но в таком случае участок реки будет простреливаться из луков. Высадиться с обрывистого берега с дальнего русла реки, сложно, почти невозможно, — отвечал я.
— Но можно, — вновь Кариг, примеривший роль «адвоката дьявола», он сознательно занял противоположную моей позицию.
Что ж, и такие вот скептики нужны, чтобы продумать все варианты развития событий.
— Если враг придет рекой, мы будем встречать его на воде. Мой железный монстр разобьет все их лодки, а тот, кто будет со мной в железной большой лодке, станет отстреливать почти беззащитных врагов из луков, — привел я очередной аргумент в пользу того, что людей нужно отправить на остров.
Можно не дожидаться скепсиса Карига, а самому найти ряд сложностей в связи с решением об островном убежище. Во-первых, катер… Если он будет стоять у нашего берега и ожидать, когда я отправлюсь на нем громить супостата, то этот самый супостат может прийти и захватить мой катер. Так что лучше спрятать катер в зарослях ивы на другом берегу, у острова.
Во-вторых, это проблема с питанием и проживанием. Я думал об этом и решил, что можно соорудить времянки в виде больших шалашей. Вот только на острове из деревьев только дубы и серебристый тополь. Ладные шалаши из них не сделать, по крайней мере, на это нужно будет потратить уйму времени и отвлечь мужчин от сооружение городища, а перетаскивать ветки и деревья со стороны леса — сложный, долгий и трудоемкий процесс.
Есть и в-третьих, нужно же еще как-то перевезти всех домашних животных. Понятно, что в сараях им будет относительно безопасно. Стрела не пробьет, а копье не добросят. Но нельзя исключать того, что среди нападающих окажется умный человек и нас решат подпалить. В таком случае сараи сгорят и не факт, что в ходе боя, удастся спасти всех животных.
Я бы оставил только лошадь Нику и собаку Грету. На Нике, как и на колеснице, можно было попробовать сделать вылазку. Я уже ездил верхом на лошади. В будущем несколько раз катался, ну и здесь, в этом мире стараюсь сделать из себя наездника, благо и седло есть. Не сказать, что стал прямо-таки конным рыцарем, но прокатиться могу. Можно попробовать немного потренироваться и, с чем жрец не шутит, появится в этом мире первый рыцарь без страха и упрека, да еще и со своей дамой сердца.
— Работать придется и днем и ночью. Копать много, бревна обтесывать так же и ночью придется, потому как мало топоров, вкапывать их уже днем. Так что разделимся на смены: с утра копают первые пятнадцать человек… э-э три руки человек, на большее число не хватит орудий труда, дальше, после того, как солнце даст тень в рост человека, вторая группа заступает на работу, с закатом, третья. Привлекаем на работы подростков и женщин, — расписывал я план работ.
— Ночью? Работать? А темнота, а зверь? — ну что ты будешь делать с этим Гариком, тьфу ты, Каригом.
Так и хочется дать подзатыльник. Но, видно же, что и остальным интересны ответы.
— Два-три костра позволят видеть землю и куда копать. Зверь? Так это хорошо! Свежее мясо будет, — я улыбнулся. — Или мясо зверя, или твое, Кариг, если зверь задерет тебя.
Юморок, блин… Это я так шучу с людьми, для которых есть людей не так, чтобы и табу? Но Кариг побледнел, а другие с интересом посмотрели на мужчину. Может рассматривают, где самый аппетитный кусочек? По мне, так Кариг слишком костлявый. Тьфу ты, чур меня!
А что касается зверя, так все свои капканы с приманкой выставлю на подходах к стройке. Может получится еще и добыть зверя.
— Понятно все. Но нужно будет много материала, чтобы с ним работать. Ты своей божественной пилой будешь валить деревья? — спросил Вар, а люди Армита с большим интересом посмотрели на меня.
Они-то не знали о таком ускорителе любых деревообрабатывающих работ, ну или почти любых, как «божественная пила». Да они еще не видели и железных топоров, двуручной пилы, ножовок, рубанка. Шок — это по-нашему!
— Деревья рубить металлическими топорами, если я с божественной пилой работаю, то сразу обрабатывать столбы, — фотография из аниме.
Вот именно такие гипертрофированные глаза и были у людей Армита, как у самых «глазастых» персонажей аниме, когда они услышали еще и о металлических топорах, которые, лишь по слухам, есть только у самых сильных лексов. Вот! Это вам не щи лаптем хлебать! Ах, да, щей-то никаких тут нет, да и лаптей не видно, хотя лапти — обувка, может, и не настолько плохая, чем вообще без обуви.
Кстати, как историк, знаю, что в Беларуси было найдено всего тридцать два бронзовых топора. Во всей, не такой уж и маленькой Беларуси, за весь период Бронзового века! А каменных топоров тысячи. Так что, да — это большая ценность.
— Я валю деревья, два человека обтесывают ветви на одном девере, получается, что два дерева одновременно обрабатывается, еще четверо оттягивают ветки. Это могут быть подростки. В это время шесть человек копают яму, называемую ров, ну и сооружают насыпь, вал, — объяснял я, как говориться, «на пальцах».
Лучше так объяснить, когда понятен любой процесс, любая стадия производства, чем после бегать, словно в задницу ужаленный… Блин, опять я про задницу…
— Ты говоришь о яме вокруг всего поля и дома? — уточнил Вар.
