— Мля, да помню я! — устало вздохнул здоровяк. Вид у него и впрямь был какой-то потрепанный. Черт возьми, чем они тут занимаются?
Тот, что был поменьше, задумчиво посмотрел на часы.
Вокруг царила вечерняя тишина, близился закат. На часах было около восьми часов.
Где-то неподалеку, справа и слева стрекотали сверчки. Лежать в неудобной позе на старых дырявых шинах было неудобно, а тут еще одна из них начала сползать прямо на меня. Не дай бог скатится, зацепит вторую. Как минимум у этой парочки появится повод, чтобы подойти и проверить, чего это сложенные покрышки лежали лежали, и вдруг посыпались.
— Что-то он сегодня задерживается! — тот, кого амбал назвал Хорьком, вдруг поежился и направился в сторону кустов.
— Ты куда?
— Отлить надо!
Я выглянул, просчитал траекторию его движения и ужаснулся — он направлялся прямо к кустам сирени. Бляха-муха, там же Артем прячется!
Повторюсь, у меня уже начало складываться смутное впечатление, что дело обстоит куда серьезнее, чем мы изначально думали. Кто бы ни обитал в этом подвале, это не простые нарики. Видимо, тут действует целая ячейка и их кто-то крышует. Но зачем? Неужели у кого-то здесь некий бизнес?
Я слышал про подобное. Кто-то берет под крыло наркоманов, чтобы те за дозу, работали, выполняли особые поручения, которые нормальный человек делать откажется. А чтобы те не разбежались, их контролировали, а также заботились о том, чтобы пополнять их состав. Объяснение достаточно грубое, но суть ясна.
Пока я думал, Хорек уверенно подходил к кустам, уже готовясь расстегнуть ширинку. Там тех кустов-то — не увернуться. Вряд ли спортсмен-самбист станет терпеть, чтобы на него кто-то обмочился… Тем более такие черти, как эти… Пусть даже и случайно!
Вот дерьмо, нужно как-то посодействовать и срочно взять ситуацию под контроль!
Думать было некогда, в голову пришла только одна, единственная мысль!
Резко подорвавшись, я принял вертикальное положение и слегка пошатываясь, изображая человека, которому хреново, медленно зашагал к амбалу.
— Эй, паря! — прогудел тот, заметив мое приближение. — А ты еще кто такой?
— Я… Это… Вот! — вытащил из кармана ту самую записку, что отдал мне Серега. Там значилось «Ты теперь с нами».
Амбал состроил недовольную морду и зашагал ко мне. Взял бумажку, ухмыльнулся.
— Слышь, Хорек! — крикнул он, привлекая внимание остановившегося на половине пути хмыря. — Зырь, еще один пришел!
— Да, мля… — он не стал испражняться и вернулся обратно. Смерил меня недовольным взглядом.
— Давно тебя ширнули?
— А? Что? — я старательно изобразил растерянный вид, мол, не понимал, о чем речь. — Хреново мне что-то.
— Че, ломает? — гыгыкнул амбал. — Ладно, пошли. Отведу тебя к доктору!
Лениво пнув валяющуюся среди мусора смятую алюминиевую банку, он неторопливо отправился ко входу в подвал. Черт возьми, кажется, передо мной сейчас откроется вся правда, кто тут и чем занимается. Главное, чтобы парни не вмешались раньше времени и не наломали дров!
Глава 3
В сердце логова
А подвал-то оказался не простым.
Во-первых, сразу после ступенек, мы оказались в узком холле. Справа и слева протянулся довольно длинный коридор, частично заставленный крупногабаритным мусором. Под потолком узкие смотровые окна, забранные хлипкими решетками. Кирпичные стены изнутри были сплошь изрисованы яркими рисунками в стиле граффити. Я, правда, мало понимал в этой молодежной субкультуре — ни одной надписи разобрать так и не смог.
Во вторых, как я и предполагал, в притоне наркоманов действительно имелась неплохая железная дверь со узким смотровым окном. Прям как в тюрьме — сначала смотрят кто пожаловал, потом открывают. Если бы мы с пацанами всей толпой завалились сюда на разборки, толку было бы мало.
Видно было, что ранее это место было необитаемо, а потом за него кто-то взялся, причем основательно. Мне стало еще интереснее и одновременно не по себе.
Пока мы шли, я старательно изображал из себя человека, которому хреново. Трусился, будто бы от холода, вздрагивал, делал навязчивые движения. В общем, визуально отрабатывал как мог.
Шаг за шагом, я потихоньку брел следом за амбалом, демонстрируя полное отсутствие интереса, а сам все осматривал и запоминал. За дверью невнятно играла какая-то музыка, но она не казалась мне знакомой.
Здоровяк подошел к двери, обернулся ко мне. Ухмыльнулся.
Затем отстучал по двери условный сигнал. Звук был как в фильме «Терминатор».
Прошло несколько секунд — в ответ ничего.
— Мля! — рыкнул амбал. Повторил стук, только уже ногой. Получилось куда громче и эффективнее. — Шкет!
Раздался топот. Лязгнул засов с той стороны, окно распахнулась и в проеме показалась бледная худощавая рожа. Во-от, этот был похож на наркомана, только на очень свежего.
— Шкет, где тебя носит⁈ — недовольно произнес амбал. — Открывай! К доктору новый пациент!
— Опять?
— Снова, мля! Да живей, что ты как сонная муха!
Окно закрылось, а потом залязгали замки. Их там как минимум было три — от кого они так оградились? Понимают черти, что занимаются дерьмовыми делами, вот и подстраховались. Но додумались они до этого явно не сами, кто-то их покрывает. У наркоманов вообще мозги плохо работают — большую часть времени они кайфуют, либо наоборот, их ломает.
В девяностые годы было модное слово — крыша. Правда, воспринималось оно по-разному. Кто-то из бандитов, кто мнил себя крышей, гордился этим, а вот когда к кому-то приходила эта самая крыша и против воли требовала денег… В общем, тут с какой стороны посмотреть. Лично я к этому понятию относился негативно — в прошлой жизни ко мне тоже приходили.
Внутри было крупное прямоугольное помещение с низким закопченным потолком. В центре стояли столы, заваленные всяким хламом. Отдельно, я заметил на нем свободный участок — на нем стеклянные колбы, резиновые трубки, еще какая-то хрень, сложно поддающаяся описанию. Какой-то дрыщ стоял и что-то мешал в одной из таких колб, морщился и злился. Видимо, что-то не получалось. Они тут что, сами гнали какую-то наркотическую дрянь? Ни хрена себе, вот это уже серьезно. Это наблюдение резко повышало статус возникшей проблемы. И что, никто вокруг не знает, что на территории бывшего кожзавода творится такая херня? А как же милиция?
Невольно отметил, что в воздухе стоял сладковатый запах подгоревшего сахара. Везде мусор, грязь. Какая-то старая мебель, тряпки. Мне на глаза попалась парочка беспечно прогуливающихся крыс.
В памяти невольно всплыл американский сериал про то, как двое химиков варили «Метаамфетамин». Вот тут была примерно та же картина, но куда проще и примитивнее. Чисто кустарные условия, все сплошная самоделка. Выходит, кто-то из бандитов додумался все это крышевать и притон вышел на новый уровень?
Я заметил телевизор в углу, но он был неисправным — показывал лишь белый шум. Рядом с ним, большой бак с водой, а в дальнем углу было что-то вроде туалета. Справа, у стены разместились какие-то кривые кабинки с кроватями. На полу грязные рваные матрасы. У одной из них стояла перемотанная синей изолентой капельница со свисающими до пола желтоватыми трубками.
Почти все кровати были пустые, но парочка все-таки была занята кем-то. Это, случайно не те, кого недавно подсадили на иглу? Лежали, ловили приход. Отвратительное зрелище. Всего в подвале, я насчитал восьмерых человек. Амбал, не в счет, да и видел я еще не всех — сколько их там было за ширмами, одному богу известно.
Это настоящий наркопритон, не иначе. Очень серьезное дерьмо, которое кто-то прикрывает. Судя по всему, появилось все это относительно недавно, два-три месяца, не более.
Находиться здесь было противно, мерзко, но разве у меня был выбор?
— Где доктор? — спросил сопровождавший меня урод.
— А где ему еще быть? — расплылся в измученной улыбке Шкет и неопределенно качнул головой куда-то вправо. Закрыв дверь, он принялся задвигать засовы. Да-а, судя по тому, что я увидел, эту дверь только трактором можно выдернуть.
