твоего».
Первые заповеди касаются взаимоотношений между Богом и народом Израиля (собственно, ради этого и появились Заповеди); четвертая заповедь устанавливает порядок жизни людей (шесть дней работать, а на седьмой отдыхать); следующие шесть заповедей закладывают нравственную основу любого правопорядка и относятся не только к евреям, но и ко всем жителям земного шара, как во время оно, так и во веки веков. Разумеется, в практическом приложении любое законодательство трактует много больше конкретных норм и их расширений, но без упомянутых шести основ никакого нравственно упорядоченного законодательства представить себе невозможно. Они составили тот зародыш, из которого вырастали все его разветвления.
Далеко не сразу такая основа была признана ведущей в мировом масштабе. Сначала она появилась в Торе, откуда по принятию христианства распространилась по всему миру. Наряду с другими религиозно-правовыми системами, она составила тот идейный костяк, на который стали ориентироваться все человеческие цивилизации. Она и сегодня выполняет эту задачу.
Кроме 10 заповедей, я хотел бы подчеркнуть еще одну значительную новацию, которую евреи ввели в копилку достижений человеческой мысли. Я имею в виду идею критического отношения к существующему порядку вещей, воплощенную в образе еврейских пророков. После возвращения из Египта и завоевания предназначенной для них Богом территории, что сопровождалось многочисленными войнами и потрясениями, Израиль оказался крошечным государством, окруженным гораздо более могущественными, чем он соседями; и все они проповедовали многобожие. Поэтому внутри страны вопрос о монотеизме оставался самым существенным для состояния умов и для всех практически принимавшихся реформ. На этом фоне возник феномен пророчества. Появлялись многочисленные пророки и лжепророки, деятельность которых отражалась в письменной и устной традиции.
В Торе обсуждается деятельность четырех великих пророков и двенадцати малых пророков. Все они занимались, прежде всего, теологическими вопросами и провозглашали себя божественными проповедниками, получавшими свои откровения непосредственно от Бога. В таких условиях все события сводились к верности единобожию, а все беды страны объяснялись отвращением от него и возвращением к идолопоклонству. В стране постепенно победила царская власть; те цари, которые были склонны к единобожию, покровительствовали пророкам, а те из них, которые склонялись к многобожию, пророков притесняли и преследовали. Многие из пророков говорили царям и сильным мира сего изобличающие тех вещи. Они прослыли иконоборцами и создали традицию говорить власть имущим нелицеприятные вещи. Постоянное стремление смело говорить то, что думаешь, представляется мне важной характеристикой возникавшего у мыслителей подхода к решению как теоретических, так и практических проблем. Без него не был бы возможен прогресс, и не было бы того, что мы называем свободой слова.
Приведу два примера активности пророков. Книга пророка Исаии — одна из самых популярных в Торе и Библии, а из пророческих книг, пожалуй, наиболее изученная и чаще других цитируемая. Жил он в VIII–VII вв. до н. э. в Иерусалиме, родился в аристократической семье:
«Весь этот период израильской истории был временем непрекращающейся борьбы, как политической, так и духовной. Северное царство (Израиль) все более склонялось к упадку, и в 722 г. до Р. X. потерпело сокрушительное поражение от Ассирии. Казалось бы, та же участь ожидала Южное царство, Иудею, но Иудея выстояла. В этой-то обстановке и „восстал“ Исаия, чтобы обратиться к народу Иудеи.
Он призывал его довериться Богу, Который через Моисея и Давида обещал ему царство славы. Главной мыслью пророка, которую он стремился донести до сердец своих соплеменников, было: не полагайтесь на Египет и ни на какую другую „иностранную державу“, потому что единственный защитник, в котором вы нуждаетесь, это Господь. <…> Тема утверждения правды и справедливости на земле объединяет первую часть книги со второй… Многократно, на протяжении всей книги, встречаются такие слова, как „мир“ и „радость“»[11].
Другим пророком, менее заметным, чем Исаия, был Аввакум (в еврейской традиции — Хавакук). Он пережил вавилонское пленение, разрушение Иерусалима и Храма и умер за два года до возвращения евреев из плена. Писал он мало, сохранилось только три небольших отрывка из его творений: пророчество о предстоящем нашествии вавилонян, описание жизни в стране Израиля под оккупацией (царивший тогда произвол и хаос, при котором, тем не менее, продолжались религиозные отправления), и пророчество о приходе Судьи мира, которого в христианской традиции принято считать Христом.
Меня более всего задела его апория, в которой он выдвигает проблему, впоследствии названную Лейбницем теодицеей (дословно: «очищение, оправдание бога»). Вкратце эту апорию можно сформулировать таким образом: «Как бог. всемилостивый и всемогущий, допускает горе и страдания, творящиеся на земле?». На протяжении веков многие философы поднимали данную проблему и давали ей собственное толкование. Самую ясную её формулировку с моей точки зрения выдвинул древнегреческий философ Эпикур.
По его мнению, боги или: а) желают избавить мир от несчастий, но не могут; б) могут, но не желают; в) не могут и не желают; или г) могут и желают. Первые три модуса, по Эпикуру, не отвечают представлениям о всемогущественных богах, а четвертый — не согласуется с наличием в мире зла. Таким образом, апория с точки зрения логики оказывается неразрешимой. Все её комментаторы, будучи верующими людьми, так или иначе богов оправдывают. Для атеистов апория решается весьма просто: «Бога нет»; и вся дискуссия с их точки зрения оказывается бессмысленной. Данное противоречие находилось в центре внимания философов на протяжении всей истории человеческой цивилизации. Мало помалу, по мере освобождения философии и нарождающихся наук от влияния религии оно сходит на нет, но еще и в наши дни остается актуальным. Одним из первых мыслителей древности, не побоявшийся обсуждения этого довольно скользкого вопроса, при всей своей религиозной ангажированности стал Аввакум.
Древний Израиль постепенно преодолевает сопротивление сторонников многобожия, и все его граждане начинают верить в единого Бога. Его почин подхватывают христиане, а потом и последователи ислама. Так возникают три ведущие монотеистические религии. За этим совершенно естественно следует борьба за первенство между тремя ведущими религиями, борьба не на жизнь, а на смерть, и… Израиль оказывается на грани полного исчезновения. Евреи оказываются в странах рассеяния, где ведут борьбу за автономное существование в условиях гонений и постоянного притеснения. Им каким-то образом удается сохранить свою национальную и религиозную идентичность до нашего времени, когда они решают возродить свое государство; в чем немало преуспевают. В какой-то степени религиозная составляющая в истории еврейского народа была преодолена, и они включились в общий ход мирового прогресса, хотя стремление к обособленности и к национальному гетто все еще отчетливо ощущается в Израиле и сегодня.
Я хочу закончить эту краткую главу словами одного из знатоков истории права:
«Древнейшее право еврейского народа заняло исключительное место в мировой правовой истории. Записанные
