ожившая влажная мечта девушек от восемнадцати до восьмидесяти, даром что потенциальный работодатель.
– Благодарю вас, Лидия Михайловна, но работу и личное я не смешиваю.
– Да я и не думала, это была простая вежливость, не более, – отвожу взгляд.
Неприятно. Как будто я к нему приставала, как Борис Петрович вчера ко мне.
Тоже мне, нашелся самовлюбленный герой. Я к нему на работу пришла устраиваться, у меня по определению не может быть мыслей о личных отношениях с ним. Объективная оценка внешности не равняется флирту и неуставным отношениям
– Ладно, поболтаем с вами позже. Я и без того вижу в вас огромный потенциал. Несите свои документы в кадры, а потом возвращайтесь ко мне, – не теряет своего благожелательного настроя Иван Дмитриевич.
– Я никогда не работала помощницей заместителя генерального директора строительной фирмы, – снова не двигаюсь с места, но возвращаю уверенный взгляд хозяину кабинета.
Я до сих пор не уверена в том, что не участвую в розыгрыше.
– Честность – это прекрасно, я очень ценю ее в людях. Сработаемся, Лидия Михайловна. Идите уже.
– Какой рабочий график? Заработная плата? Обязанности? – игнорирую его попытки выпроводить меня в кадры.
– Как интересно, значит, график вас волнует больше всего, а обязанности меньше всего. Ладно, с этим мы справимся. Главное, вы не состоите в отношениях.
– Для работы это принципиально? – хмурюсь.
Зря я, что ли, вчера личную жизнь устраивала. Хотя, конечно, теперь не уверена, что кто–то откликнется на анкету, где я описываю свою тему дипломного проекта.
– Не совсем, – Иван Дмитриевич уходит от прямого ответа. – Работа обычно проходит по стандартному графику с девяти утра до шести вечера, но иногда вам придется задерживаться по моим личным просьбам. Ничего предосудительного, не думайте, но все же не каждый мужчина готов терпеть переработки своей женщины. Плюс могут случаться командировки и задания в выходные. Но зато бонусом ко всему этому идет высокая заработная плата. Как вам, скажем, такая цифра, – он быстро пишет число на бумажке и протягивает ее мне.
– Это официально? – не верю своим глазам.
Да я о такой цифре не думала в самых смелых мечтах.
Какая–то она нереальная для простого помощника. Должен быть подвох.
– Абсолютно. В договоре будет прописана именно эта цифра, никаких серых схем.
– Тогда, наверное, у вас есть испытательный срок с минимальным окладом на этот период, – все еще не верю в реальность предложенного.
– Нет, сразу полная сумма, – качает головой Иван Дмитриевич.
– Премии? Наверняка оклад меньше, а заманчивая сумма достигается премиями, которые не так просто заработать, да? – не сдаюсь я.
– Да нет же, – тяжело вздыхает мой потенциальный начальник, – это оклад. Никаких подвохов нет. Единственное, я не могу обещать вам долгое сотрудничество. Предварительно вы мне нужны на три месяца, дальше планы могут поменяться.
«Да даже три месяца с такими деньгами будет нереально круто. Я наконец–то куплю новый телефон, поменяю клавиатуру на ноутбуке, открою вклад и слетаю в Египет. Надо будет в конце рабочего договора поинтересоваться у этого красавчика, где он обычно отдыхает, судя по его загару, он там частый гость», – думаю про себя, а вслух произношу, естественно, другое:
– Я согласна. Где там ваш отдел кадров, говорите?
6
Уже отдав документы, я понимаю, что по–прежнему не знаю, что я должна буду делать. Впрочем, с графиком, как и с обязанностями, так же ничего не ясно. Этот хитрый жук, Иван Дмитриевич, произнес много слов, но ничего конкретного. А я, как глупый мотылек, увидевший свет яркой лампы, повелась на более чем заманчивую заработную плату.
«А если в обязанности помощника этого жука входят интимные услуги? А я так быстро согласилась!» – появляется в голове беспокойная мысль. Но ее тут же перекрывает другая.
«А что, с таким мужчиной можно попробовать. Если он, конечно, не извращенец».
Невольно краснею от последней мысли, а воображение уже живо рисует картинки, как конкретно я исполняю свой рабочий долг, и какая на мне при этом униформа. Подарок Сергею на годовщину рискует окупиться. Широкие кресла в кабинете Ивана Дмитриевича и его поистине огромный стол как нельзя лучше подойдут для «особых заданий».
«Хм, интересно, у него грудь волосатая, или он делает эпиляцию?» – приходит следом очередная предательская мысль. Чувствую себя неудобно, пришла вся такая из себя серьезная устраиваться на работу, а сама предаюсь интимным фантазиям с начальником в главной роли.
– Держите документы, сам договор будет у Ивана Дмитриевича, – произносит девушка из кадров с необычным именем Анжелика, вырывая меня из порочного круговорота в собственной голове. – Поздравляю с вступлением на должность. Желаю вам оставаться на ней подольше, а то с каждым новым наймом Иван Дмитриевич увеличивает заработную плату своим помощникам. Эдак, мы скоро только на вас работать будем!
Зависть – нехорошее чувство, с которым в своей жизни сталкивался каждый из нас.
– А чего вы, Анжелика, сами не пошли в помощники, чтобы на вас все работали? Побоялись, квалификации недостаточно, да? Помощником самого зама быть – это вам не однотипные договора перебирать, да сплетничать о том, кто сколько получает, – произношу с ласковой улыбкой.
Почему–то именно ласковая улыбка бесит подобных стерв больше всего. Я это давно усвоила. А то как обычно думают все эти с высвеченными волосами и искусственными когтями? А передо мной сейчас сидит именно такая красавица. Если девушка в очках, с естественным цветом волос, да еще и фигуру имеет далекую от субтильности исключительно из–за высокого роста, а не лишнего жира, должна заметить, то ее можно и нужно принижать. А вот нет!
– Ха! – произносит девица недовольно, но еще пытается сохранить лицо перед своими двумя коллегами, прикипевшими к нам обеим словно к экрану телевизора с захватывающим боевиком. – Что там ваши три месяца, для меня, главное стабильность!
– Да–да, – киваю, – лучше синица в руке, журавлей в небе на всех не хватит. Да и нам, кто может их достать, проще, конкуренция меньше. Спасибо, – хватаю свои документы и ретируюсь из кабинета.
Надеюсь, помощник заместителя директора не должен регулярно сотрудничать с отделом кадров, а то придется часто ругаться.
Возвращаюсь на верхний этаж и уже уверенно стучу в знакомую синюю дверь.
– Можно? – засовываю голову в проем. – Я там закончила, но договор,
