единичного текста, пусть даже входящего в канонический памятник, с точки зрения рассмотрения эволюции китайской поэзии? Оказывается вполне оправданно. Если принять второе из указанных толкования, то песня "Ши цзина" обнаруживает явное сходство со знаменитой ханьской поэмой-балладой "Туты на меже" ("Мо шан сан"), героиня которой — красавица Цинь Ло-фу во время сбора тутовых листьев, встречает некоего вельможу. Отвергая домогательства последнего, она рассказывает ему о своем любимом/супруге — храбром воине и прославленном царедворце. Эта поэма заложила собой основу целого поднапрвления китайской любовно-лирической поэзии: существует около четырех десятков авторских подражаний ей, созданных раннесредневековыми и средневековыми литераторами... В случае правомерности высказанного предположения истоки указанного поднаправления восходят не к ханьской, а к чжоуской поэзии. Так внешне сугубо частный вопрос выводит нас на общую проблематику влияния "Ши цзина" на последующую литературную традицию
Примечания М. Е. Кравцовой из книги "Стихи о разном. Китайская лирическая поэзия с древности и до VI века в переводах М. Е. Кравцовой", 2021
Подраздел "Вэй" (№ 108; I, IX, 2; "Над рекою Фэнь"). 12 четырехсловных строк, 3 шестистрочные строфы.
Река Фэнь (Фэньхэ 汾河) — приток Хуанхэ (в южной части Шэньси).
Господин вы наш хороший... — в оригинале: иероглиф цзы ⼦, употребляемый в качестве личного местоимения 2-го и 3-го лица как форма вежливого упоминания или обращения (главным образом к мужчине) в значении "ребенок" (сын) и для обозначения уважаемого человека в значении "наставник", "мудрец". Какое из перечисленных значений в данном случае является предпочтительным, неясно. Равно допустимо понимать цзы как указание на человека, уже занимающего определенное социальное положение ("сударь", "господин"), равно как и на юношу ("барич", "молодец"), что предопределило разнородность трактовок всего произведения. Комментаторы наделяют его социально-критической тональностью (высмеивание вельможи). Исследователи принимают этот текст за девичью песенку, разновидность игрового фольклора, воспроизводящую сценку подшучивания девушкой (девушками) над заигрывающим с ней (с ними) молодым человеком.
Да на княжьего возницу... — в переводе всех трех строф даны литературные переложения названий местных чиновничьих должностей, буквальное значение которых: "ведающий княжьей дорогой", "ведающий княжьими путями" и "ведающий княжьей родней".
Источник: Кравцова М.Е. "Поэзия Древнего Китая", 1994, стр. 365
X. Песни царства Тан
6. Одинокая груша ("Вдалеке ото всех эта груша растет...")
Вдалеке ото всех эта груша растет —
А как зелень ее пышна!
Одинешенек я по свету брожу —
Разве нету людей вкруг меня?
Да сравнится ли кто
с сынами отца моего?!
О вы, кто сегодня в пути,
Почему же меня сторонитесь?
Коль без братьев —
и старших, и младших — я,
Почему же помочь не спешите?
Вдалеке эта дикая груша растет —
А как зелень ее нежна!
Одинешенек маюсь по свету я —
Разве нету людей вкруг меня?
Да сравнится ли кто
с птенцами гнезда моего?!
О вы, кто сегодня в пути,
Почему вы меня сторонитесь?
Коль без братьев —
и старших, и младших — я,
Почему же помочь не спешите?
Примечания М. Е. Кравцовой
"Одинокая груша" — "Ди ду", в русском переводе — "Песнь об одиноком дереве" [Ши цзин, 1987, с. 98]) — песня подраздела "Песни царства Тан" (I, X, 6). В традиционной комментаторской традиции эта песня в целом единодушно понимается как монолог человека, лишенного близких родных. Правда, высказываются предположения об ее создании конкретным историческим персонажем — племянником царствовавшего тогда удельного князя царства Тан, который сетует на несправедливое отношение к нему со стороны самого правителя и других его царственных родичей. Перевод выполнен по изданиям: [Ши цзин, 1955, т. 3, цз. 6, с. 280—281; Ши цзин, 1989, цз. 3, с. 47; Ши цзин, 1960, с. 181—182].
Источник: Кравцова М.Е. "Поэзия Древнего Китая", 1994, стр. 366
XI. Песни царства Цинь
8. Нет одежды ("Сетуешь, что не во что одеться?...")
Сетуешь, что не во что одеться?
Поделюсь с тобой своим я платьем!
Государь наш собирает рати,
Приготовил я копье и пику.
Хочешь, будем мы с тобой как братья!
Сетуешь, что не во что одеться?
Что на мне, могу тебе отдать я!
Государь наш собирает рати,
Пику приготовил я и дротик.
Рядом будем мы с тобою драться!
Сетуешь, что не во что одеться?
Поделюсь с тобой кафтаном новым!
Государь наш собирает рати,
Меч, доспехи — все уже готово,
Вместе нам идти на бой суровый!
Примечания М. Е. Кравцовой
"Нет одежды" — "У и", в русском переводе — "Кто сказал: нет одежды?" ["Ши цзин", 1987, с. 106—107]) — песня подраздела "Песни царства Цинь" (I, XI, 8). Каких-либо историографических версий создания этого произведения и его толкований в комментаторской традиции нет. Перевод выполнен по изданиям: [Ши цзин, 1955, т. 3, цз. 6, с. 311— 313; Ши цзин, 1989, цз. 3, с. 53; Ши цзин, 1960, с. 201—202].
Источник: Кравцова М.Е. "Поэзия Древнего Китая", 1994, стр. 367
10. Славное начало ("Прежде, помнится, жаловал нас, привечая в палатах просторных...")
Прежде, помнится, жаловал нас,
привечая в палатах просторных,
А теперь от роскошных тех яств
не осталось и толики скромной.
Эх, беда, что так славно начав,
дел своих не продолжил наш князь!
Раньше, помнится, потчевал нас,
поднося по четыре по блюда,
А теперь вот на княжьих харчах
ты голодным уходишь оттуда.
Эх, беда, что так славно начав,
дел своих не продолжил наш князь!
Примечания М. Е. Кравцовой
"Славное начало" — "Цюань юй", в русском переводе — "О скупости князя" [Ши цзин, 1987, с. 107—108]) — песня подраздела "Песни царства Цинь" (I, XI, 10). Считается, что эта песня была создана старыми соратниками одного из циньских удельных князей, преемник которого к ним охладел. Перевод выполнен по изданиям: [Ши цзин, 1955, т. 3, цз. 6, с. 317—318; Ши цзин, 1989, цз. 3, с.
