Необходимо заметить, что уголовное законодательство рассматриваемого периода содержало отдельные воспитательно-превентивные нормы, в соответствии с которыми судебному преследованию подвергались только подростки старше 10 лет (ст. 137 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных)[43]. Диспозиция ч. 2 указанной статьи также регламентировала льготный режим осуществления уголовной ответственности для лиц в возрасте от 10 до 17 лет. совершивших преступления «без разумения». Подростков же, исполнивших преступление «с разумением», преимущественно направляли в исправительные заведения для несовершеннолетних. В тех случаях, когда поместить подростков в указанные заведения не представлялось возможным, – по определению суда их (до достижения 18-летнего возраста) определяли в особые помещения при тюрьмах или домах для арестованных. Допускаюсь размещение осужденных несовершеннолетних также до достижения ими 18-летнего возраста в монастыри с учетом их вероисповедания.
Кроме того, в соответствии со ст. 138 Уложения о наказаниях предусматривалась возможность замены подросткам в возрасте 10–14 лет. совершившим преступление «с разумением», наказания на менее строгую: смертную казнь, каторжные работы, лишение гражданских прав и ссылки – на лишение свободы от 2 до 5 лет. содержание в специальных тюрьмах и арестных домах, а также в исправительно-воспитательных заведениях для несовершеннолетних.
С учетом изложенного можно заключить, что в законах Российской Империи конца XIX в. содержались юридические нормы, предусматривающие в отношении несовершеннолетних возможность снижения размера уголовного наказания, что, как нам представляется, явно указывает на воспитательное предназначение всего уголовного судопроизводства в целом. При этом уголовное и уголовно-процессуальное законодательство содержало правила, гарантирующие по отношению к взрослым повышенную защиту прав и законных интересов подростков.
После большевистского переворота в октябре 1917 г. правосудие по уголовным делам в отношении несовершеннолетних претерпело существенные изменения. В частности. Декретом «О комиссиях для несовершеннолетних» от 9 (22) января 1918 г. были упразднены тюремное заключение и суды для подростков, а в системе органов социального обеспечения (Наркомат общественного призрения) созданы комиссии по дела несовершеннолетних. Они наделялись правом освобождать подростков от уголовной ответственности, а также направлять их в одно из «убежищ» Наркомата общественного призрения.
В своей деятельности указанные комиссии руководствовались Инструкцией, разработанной совместно наркоматами просвещения, здравоохранения и юстиции и регламентирующей применение к подросткам следующих мер медико-педагогического характера: беседа, разъяснение, замечание воспитателя; оставление на свободе под присмотром родителей или родственников, определение на работу; помещение в школу, детский дом или специальное изоляционное отделение психиатрической лечебницы. В случаях признания применение указанных мер безрезультативным, а также при «упорных рецидивах», систематических побегах их детских домов, при создании явной опасности для общества самим пребыванием несовершеннолетнего на свободе комиссия могла подростка с уголовным делом передать в суд.
Справедливости ради необходимо указать, что названные комиссии во многом переняли опыт деятельности царских судов в отношении несовершеннолетних, особенно в части организации социальных служб по изучению личности и условий жизни подростков. Однако, процедура разбирательства дел в комиссии не была урегулирована законодательными правовыми нормами; в их деятельности не участвовали профессиональные юристы. На наш взгляд, это существенно снижало эффективность работы комиссий, а также не способствовало гарантии защиты законных интересов подростков.
В марте 1920 г. был принят декрет «О суде над несовершеннолетними», в соответствии с которым устанавливалась практика передачи в народный суд уголовных дел в отношении подростков в возрасте от 14 до 18 лет. совершивших тяжкие преступления, если названная комиссия придет к выводу о невозможности применения к ним медико-педагогических мер.
Анализ отечественного уголовного законодательства советского периода показал, что по мере своего развития оно все более приобретало карательно-репрессивный характер по отношению к несовершеннолетним. Так, УК РСФСР 1922 г. предусматривал возможность применения к подросткам в возрасте 16–17 лет тех же видов уголовного наказания, что и взрослым, включая смертную казнь.
В то же время необходимо заметить, что вскоре ст. 33 У К РСФСР 1922 г. была дополнена примечанием, в соответствии с которым устанавливаюсь, что высшая мера наказания – расстрел – не может быть применена к лицам, не достигшим в момент совершения преступления 18-летнего возраста. Это же правило нашло свое отражение в УК РСФСР 1926 г. и 1960 г., а также в действующем УК РФ.
Кроме запрета в применении к несовершеннолетним смертной казни УК РСФСР 1926 г. одновременно устанавливал обязательное смягчение уголовного наказания: подросткам в возрасте 14–16 лет – наполовину, в возрасте 16–18 лет – на одну треть.
Изложенные обстоятельства свидетельствуют, что в 20-х гг. прошлого века в нашей стране вновь произошла переориентация законодательства и практики осуществления правосудия в отношении несовершеннолетних, что нашло свое отражение в уголовно-процессуальных нормах. Так, УПК РСФСР 1922 г. предусматривал ряд положений, регламентирующих судопроизводство по делам несовершеннолетних, а также судебный порядок рассмотрения таких дел наряду с их рассмотрением в комиссиях для несовершеннолетних. В частности, законом предписывалось обязательное установление судом возраста подсудимого, а также устанавливался запрет на присутствие несовершеннолетнего в зале судебного заседания.
С принятием ЦИК и Совнаркомом СССР постановления от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» утратила силу ст. 8 Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, вследствие чего входившие в состав СССР республики были лишены права самостоятельно устанавливать возраст уголовной ответственности. Вместе с тем устанавливалось, что подростки, начиная с 12-летнего возраста, уличенные в совершении краж, в причинении насилия, телесных повреждений и увечий, а также в убийстве или в попытках к убийству, подлежали привлечению к уголовной ответственности с применением всех мер уголовного наказания[44].
Следует заметить, указанным постановлением одновременно регламентировалась возможность применения сурового наказания в виде тюремного заключения на срок не менее 5 лет в отношении лиц. виновных в подстрекательстве или в привлечении несовершеннолетних к совершению преступления, а также в принуждении их к занятию спекуляцией, проституцией.
Этим же правовым актом вносились изменения и дополнения в нормы, регламентирующие уголовное судопроизводство. Так, в УПК РСФСР была отменена статья, предусматривающая возможность выделения в самостоятельное производство уголовного дела в отношении несовершеннолетнего и направление его в комиссию по делам несовершеннолетних.
Принятые законодателем в период 1938–1941 гг. нормативные правовые акты в части борьбы с преступностью несовершеннолетних по-прежнему носили репрессивно-карательный характер. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 декабря 1940 г. «Об уголовной ответственности несовершеннолетних за действия, могущие вызвать крушение поезда» за «развинчивание рельсов и подкладывание на рельсы разных предметов» возраст уголовной ответственности устанавливался с 12 лет.
Серьезные преобразования в регламентации отправления правосудия в отношении несовершеннолетних произошли с принятием УПК РСФСР 1960 г., в который были включены ряд положений, предоставляющих органам расследования и суду право освобождать подростков от уголовной ответственности и наказания, применив к нему принудительные меры воспитательного воздействия. Более того, в указанном уголовно-процессуальном законе была сформирована отдельная глава, содержащая нормы, регламентирующие производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Данное обстоятельство, на наш взгляд, следует рассматривать как сенсационное событие, учитывая, что до этого ни в одном из действовавших в Российской Империи и РСФСР законодательных актов ничего подобного не имело места.
В качестве существенного позитивного шага следует рассматривать также введение законодателем в УК РФ 1997 г. правил (ст. ст. 90–92), регламентирующих достаточно детализированную и разностороннюю характеристику назначения несовершеннолетним, в отношении которых принято решение о прекращении у головного преследования, принудительных мер воспитательного воздействия, их подробный перечень, порядок исполнения и отмены.
