А что мне за это будет? — раздался тихий шёпот где-то в подвале, а передо мной открылась небольшая щель.
Я сбросил внутрь детей.
— Кровь будет, конфеты, потом придумаю ещё что-нибудь, но в рамках разумного, — крикнул я.
— Дети? Нагулял? — раздался более громкий и несколько возмущённый голос.
Хе, забавная ревность.
Стоп, рядом с ней какая-то знакомая аура.
Но вдали уже застрекотали винтовки на мельницах. Я не желал проверять, сработает ли защита Снежинки против этих снарядов, так что рванул вперёд, разрубая металл своими лентами.
Бой был стремительный.
Поначалу мельницы пробовали защитить два крылатых драконида, а так же один воздушный маг четвёртого ранга.
Не было времени веселиться, я просто вырезал их.
Ужасный гул приближался, но я не мог понять, что это.
Я видел всего одну огромную фигуру в небе, но она точно не могла создавать подобный шум.
Я переключал зрение, но вопросы оставались.
Через несколько минут облака разверзлись и источники звука начали лететь вниз, падали прямо на моё поместье.
Где-то вдали застрекотала огромная металлическая птица. Я подумал: это винтовки. Но вместо них на меня летели огромные продолговатые пули со снопом искр позади. Эти объекты были чуть меньше, чем падающие с неба.
В памяти Олежи подобного я не обнаруживал.
Я попробовал атаковать эти огромные снаряды воздушными лентами.
Они мигнули, словно грац, пропустив мою атаку.
Всего метров тридцать, а не сразу вниз. Это радовало. Я атаковал снова.
Опять расцвела магия пространства на всех тридцати шести целях.
Вот это хреново.
Я начал собирать энергию и формировать огромный кокон. Я надеялся, что я их цель и оружие повернёт на меня, но накрывал в первую очередь защиту над пространственной сферой Снежинки.
Снаряды не повернули на меня.
— *Цензура*, что это вообще такое? — пробормотал я и рванул вперёд, вываливая из себя хаос.
Очнулся я посреди серой мглы из взвеси.
Моё тело собиралось по частям. Глаза воспринимали разную картинку, а видел я всё это так же, словно украл чей-то вздох.
Хорошо быть монстром, интересно даже, как именно я им стал? Похоже, дело в пыли ядер плоти? Или в вечной алыче?
Ха-а-а… плевать… Евгений Леонидович, ты труп!
Но пока не ты мертвец, а я… но это пока…
Глава 3
Восстановился я всего за несколько минут.
Сразу после этого мои руки почернели. Ядра плоти вновь превратились в трузу.
И очиститься от них сейчас было невозможно, так как вся магия плоти в видимом пространстве оказалась выжжена.
Одежды не осталось, большинство пространственных и других артефактов стало мусором, вывалив из себя скрытые предметы. Они не пострадали, но сейчас мне были не так уж важны еда, вода и вооружение.
— О, яблочко, — пробормотал я.
Заметив наливной бочок посреди пыли, я сразу понял, что ужасающе голоден, словно не ел месяц. Я ошибся про ненужность еды!
Между тем сюда уже спешили люди из множества автобусов.
— Хе-е-е, сколько ж вас поляжет, как бы скверной всё не покрыть, — пробормотал я.
Далее я накрылся коконом, от меня отлетело несколько сотен воздушных лент, началось избиение.
Надо отметить, что магическая энергия вырабатывается и самими людьми, монстрами и растениями. Проблема в том, что человеческая раса здесь и в моём прошлом мире почти не умела использовать, что вырабатывали наши собственные тела.
В прошлом мире для этого требовались руны, артефакты и зелья.
В этом мире орки и другие расы инстинктивно это умеют делать, у людей же отсутствует такой инструмент как руны.
Разные люди производят различную энергию. Универсальной для нашего вида можно назвать несколько: плоть, разум, душа и немного природы. Эти четыре стихии выделяются в очень малом количестве у обычного человека.
Остальные виды уже зависят от развития конкретного человека и его жизненного пути. Так же и привычные человеку стихии могут вырабатываться в куда большем объёме.
Сейчас я пускал в атмосферу не только кровь противников (целился я в ноги или в шею), но и пополнял атмосферу маной плоти.
Однако из-за смертей здесь так же множилась энергия смерти, души и тьмы.
Поэтому было неудивительно, что в какой-то момент трупы начали покрываться мрачной аурой, затем дёрнулись и начали медленно подниматься на ноги.
Всего через две-три секунды каждая фигура из медлительного зомби превратилась в куда более отвратительное создание. Кожа буквально обтянула скелет, её цвет стал матово чёрным, скорость возросла в десятки раз.
У меня даже мелькнула мысль, что я сейчас мог бы попробовать затеряться среди этих людей, эльфов, зверолюдей и гномов.
Вот только они иссыхали, а я пусть был иссиня чёрным из-за разрушающейся пыли ядер, но мускулатура при мне оставалась.
У меня даже пронеслась идея не трогать некроманта, спрятавшегося в овраге метрах в трёстах, чтобы растянуть веселье.
Но я её отбросил. Здесь женщины, дети и пара знакомых аур, к которым есть вопросы.
Так что я рванул к цели.
— Груздь, вали оттуда. Цель несётся к тебе, — раздался голос в отдалении.
— Пох, он сдохнет. Долбите по нам! Я уже мёртв, так просто второй раз не ум… — Отвлёкся на ответ по рации некромант.
Зря. Он пробовал загородиться каким-то магическим щитом, но я на мгновение включил режим поезда, после чего рванул к цели и просто сжал его в своих объятиях, покрытых хаосом.
Мгновенная смерть для нежити, коей был сам этот человек.
Кажется, таких называли личами.
Поднятая чёрная нежить стала распадаться на пыль. В некотором роде это предотвратило бы появления скверны. Вот только пока против меня вышло всего две сотни человек. В округе их были тысячи. Приближалось ещё больше.
Между тем я впитал энергию плоти и начал чистить организм. Вместо черноватого я стал ярко-красным.
— Хе… «Не убивай», — говорил Феофан. А он вообще представляет, как это провернуть? — проворчал, добивая очередного эльфа. — Они пришли в мой дом, за моей женой. Понятное дело, что их не станет. Не появись эта штука в небе, я бы ещё кого-то отпустил, кто отказался бы идти на меня… но теперь нет. Определённо, нет.
Я отошёл от поместья навстречу врагам, чтобы случайно не навлечь проблем.
Равно как и постараться среагировать на возможные летающие гигантские пули.
Теперь я примерно представлял их вид деятельности. Эти артефакты были наделены всего двумя стихиями: пространство и воздух.
То есть я в некотором роде получил своим же оружием, так как решающий урон нанесла смесь двух этих стихий, разнеся меня
