— Один.
Я затягиваю ремни рюкзака так, что они сдавливают меня, как спасательный круг, и застегиваю клипсу на груди. По крайней мере, я знаю, что он никуда не денется, что бы ни случилось, когда я пройду через портал.
— Два.
Мой голос звучит более уверенно, чем я себя чувствую, но я благодарна за это. Если я смогу притвориться смелой, то может быть, смогу обмануть себя и не бояться. Потому что даже зная о месте, куда иду, есть слишком много неизвестного и опасностей, чтобы я не боялась.
— Три.
Я не думаю, когда поднимаю ногу и шагаю через зеркало, опуская голову внутрь. С помощью какого-то странного акробатического движения я отталкиваюсь от стула, чтобы пролететь через портал, зажмурив глаза. Я вытягиваю руки вперед, готовясь к удару о твердую землю с другой стороны, но в результате отвратительного поворота гравитации все внутри меня устремляется к ногам, и я с головой лечу в темноту.
Волосы развеваются вокруг головы, как будто я попала в торнадо, я открываю глаза и вижу размытые цвета, мчащиеся мимо меня во всех направлениях. Как на абстрактной акварельной картине, я не могу разглядеть ничего конкретного, и это ощущение странно знакомо.
Я была здесь, видела это раньше. Я падала так раньше, давным-давно, но через несколько секунд я понимаю, что не падаю вниз.
Я падаю вверх, в небытие.
Глава 5
Алиса
Я не знаю, как долго я лечу вверх, но моя скорость постепенно замедляется, и размытые цвета вокруг начинают приобретать очертания. Двери, часы, керамические бюсты, зеркала, чемоданы, диваны, фонтан для птиц. Множество потерянных предметов, парящих в пространстве без всякой логики. Я задаюсь вопросом, служат ли они какой-то цели, являются ли эти двери и зеркала другими порталами, ведущими людей в Страну чудес, но они исчезают, прежде чем я успеваю их хорошо рассмотреть, взлетая в бесконечную пустоту под мной.
Пустое пространство в конце концов сменяется камнями и грязью, вокруг меня появляется четкий туннель, а потерянные предметы встречаются все реже, а затем исчезают совсем. Их заменяют зелень и цветы, извивающиеся по сужающемуся пространству, и я нервно вдыхаю воздух. Закроются ли эти стены и раздавят меня, прежде чем я доберусь до конца туннеля?
Однако, когда ширина тоннеля становится постоянной, на несколько футов превышая мой рост, я замедляюсь до скорости улитки. Без волос, безумно развевающихся вокруг меня, я смотрю вверх, ища конец. Ко мне приближается плотный участок травы, который становится все более отчетливым по мере сокращения расстояния между ним и мной, и у меня скручивает живот. Хотя я не двигаюсь быстро, я все равно направляюсь к твердой стене земли, и мне ничего не остается, как вытянуть руки над головой и приготовиться к удару.
Удар о землю выбивает из меня воздух, но мягкая трава смягчает его. Больше всего от удара пострадало мое бедро, поскольку кинжал вонзился в бок, и я полностью уверена, что позже там появится большой синяк. Но боль легко заглушается волнением, бурлящим в моих венах.
Черт возьми. Я сделала это.
Осознание этого захватывает меня, заставляет сердце биться чаще, а уголки губ поднимаются в облегченной улыбке. После всех сомнений и загадок я сделала это. Я здесь, и я помогу Шляпнику.
Заставив себя встать на колени, я замираю, чтобы сориентироваться. С моим приземлением мир изменился, и теперь туннель, из которого я только что поднялась, находится в сотнях километрах над моей головой. Назад пути нет, если только гравитация не сделает еще одно сальто.
Сидя здесь и глядя на туннель над головой, я поражаюсь его странностью. Путь сюда был безумным, но я должна напомнить себе, что впереди еще много странностей. Страна чудес полна причудливых вещей, и это только начало.
С дрожащими ногами я встаю, не до конца доверяя силе тяжести, и оглядываюсь вокруг. Большая часть окружения покрыта зеленью и узловатыми лианами, но справа от меня стоит дверь. Она не очень высокая: как раз такая, чтобы я могла пролезть через нее на четвереньках, но самое странное в ней то, что эта крошечная дверь безжизненно висит на одной петле. Она сломана, ручка вырвана из основания, как будто кто-то нежелательный проник внутрь.
Образ маленького дверного проема щекочет мою память, и я смутно вспоминаю, как в детстве пролезала через нее. Тогда она казалась гораздо больше, и я не помню, чтобы она была в таком состоянии. Был ли в ней ключ? Была ли загадка, которую нужно было разгадать, чтобы попасть внутрь? Я не знаю, но тогда все было не так.
У меня пересыхает во рту, когда я смотрю на нее, и по коже бегут мурашки, а по спине холодок. Я не хочу делать поспешных выводов, в конце концов, дверь могла быть в таком состоянии с давних пор, но я не могу не задаться вопросом: не через нее ли тьма проникла в Страну чудес?
У меня так много вопросов без ответов, и чем дольше я здесь стою, тем больше их становится. Надеюсь, все станет понятнее, когда я поговорю с Шляпником лицом к лицу. Он расскажет мне все, что не смог рассказать во сне. Мы составим план, как избавиться от врага, угрожающего Стране чудес. Все будет хорошо. Мне только нужно сначала его найти.
Без колебаний я опускаюсь на колени и протискиваюсь через отверстие, рюкзак цепляется за верхнюю часть дверного проема, и я чуть не застреваю. Я выпрямляюсь, отряхивая колени джинсов, и оглядываюсь по сторонам, надеясь увидеть что-нибудь знакомое.
Один взгляд подтверждает то, что я уже знала, но боялась признать: это не та Страна чудес, которую я помню.
Впереди меня ждет мрачный, извилистый ландшафт с разбросанными деревьями и бесплодной землей. Вокруг свисают маленькие кусты с увядшими цветами, и когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на дверной проем, через который только что пролезла, то вижу массивный ствол дерева. Вход исчез, от чего мое сердце забилось быстрее. Не то чтобы я ожидала, что смогу сбежать тем же путем, которым пришла, но так как он был единственной реальной связью с моей жизнью за пределами этого места, его потеря вызывает тревожное предчувствие.
Я застряла здесь, до момента, пока не выполню свою миссию и не найду дорогу домой.
— Шляпник? — зову я, надеясь, что он будет ждать меня после своего срочного призыва о помощи. Есть ли способ узнать, в каком месте очутились люди в Стране чудес? Или это работает рандомно? Мое чутье подсказывает мне, что правильный второй вариант, потому что единственная точка прибытия была бы слишком логичной для этого места, но я цепляюсь за надежду. Может быть, сейчас единственное исключение из правила, и я перенеслась прямо туда, где меня ждет Шляпник. — Шляпник!
А может, и нет.
Когда никто не отвечает, пугающая тишина, витающая в воздухе, проникает в меня, и по коже бегут мурашки. Слишком тихо, такая тишина бывает перед тем, как случится нечто ужасное. Такая, от которой сжимается желудок и вены наполняются адреналином. Она обостряет чувства и заставляет маленький голос в голове кричать.
Инстинктивно я вытаскиваю кинжал. Каждое движение, даже самое небольшое, кажется слишком громким в этой удушающей тишине, и я сжимаю рукоять кинжала так, что костяшки пальцев белеют.
— Шляпник! — снова зову я. — Есть кто-нибудь?
Никто не появляется, и напряжение в плечах ослабевает, но я не опускаю свое оружие. Не хочу рисковать, особенно учитывая, что не знаю, о какой тьме говорил Шляпник. Пока не найду знакомое лицо или безопасное место, где можно придумать план, я не хочу терять бдительность ни на секунду. Ужасающий пейзаж и напряженная, зловещая атмосфера убеждают меня, что я не могу себе этого позволить.
Тревога приковывает меня к месту, и я снова и снова осматриваю окрестности в поисках какого-либо движения. Я знала, что мне придется импровизировать, когда переступила через зеркало, но слишком полагалась на помощь Шляпника. Я думала, что он будет ждать меня с готовым планом действий.
