Сиди, развлекай его. Как лютовать начнет, так все, на улицу не пускай. Нет, по дворику можете погулять, пока он в себе. Я лес вокруг зачарую так, чтобы вы до весны выйти не могли. Но на меня сильно не надейся! Я – простой Леший, а он – божество.
- Эп… - я пыталась подобрать цензурные слова, чтобы красочно описать сложившуюся ситуацию и всех ее участников.
- И как мне его развлекать? – спросила я, проглотив весь ком витиеватых выражений, который так и норовил вырваться наружу.
- Ну в лапту сыграйте, - пожал плечами Семен Семенович.
- Не надо по мне тут лапту устраивать! Я вообще не люблю, когда ко мне посторонние мужчины прикасаются! Это как минимум неприлично! – возразила я. – Тоже мне, лапта!
- Дуреха ты, игра такая есть, - усмехнулся Леший. – Детская.
- Дети сейчас и в доктора играют. А от этого другие дети на свет появляются! – огрызнулась я, чувствуя себя очень неуютно.
- Ну, сыграйте в догонялки, потом в прятки, - пожал плечами Леший. – Ты, главное, под одеялом не прячься, а то ведь найдет! Хе-хе! Ну все, не горюй. Ешь конфетку!
Леший сунул мне в руку пеструю конфету, а сам исчез, оставив меня одну в чужом тереме, неизвестно где, с какой-то бирюлькой на шее и дверью, за которой сидит самый красивый мужчина на свете и страшное чудовище по совместительству.
Глава пятнадцатая
- Заходи, девица, - послышался голос за дверью, а я покосилась на вырезанных птичек. Что-то они мне разонравились. Так сказать, потеряли все свое сказочное очарование.
Я осторожно скрипнула резными дверьми и шагнула внутрь.
Он сидел на столе. Его красивый торс был оторочен белоснежным мехом. Поверх обнаженного тела была роскошная белая шуба.
- Рассказывай, красавица, - дерзко усмехнулся Снежич, глядя на меня ярко голубыми глазами. – Отец, небось, обернулся уже?
Снежич снова усмехнулся, а потом запрокинул голову наверх. Я отследила его взгляд и увидела сосульки, висящие на потолке, и морозные узоры.
- Если вы про медведя, то да, обернулся, - ответила я, слегка робея. Я старалась быть очень вежливой и тактичной. И следить за ним внимательно. Как и обещала. А что мне оставалось делать?
- И с чего ты на «вы» перешла? – резко произнес красавец, сощурив глаза. – Я что? Враг тебе?
- Эм… - запуталась я, не понимая, о чем это он.
- Скажи, я тебе что? Плохое что-то сделал? Я ведь еще не сделал! - горделиво вскинул голову Снежич. А я смотрела на него и не понимала, что его так разозлило.
- Ну, на ты… как –то неприлично, - произнесла я, видя его удивленные глаза. – Как бы к незнакомым людям принято на «вы».
От нервов я шелестела конфетой, которую мне дал Леший, Семен Семенович. И все не решалась ее съесть.
- На «вы» обращаются к врагам лютым. Это называется «иду на вы», - пояснил прекрасный принц, словно сошедший со страниц сказки.
- Хорошо, давайте на ты, - согласилась я, нервно терзая фантик.
Глава шестнадцатая
- Давай я тебе скажу, девица – красная. Правду, что отец утаил, - заметил красавец, отбрасывая волос за спину. Он смотрел на меня испытующим взглядом, а я все еще не верила своим глазам.
Он резко встал и дернул шубой. Прямо по полу полетели маленькие снежинки, а за его мягкими шагами заструилась поземка.
- Мой отец укрывает меня не потому, что я – чудовище, - ядовито красавец, встав ко мне спиной. Каждое его слово прямо сочилось ядом. – А потому, что я - его позор. Я позор всех богов. Моя мать, Дива – Додола, великая богиня Гроз, жена Перуна, великого бога, однажды оступилась. Да так удачно, что упала в объятия моего отца. Хотя, люди говорят и другое. Что мой отец соблазнил мою мать, увел от мужа. Своего лучшего друга. А дело было так. Он обернулся ландышем, а она соблазнилась цветком. Околдовав ее темными чарами, мой отец овладел ею. А потом родился я и мой брат, Ярило. Ярилу дали колесницу и теперь он по небу катается.
Он повернулся, а я вздохнула. Что-то сахар у меня упал. Нужно все-таки конфетку съесть.
- Разве я не красив? – горько спросил Снежич, глядя на меня с усмешкой. – Так вот, у меня лицо матери. Ты представляешь себе, что будет, когда боги меня увидят. Какой позор! И вот чтобы я глаза не мозолил, да не напоминал об измене, меня здесь и заточили. А мать моя обратно к Перуну вернулась. И он ее принял. Только вот меня никто среди богов видеть не хочет. Брата и так со скрипом взяли. А тут еще я.
Снежич присел на стол, а в его руках появилась огромная снежинка. Он сжал пальцы, а снежинка разлетелась осколками.
Глава семнадцатая
- Ну так что, - послышался голос, а он прошелся вдоль стола, плавно ведя по нему рукой. Я посмотрела на следы, которые очень напоминали следы когтей. На мгновенье я представила, как здесь бесновался страшный зверь, а теперь улыбается красивый мужчина.
Так, я пока конфету съем, а заодно и подумаю. Развернув фантик, я достала шоколадку и понесла ее ко рту.
- Леший дал? – осведомился Снежич, глядя на конфету.
- Ну да, - пожала я плечами, пытаясь осмыслить все, что произошло. Мне до сих пор не верится в то, что мне пообещали кучу золота в обмен на то, что я сторожу этого красавца до весны. Пока не вернется его отец.
- Нет, ты ешь, ешь, - послышался смех, а я видела зловредную улыбку на его лице.
- А что не так? – спросила я, насторожено. Вроде бы конфета, как конфета. Но что-то мне не нравилось во взгляде Снежича. Уж больно выжидающим он был.
- Ничего, ничего, - улыбнулся он, глядя на меня, словно зритель. – Ты ешь, ешь…
С сомнением я присмотрелась к конфете, а потом резко подняла глаза. Пожав плечами, я решила отломить половинку и поделиться. В этот момент глаза снежного принца расширились. Он с удивлением смотрел на мою руку.
- Спасибо, не надо, - отмахнулся он, а я потянула конфету в рот, как вдруг меня резко ударили по руке. Моя половинка конфеты вылетела и упала на пол.
- Да ты чего! – возмутилась я, скорее не от боли, а от неожиданности. Странный он какой-то.
- Ну, если тебе нравится заячий помет, то мешать не буду, - огрызнулся красавец.- Никто в здравом уме не станет есть конфеты Лешего!
- Ну не знаю- не знаю, - вдруг послышался скрипучий голос Семен Семеныча. Он чем-то
