Рейстлин нашел то, что искал, и потому прошел мимо магического магазина. «Можно было просто довериться носу и найти самое зловонное место», — подумал он.
Хозяйство находилось в открытом дворе, заставленном штабелями дров для поддержания огня. Из чанов и огромных котлов поднимался вонючий дым, смешанный с паром. Многие из компонентов, используемых в процессе, пахли совершенно отвратительно.
Сжимая свой сверток, Рейстлин вошел внутрь маленького домика, построенного рядом с красильными чанами, под которые мужчины и женщины непрерывно подкладывали дрова, попутно перемешивая кипящее содержимое длинными деревянными шестами.
В убогой комнатенке клерк заполнял здоровенную конторскую книгу, другой служащий, сидевший на табурете, внимательно изучал нескончаемый список. Никто из них даже не поглядел в сторону Рейстлина.
Подождав немного, юный маг кашлянул, заставив изучающего список клерка поднять глаза. Увидев Рейстлина, ждущего у входа, он поднялся с табурета и осведомился, чем может помочь уважаемому эстетику.
— У меня есть ткань для покраски, — произнес Рейстлин, показывая свернутую красную мантию.
Капюшон скрывал его лицо, но не мог скрыть кистей рук. Рейстлин понадеялся, что клерк не заметит золотистой кожи.
Красильщик внимательно изучил цвет, пробежав руками по ткани.
— Хорошая шерсть, — произнес он. — Не прекрасная, заметьте, но добротная и пригодная для дела. Она хорошо окрасится. Какой цвет хотел бы получить уважаемый господин?
Рейстлин собрался ответить, но его сотряс такой сильный приступ кашля, что он покачнулся и ухватился за дверной косяк. Теперь он остался без могучей руки брата, готовой всегда поддержать его.
Красильщик, следивший за магом, в тревоге сделал шаг назад:
— У господина это не заразное, надеюсь?
— Черный, — прохрипел Рейстлин, игнорируя вопрос.
— Простите? — переспросил клерк. — Мне трудно разобрать слова посреди этого шума.
Он развел руками, показывая на женщин, макавших за открытым окном ткани в чаны, ругающихся между собой или обменивающихся солеными шутками с рабочими, таскавшими дрова.
— Черный! — повысил голос Рейстлин. Он вообще разговаривал шепотом, слова сильно раздражали горло.
Красильщик поднял бровь — эстетики, служившие Астинусу в Великой Библиотеке, носили серый цвет.
— Это не для меня, — пояснил Рейстлин, — я тут по просьбе друга.
— Тогда понятно, — протянул клерк, бросив на мага насмешливый взгляд, который Рейстлин не заметил, застигнутый новым приступом кашля.
— У нас есть три сорта черной краски, — начал красильщик. — В самой дешевой мы используем хром, квасцы, красный винный камень, кампешевые и кемовые дрова. Получается неплохой черный цвет, но не очень стойкий. Пара стирок — и все. В следующий сорт входят бафия, железный купорос и кампешевые дрова. Получившийся черный цвет гораздо лучше, но имеет тенденцию зеленеть со временем. Лучший рецепт окраски содержит индиго и бафию — черный цвет очень насыщенный, устойчивый к любым стиркам и времени. Естественно, последний сорт самый дорогой.
— Сколько? — спросил Рейстлин.
Прозвучала цена, и маг вздрогнул. Покраска сильно уменьшит количество монет в маленьком кожаном мешочке, что он припрятал в монашеской келье, которую ему отвели в Великой Библиотеке. Надо выбрать более дешевую окраску. Но как только Рейстлин представил себя среди богатых и могущественных черных мантий Нераки в «слегка отдающем зеленым» одеянии, то невольно съежился.
— Пусть будет с индиго, — сказал он, передавая красную мантию.
— Прекрасно, уважаемый господин, — поклонился клерк. — Могу я узнать ваше имя?
— Бертрем, — улыбнулся Рейстлин, укрытый тьмой капюшона. Бертремом звали многострадального и измотанного помощника Астинуса.
Красильщик сделал пометку в своем свитке.
— Когда все будет готово? — спросил маг. — Я… то есть мой друг очень спешит.
— Послезавтра.
— А раньше никак нельзя? — разочарованно протянул Рейстлин.
Красильщик помотал головой:
— Никак не получится, разве что ваш друг захочет ходить по улице с капающей с подола краской.
Рейстлин молча кивнул и вышел наружу. Как только он скрылся, клерк что-то прошептал товарищу, и тот опрометью кинулся в дверь. Рейстлин заметил человека, торопливо идущего вниз по улице, но так устал от длинной прогулки и удушающего запаха красильни, что не придал этому значения.
Великая Библиотека располагалась в Старом Городе. Когда Большие Часы пробили час и обычные магазины закрылись на ленч, люди заполонили улицы. Они производили ужасный шум, громом отдававшийся в ушах Рейстлина. Долгая прогулка подорвала силы мага; он был вынужден часто останавливаться для отдыха, а к тому времени, как показался внушительный портик Библиотеки с мраморными колоннами, уже настолько ослабел, что опасался перейти улицу, не рискуя рухнуть замертво.
Рейстлин присел на каменную скамью недалеко от Библиотеки. Долгая зимняя ночь приближалась к завершению. Весенний рассвет не за горами, солнце уже пригревало вовсю. Рейстлин прикрыл глаза, его голова свесилась на грудь — через миг он уже дремал под теплыми лучами. Он вернулся на борт корабля, где, сжимая в руках Око Дракона, стоял перед Карамоном, Танисом и остальными друзьями…
— …используя мою магию. И магию этого артефакта. Это очень просто, хотя, вероятно, и чересчур сложно для ваших примитивных разумов. Теперь я имею власть объединить энергию моего материального тела и энергию духа. Я обращусь в чистый свет энергии, если вы можете себе это представить. Став светом, я смогу пронестись по небесам, подобный лучу солнца, вернувшись в физическое тело там, где сочту нужным.
— Может Око сделать подобное для всех нас? — спросил Танис.
— Не думаю, что такое возможно. Но я уверен, что смогу сбежать. Остальные меня не волнуют. Это ты, полуэльф, привел их в эту… кроваво-красную смерть, тебе и выводить обратно!
— Ты не навредишь собственному брату. Карамон, да останови же его!
— Скажи им, Карамон. Последнее испытание в Башне Высшего Волшебства было направлено против меня. И я проиграл. Я убил его. Я убил родного брата…
— Ага! Так и думал, что найду тебя тут, тупоголовый кендер!
Рейстлин беспокойно заворочался. «Это неправильно. Откуда в моем сне взяться голосу Флинта? — подумал маг. — Флинта тут нет. Я не видел его уже много месяцев, еще с падения Тарсиса». Рейстлин вновь скользнул в пелену сна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
