Читаем без скачивания Компромат на президента - Сергей Зверев

– Через моего помощника можешь просить все, что тебе понадобится. Любую помощь и поддержку. – Президент глянул на часы. – Извини, больше нет времени.

Теплоход, гордо носивший в советское время имя Павлика Морозова, теперь стоял в Коломенском возле запасной пристани. Из рубки можно было рассмотреть островерхую колокольню знаменитого храма. Теперь теплоход носил абсолютно нейтральное название – «Аэлита». Так звали любимую литературную героиню его теперешнего хозяина.

Судно выглядело значительно лучше, чем в тот день, когда сходило со стапелей судостроительного завода. Исчезли деревянные лавочки, простые стальные поручни заменили на латунные. Крашенного простой масляной краской дерева невозможно было отыскать даже днем с огнем – сплошь дорогие лиственные породы, отшлифованные, пропитанные специальным составом и покрытые лаком. Небольшой корабельный колокол сиял ничуть не слабее, чем солнце.

На первый взгляд могло показаться, что на самом корабле и на пристани никого нет. Стоит себе готовый к увеселительной прогулке теплоход, и никому до него нет дела.

Клим Бондарев легко сбежал по откосу и задержался, совсем немного не дойдя до настила пристани. Бейсболка с длинным козырьком, отбрасывающим на лицо тень, темные очки, двухдневная щетина, придававшая ему несколько богемный вид, покрывала щеки.

Он знал, что безжизненность судна – кажущаяся. Люди из ФСБ предупредили его о том, что на корабле постоянно дежурят люди олигарха. Потому и не удавалось там вновь установить подслушивающую аппаратуру. А иногда на корабль наведывался и сам начальник охраны.

На Клима пока еще никто не обратил внимания. Мало ли народа гуляет в парке. Пяти минут хватило, чтобы оценить обстановку. Иллюминаторы новой надстройки были довольно маленькими. Рассмотреть целиком, что происходит внутри, почти невозможно. Но наблюдая за изредка мелькавшими тенями, удалось даже сосчитать, сколько людей находится внутри.

«Трое, – наконец определился Бондарев, – и еще двое в деревянной будке возле входа на пристань».

Охранники, сидевшие в будке, вели себя менее скрытно. Из-за приоткрытой двери вырывался легкий дым от сигареты. Охранники играли в карты. Еще неделю тому назад колода была новенькой, теперь же она засалилась, у карт заломились уголки. Оба игрока знали больше половины карт по рубашке, поэтому игра приобретала особый интерес, то и дело вспыхивали споры.

– Что ты мне даму не в масть подсовываешь, когда у тебя есть трефовый валет, – возмутился хмурый охранник.

– Ты не должен знать, что он у меня на руках. Может, я его в следующий раз из колоды возьму.

– Но он у тебя есть.

– Будем исходить из того, что ты не должен знать о его существовании.

– Тогда и игра закончена, – охранник бросил на стол веер из карт и выбрался на улицу.

Стоял на причале, щурясь от яркого солнца. Когда что-то охраняешь и ничего не случается, бдительность потихоньку притупляется. Осоловевшими глазами охранник медленно обвел пейзаж, даже не задержав свой взгляд на Бондареве.

– Вашу мать… – довольно громко произнес охранник, потягиваясь.

Под полой куртки мелькнула ручка пистолета.

– Сколько нам еще здесь торчать? – бросил он через плечо.

– Сколько надо, – резонно ответил его напарник.

– Совсем с ума хозяин сошел. Не знаешь, когда начальник охраны со сменой приезжает?

– Когда захочет, тогда и приедет.

– Ни хрена ты не знаешь.

Охранник вразвалочку двинулся по пристани к кораблю, преодолел узкий деревянный мостик с веревкой вместо перил и скрылся в надстройке.

«Хорошо, что я сюда наведался», – подумал Клим Бондарев, разглядывая теплоход. То описание, которое предоставили ему люди из ФСБ, относилось к прошлой жизни судна, когда оно еще называлось «Павлик Морозов».

Реконструкцию, наверное, проводили без составления документации, целиком полагаясь на вкус нового хозяина. На носовой части палубы располагалась барная стойка, небольшое возвышение для оркестра и площадка для танцев. На кормовой части палубы имелись места, оборудованные для рыбалки. Чтобы гостям не испортил настроение внезапный дождь, над всей палубой был устроен навес из гофрированного полированного алюминия.

Наверняка под палубой имеется несколько уютных кают-кабинетов с кроватями и душевыми кабинками. За круглыми бортовыми иллюминаторами виднелись бордовые занавески, шитые золотом.

«Смотрятся они довольно развратно», – решил Клим.

С палубы в трюм вела крутая лестница, устланная ковром, слишком шикарным для того, чтобы ею пользовались только члены команды.

Бондарев вышел из-за дерева и неторопливо двинулся к причалу. Он шел, дымя сигареткой, словно бы не замечал дощатой будки, в которой расположился охранник. Тот спохватился, лишь когда заслышал шаги по гулким доскам настила.

– Эй, мужик! – крикнул охранник. – Дальше идти нельзя. Видишь белую линию? До нее – можно, а за нее – нет.

– Почему?

– За ней начинается частная собственность.

– Да я в прошлом году с причала рыбу ловил.

– Раньше ловил, а теперь это частная собственность, – повторил охранник.

– Ты, что ли, владелец? – рассмеялся Бондарев.

Охранник наконец удосужился выбраться из своей будки.

– Может, и я, тебе-то какая разница.

– Никакой. Корабль красивый, – добавил Клим, став так, что носки его ботинок оказались вровень с белой линией, – сколько стоит?

– Что стоит? – не понял охранник.

– Покататься на корабле с барышней и выпивкой.

– Это раньше бы ты на нем за тридцать копеек катался, теперь удовольствие не для всех.

Клим медленно повернулся и пошел к берегу. Охранник какое-то время смотрел ему в спину. Бондарев не вызвал у него абсолютно никаких подозрений.

«Заинтересовался мужик кораблем. В самом деле, игрушка стоящая, дорогая не только в смысле купить, а в смысле содержать. Не каждому по карману».

Глава 3

Ранним утром Клим Бондарев встретился с подполковником ФСБ Прохоровым, тем самым мужчиной в штатском, который приезжал в дом олигарха после неудачного ограбления. Большой симпатии к Бондареву подполковник не испытывал. Кому же понравится, если тебя, руководителя операции, передают в оперативное подчинение неизвестно кому? О Климе он знал только то, что ему посчитал нужным сообщить помощник президента. А тот был немногословен.

«Антон Павлович, выполняйте все, что ему может понадобиться. Если что-то окажется не в ваших силах, лучше признайтесь сразу. Дело на личном контроле», – вот и все, что было сказано, но сказано весьма многозначительно.

Они прохаживались неподалеку от церкви Вознесения. Клим Бондарев оделся так, как обычно одевался по утрам: джинсы, легкий свитер. Прохоров в своем строгом темном костюме походил на чиновника, помогавшего иностранцу знакомиться с московскими достопримечательностями.

– Отплывают вечером? – Клим Владимирович, запрокинув голову, смерил взглядом высокую шатровую колокольню храма.

Прохоров подтвердил, что прогулочный теплоход «Аэлита», принадлежавший теперь Михаилу Хайновскому, готов к отплытию, продукты на него завезены, теперь ждут гостей.

– Кого именно? – уточнил Клим.

– Судя по количеству стульев, привезенных на корабль, компания ожидается довольно большая.

– Поточнее нельзя?

– Нет, Клим Владимирович. Приглашения не рассылались. Чувствую, появятся гости, которых мы с вами не ждали.

– Чиновники из администрации будут?

– Неизвестно.

– Кто охраняет мероприятие?

– Если ничего не изменится, то начальник охраны Хайновского Порфирьев, – сказал Прохоров.

Подполковнику и самому было мало что известно. Ясным стало лишь одно: на теплоходе готовится не простое празднование рядового дня рождения. Иначе к чему было Хайновскому разводить конспирацию? Бондареву, ясное дело, хотелось знать побольше, но он понимал – Прохоров сделал все что мог. Не так-то легко организовать слежку за одним из самых богатых людей России.

– Вам понадобятся мои люди? – напрямую спросил Прохоров.

– Их не должно быть рядом ни в момент отплытия, ни после, – твердо сказал Клим, – можете снять наружное наблюдение прямо сейчас.

– Вы уверены? – Прохорову казалось, что Клим настроен несерьезно.

– Не затягивайте с этим. – Бондарев кивнул и зашагал к выходу из парка.

«Странный человек, – подумал подполковник, – в его голосе сквозит такая уверенность, что поневоле начинаешь ему доверять».

Уже смеркалось, когда Клим Бондарев поставил машину на стоянку неподалеку от моста через Москву-реку. Одет он был в рыбацкий комбинезон, взял из багажника удочки и спортивную сумку, взглянул на часы. Теплоход, если верить Прохорову, должен был отчалить от причала в Коломенском через час.

«Гулять будут всю ночь и за городом. На берег не сойдут, иначе зачем тогда столы, стулья. К чему избегать комфорта, когда на корабле все приготовлено по высшему разряду».