сложили крылья. Мира могла поклясться, что кусты стали такими недавно — когда она уходила, листья были самыми обыкновенными. В памяти всколыхнулось жутковатое воспоминание: тоже лес, только другой, из сна. И миллиарды летучих мышей. Писк, острые коготки, пытавшиеся выцарапать глаза, хлопанье кожистых крыльев.
— Этого не может быть! — прошептала Мира и тут же поняла, что это уже здесь. Только на этот раз мыши крупнее.
Гай посмотрел на неё с вопросительной настороженностью.
— Уходим! — тоненько простонала она, указывая на куст.
Её слова как будто послужили для мышей командой. В едином порыве они развернули крылья, и на Миру со всех сторон уставились горящие злобой чёрные глаза. Не долго думая, Гай сорвал с себя кожаный плащ и набросил Мире на голову. Она оказалась словно спрятана в мешок.
— Пригни... — закричал Вишневский, но его голос заглушил противный писк множества глоток, от которого заложило уши.
Гай сжал запястье Миры в тисках и потащил неизвестно куда. Она видела только крохотный пятачок земли под ногами. В голове стучало: только бы не упасть! Плечи, спину и голову облепили мелкие твари. Их коготки царапали сквозь плотный плащ, и Мира подумала: "Каково же Гаю? Ведь он остался с непокрытой головой!"
Если бы можно было воспользоваться магией! Но как? Она чуть приподняла край плаща и быстро осмотрелась. Неподалёку заметила гряду мелких камней. Её посетила идея.
— Бейте по мышам! — приказала она камням и торопливо добавила: — Только не по тем, которые на нас!
Камни взмыли в воздух, словно выпущенные из невидимых рогаток. Всё вокруг наполнил ещё более громкий мышиный писк, но теперь это были вопли боли. Мира приостановилась, потянув за руку Вишневского. Приподняла плащ. Гай в ярости скидывал с себя скалящих крохотные пасти мышей, и камни тут же забивали их. Одежда Вишневского на плечах и спине была разорвана в клочья, сам он весь расцарапан; по лицу стекала кровь и борода наполнялась ею словно губка.
Чувствуя копошение крохотных тельц у себя на плаще, Мира приказала ему стянуться в тугой узел. Плащ немедленно выполнил, зажав внутри себя мышей. Твари в предсмертной агонии пытались порвать кожу и вырваться. Мира указала рукой в землю, и узел несколько раз ударился об неё. Писки внутри узла затихли.
Оглядевшись, Мира увидела, что они находятся посередине огромной бойни. Тысячи убитых камнями тел покрывали землю мохнатым кровавым ковром.
Внезапно она вспомнила про канжди. Проклятие — в запале боя она совсем про них забыла! Мира лихорадочно огляделась по сторонам: лосик Гая был неподалёку. Мыши поранили и его, а ещё побили камни, когда убивали мышей. Но он был на ногах и только ошалело оглядывался вокруг.
А вот канжди, с которым Мира менялась телами, видно не было. Наверное он убежал, когда начался весь этот ужас. Вот только куда? И сумел ли укрыться?
— Нужно найти моего канжди, — сказала Мира Гаю. — Как думаешь, куда он мог убежать?
— Скорее всего, двинул к реке, — ответил Гай. Он оторвал кусок от рубахи и прикладывал к кровоточащим ранам на лице и шее.
— Я найду его... Я быстро, — сказала Мира и повернула к реке.
— Мира! — крикнул ей вслед Вишневский.
Она приостановилась, оглянулась.
Гай поколебался и потом тихо произнёс:
— Нет, ничего. Ищи быстрее, надо возвращаться.
Кивнув, Мира побежала к реке. Вскоре показалась черничная неподвижная гладь: будто разлился густой сироп. На берегу возвышался небольшой холм, покрытый тёмно-красной травой. Трава покачивалась на ветру... Вот только ветра не было. Мира споткнулась и остановилась, похолодев от ужаса. Она догадалась, что это за холм. Несколько мышей с недовольным видом поднялись с него в воздух и полетели к Мире.
«Моя магия до сюда не достала!» — поняла девушка.
Накатила ярость. Камней поблизости не оказалось. Тогда Мира подцепила взглядом неподвижную воду, подняла её и швырнула на берег. Прямо на шевелящийся кровавый холм. Водный язык слизнул мышей с неподвижного тела и утащил на глубину. Испуганные писки смолкли, только на черничной глади появлялись и лопались пузыри. Тогда Мира впервые решилась посмотреть на то что осталось от её канжди.
На берегу вздымали дуги рёбер и голый череп с пустыми глазницами. Ветвистые рога казались растущим из земли кустом.
— Они съели моего зверя! — прошептала Мира. — Сволочи!
По щекам потекли слёзы. Она медленно подошла к обглоданному скелету, хотела дотронуться до черепа, но отдёрнула руку, охваченная каким-то суеверным страхом. Внезапно в пустой глазнице что-то шевельнулось. Мира затаила дыхание. Мгновение, и из черепа осторожно выбралась мышь.
— А-а-а-а! — заорала вне себя Мира.
Подхватив с земли большую кость, она со всего размаха ударила по твари. Удар отбросил мышь в сторону. Но она извернулась, яростно запищала и бросилась Мире в лицо. С оскаленных мелких зубок капала окровавленная слюна, глаза горели злобой. Неожиданно за спиной Миры возник Гай с зажатым в руке ножом. Он одним взмахом отсёк твари голову, и мышь упала к их ногам, подёргивая кожистыми крыльями.
Мира всхлипнула.
— Они съели моего зверя! — прошептала она, потеряно глядя Гаю в лицо.
Он обнял её за плечи и прижал к себе.
— Я ожидал этого. Хотел предупредить. Но не стал, подумал, вдруг произошло чудо...
— Как же так?! — прошептала Мира, уткнувшись лицом ему в грудь. — Как такое возможно?
Она чувствовала себя совершенно раздавленной, беспомощной.
— Они не могли прилететь сами, — сказал Гай. — Кто-то прислал их.
— Прислал? — переспросила Мира с удивлением.
Ей вновь вспомнилось, что она уже спасалась от подобных мышей. Это было в том месте, куда Мира попала, раздавив орех. А ещё там была женщина, назвавшаяся Праматерью. В прошлый раз именно она спасла Миру от мышей.
Мира понимала, что всё это как-то связано между собой. Но пока края пазлов не совпадали и картинка не складывалась.
Глава 3. Прибытие
На Большие кочки отправились верхом на канжди Гая. Угрюмо молчали. Глядя на расстилающуюся внизу Реку, Мира вспоминала, как совсем недавно летела в Лес, полная страхов и сомнений: удастся ли найти Тиреда? В каком он состоянии? Какие новости она привезёт Хадару?
И вот этот этап в её жизненном квесте закончен. Она возвращается, оставив в Лесу частичку души и уже не сможет относиться к
