прожил?
Вот так.
Изменил.
И хорошо бы еще просто перепихнулся с секретаршей, да? Ну или нашёл какую-нибудь одноразовую женщину, ну, вдруг зачесалось в одном месте.
Да?
Да нет, и это тоже не хорошо, но всё-таки...
Простила бы я секретаршу и одноразовую? Нет, не простила бы.
Но, может, не чувствовала бы себя настолько мерзко?
Когда все эти его скелеты начали выплывать из шкафа я реально была просто шокирована.
Как так можно?
И почему я в полном неведении?
Так что, жена Ивана, у тебя уже есть план?
Смотрю по очереди сначала на содержанку, потом на ту, которая себя любимой называет.
План.
О, да, у меня есть план.
Я хочу варить его на медленном огне, чтобы он испытал всю гамму чувств и эмоций. Всю.
Я хочу его уничтожить,
Имею ли я на это моральное право?
Может и нет.
Может стоит просто прийти к нему, выложить все карты на стол и сказать — так и так, Ваня, я всё знаю, давай просто мирно расстанемся. Да?
Нет.
Я так сделала бы, наверное, если бы не одно «но».
Если бы мой Ванечка не полез бы туда, куда ему лезть не следовало.
Если бы эта сволочь не посягнула на святое.
- За этим я вас и позвала. План есть. И мне нужна ваша помощь в его реализации.
- Чур эстроген ему в борщ буду подливать я!
8.
Было бы смешно, если бы не было так грустно.
Глаза закатываю.
Эстроген! Надо же.
- А что такое эстроген? Это... добавка какая-то?
- Ага, - ржет Эвелина, - добавка. От которой у мужика вырастет пивной животик и сиськи, а либидо, наоборот, не вырастет. И будет наш Ванечка как колобок, нет, как арбузик с отсохшим хвостиком.
- Ирина, давайте серьёзно, а?
- А вы меня нарочно Ириной называете, да? Я Эвелина. Трудно запомнить? Я даже паспорт поменяла.
Хочется закатить глаза и ответить. Паспорт она поменяла! Сорняк можно сколько угодно называть розой, но розой он от этого не станет.
Еще ей хорошо подходит знаменитое выражение про девочку и деревню, из которой эту девочку можно вывезти. А вот деревню из девочки вывезти нельзя.
Но я молчу.
В конце концов, кто я такая?
И намного ли я лучше?
Да, с высшим образованием.
Да, москвичка во втором поколении с одной стороны и в третьем с другой. Да, никогда не помышляла эскортом и проституцией. Даже в любовницах ни у кого не ходила.
Хотя Ваня у меня не первый мужчина. Чем иногда и попрекает.
Козел.
На самом деле Ваня очень страдал, потому что у меня до встречи с ним были отношения.
Первая любовь, одноклассник моего брата. Егор Михайловский. У нас был бурный роман, мы даже пожениться собирались. А потом вмешалась его маман. И Егор поехал учиться за границу, а когда вернулся... когда вернулся у меня уже был Иван и сын Ярослав, так что... Обломись, маменькин сынок.
К слову, Иван вот маменькиным сынком не был, но с его мамой — Нинель Ивановной и бабушкой Ядвигой у меня были самые теплые отношения.
Почему были?
Потому что я пока не знаю, что они скажут, когда узнают о нашей семейной драме.
Вернее... знаю, то есть, я почти уверена, что они встанут на мою сторону. И моя свекровь и её свекровь кобелей терпеть не могут.
Очень надеюсь, что в моём случае они не изменят принципам. Хотя я всё понимаю — сын.
Но у меня вот тоже сын.
И его отец... Кобелино каких мало!
Мысль у меня пляшут, видимо это эффект от выпитого «Беллини». Он хорош.
Вроде и совсем не пьяный коктейль, но тем не менее по шарам, как говорится, дало.
Нам несут блюдо с устрицами, вижу, как у Ирины-Эвелины глаза загораются.
Коктейли тоже обновили. Что ж.
- Дамы? — поднимаю бокал, - Выпьем за успех нашего предприятия?
- За успех! — вторит мне Эвелина.
- За... да... за успех, - немного поникшим голосом говорит Викуля, - я только не совсем понимаю, какое именно предприятие.
- А у Яхонтова их много, глядишь, какое-то и тебе перепадёт. Не будешь за стольник убиваться. — опять хохочет весёлая содержанка, а Викусик опять раздражается.
- Знаете, что?
- Что?
- Я с Иваном была не из-за денег.
- Неужели? А из-за чего? Член-то там не великий. Ой, прости... - уже явно чуть поддатая эскортница поджимает губы глядя на меня и смеётся, - Ну... правда: член... средний, скажи?
Еще я с блядями размер члена мужа не обсуждала!
Просто пипец!
- Нормально у него всё! Это просто у вас там, наверное... дыра?
- Что? Это у тебя, а у меня как у девочки, я пластику даже делала.
- Там Стоп! Давайте сразу на берегу договоримся, что интимные подробности обсуждать не будем. Ясно?
- Да, просто у кого-то…
- Виктория!
- Да, извини, жена.
- За наш успех.
Протягиваю бокал еще раз, мы чокаемся.
В успех я, конечно, не верю.
И всё, что сейчас происходит, вот эта вот встреча — абсолютный сюр для меня.
С другой стороны — это теперь моя реальность. То, с чем приходится жить.
Не мириться, нет.
Жить.
Пока.
Пока я не сделаю то, что задумала. Хотя бы не попытаюсь.
Хочу, чтобы Иван в полной мере ощутил то, что не стоит делать из хорошей женщины ведьму. Это чревато.
- Слушай, жена, Янина, так что там наш Ванечка натворил-то? Ты говоришь, собирается жениться? И кто эта счастливица?
Кто?
Смотрю на Эвелину, челюсти сжимаю. Потом хватаю с блюда устрицу, заливаю лимоном. Она живая, сокращается, издает какой-то звук, где-то я читала, что они пищат.
Выпиваю её, чувствуя солоноватый, напоенный морем вкус.
Устрица погибает у меня внутри.
Я хищно прищуриваюсь.
Именно так мне хочется расправиться с той тварью, которая самым подлым образом решила залезть в постель к моему мужу.
- Кто? Я скажу тебе, кто.
9.
- Я скажу тебе кто.
Беру бокал, отпиваю. В голове уже шумит.
Это эхо будущих оваций в честь нашей победы.
- Скажу, но сначала озвучу свой план. Вы готовы?
Вижу, как подбирается Викуля, как жадно глотает «Беллини» Эвелина.
- Я хочу его разорить. Уничтожить его бизнес. До дна.
Голос мой звучит глухо и, видимо, страшно, потому что я вижу, как округляются глаза Викули, и как прищуриваясь сглатывает Эвелина.
- Уничтожить. Сделать так, чтобы
