Читаем без скачивания Глухая пора листопада (сборник) - Михаил Март

– Привет, Андрей. Дела все сделал. Послезавтра его привезут. И с кладбищем все проблемы решил. Единственное, что я не смог сделать, так это позвонить его жене. Послал к ней курьера.

– Тяпнем по рюмашке. Что-то у меня на душе кошки скребут.

Он почесал свой выбритый подбородок, потом махнул рукой и сел в мою машину.

Мы оба любили итальянскую кухню, и я поехал в знакомый ресторанчик, где мы часто бывали. Там никогда не было толкотни и в лучшем случае набиралась четверть зала.

Мы устроились за дальним столиком, заказали себе мартини с джином и оливками и легкие салаты.

– Неужели смерть Зямы тебя выбила из седла? – спросил Гальперин.

– Нет, конечно. Но я консерватор. Не люблю резких переходов. Люблю гладкое течение. Ты веришь в то, что его убила Оксана?

– В этом нетрудно убедиться. Если она привезет документацию назад, значит, это ее рук дело. Если нет – ее подставили, но сделали это очень грамотно. В любом случае следствие касается только нас, и никого больше. Для остального мира Зиновий Карлович умер от инфаркта.

– А это следствие нужно?

– Конечно. Оно будет определять нашу политику. Тебе пора бы кое-что узнать. Зяма поехал в Омск для продажи формулы восемьсот пятого препарата со всеми разработками. Обычная общая тетрадь стоимостью пять миллионов долларов. Покупатели – люди нечистоплотные. Таким нельзя давать в руки оружие. Они полмира отправят на тот свет. Хочу сразу оговориться. Были и другие покупатели. Более солидные и надежные, но они требовали от Зямы полного отказа от дальнейших разработок. Давить на него было бесполезно. В нашем институте работает сорок семь лабораторий, и каждая состоит из специалистов высокого класса. Найти гения, создавшего препарат, невозможно. Зяма решил отказаться от восемьсот пятого индекса, но на его основе создать более качественный продукт. Эту идею он унес с собой в могилу. Но произошла утечка. Заказчики узнали о встрече Зямы с покупателями в Омске. Тетрадка попала бы в руки тех, кто мог ею неправильно воспользоваться. Ему помешали совершить опрометчивый шаг. И конечно, Оксана здесь сыграла главную роль. Следующий вопрос. Если она не привезет документы, значит, Зяма продал проект. Но если привезет, то кому отдаст? Вернет в институт или сдаст заказчикам? От таких денег никто не откажется. О суммах можно говорить абстрактно. На жизнь ей хватит. А главная фишка заключается в том, что Оксана уверена, будто мы – институт – не знаем о целях поездки Зямы в Омск. Один из бывших покупателей продал мне всю информацию о предстоящих торгах. Я его не знаю, но эти люди имеют силу и власть. Меня предупредили, что сотни людей не позволят провести эту сделку. Они хотят получать чистый товар из первых рук, а не путаться с отребьем, которое за фикцию взвинтит цены. Таков их приговор. К убийцам следствие нас не приведет. Просто мы сможем понять, кто выиграл в этой схватке.

– Оксана в такой ситуации не выживет.

Илья пожал плечами.

– Даже думать о ней не хочу. Девчонка сделала свой выбор. Теперь важно не переходить на личности. Она оплошала, и ей конец.

Мысль о том, что я стал дублером Оксаны, выглядела смехотворной. Мало того, толкнуть меня на умышленное убийство не мог ни один человек, кроме женщины, в которую я безумно влюбился. Но она этого не делала. Инициатива исходила от меня. Идея тоже принадлежит мне. Допустим, что наше с Леной знакомство в баре было подстроено. Я человек резкий и даже буйный, если на моих глазах происходит произвол. Тут все точно выверено. Но я не собирался везти ее к себе домой. Мне просто хотелось выпить, и я подцепил собутыльника. Это потом в моих глазах начали меняться краски. Цепь случайностей не могла привести к этому. На следующий день Лена ушла. На этом всё. Сказка закончилась. Может, я бы и сорвался, но дня через два или три. Нет, черт во мне не спал. Я сам к ней поехал и только потом принял решение.

Есть одна деталь. Оксана обеспечила себе алиби. Но когда я приехал, девушка была в ванной. По идее порошок она могла дать ему в ресторане за ужином. А это значит, что к двум часам ночи он покрылся бы красными пятнами и уже не смог бы встать с кресла и даже пошевелить рукой. Никаких симптомов. Живой, энергичный, полный планов. Значит, Оксана не давала ему раствор. Это должен был сделать кто-то другой, но я его опередил. Подставить меня невозможно. Когда я вошел в его номер, он сюсюкал по телефону со своей женой, будучи с ней в ссоре. Кто кому звонил? Она ему, чтобы убедиться в его жизнеспособности, или он ей, дабы извиниться за скандал. На этот вопрос нет ответа. Человек умер, а не был убит. Но если подозрения в убийстве возникнут, то первой подозреваемой будет Оксана, и она это понимала.

Самое смешное то, что я не ощущал никаких угрызений совести. Смерть директора меня не волновала и не трогала. Меня больше всего удивлял я сам. Тихий, равнодушный, безразличный, я вдруг вырвался из бутылки, как сказочный джинн, совершил тяжкое преступление и вновь закупорился. А главное, что все случившееся вряд ли как-то повлияет на мою жизнь. Лена – это непреодолимая стена. Даже если она так же влюбилась, то с ее наследством она становится хозяйкой положения. Весь мир у нее в кармане. Зачем ей связываться со мной? Я лишь обуза. Нет. Не дальновидно. А по сути, проявился избитый детективный сюжет. Жена хочет убить престарелого богатого мужа, будучи при этом молодой красавицей, и находит самый простой способ. Точнее, не способ, а лоха, который в нее влюбляется и делает всю черную работу. Об этом писали Кейн, Чандлер, Чейз, да кто только ни испытывал на прочность старый, как мир, сюжет. Согласен на роль лоха, лишь бы все сработало по-моему.

В темном подъезде моего дома, где лампочки горели через этаж, я остановился на площадке, не дойдя одного пролета до своей квартиры. Рядом с дверью на ступеньках сидел сгорбившийся комок, будто мешок картошки прислонили к стене. Я замер, и у меня вновь заколотилось сердце. В этот момент я ничего не чувствовал. Просто меня парализовало. Странный комок зашевелился, выпрямился и встал в полный рост. Я увидел Лену. Она сделала первый шаг мне навстречу. Я пулей пролетел пролет, и мы оказались в объятиях. Две минуты молчания и ничего, кроме чувств.

– Я решила повторить нашу предыдущую ночь. Ты не будешь возражать?

В руке я держал папку со всеми документами, украденными из сейфа ее мужа. Выйдя вчера из института, я бросил ее в багажник и до сих пор возил с собой. Зачем я это сделал, мне было не понятно.

Я открыл дверь своего клоповника и пропустил ее.

– Не страшно? Он завтра утром возвращается, – спросил я.

– Я оставила ему записку, что ночую у подруги. И мне плевать, о чем он подумает. Есть силы, которым я не могу сопротивляться.

На этот раз водка нам не понадобилась. Мы лежали на кровати – единственном достоинстве моего интерьера. До самого утра мы занимались только собой и не обсуждали наше будущее, будто этот вопрос был уже решен.

– Ты знаешь, Андрюша, я полюбила тебя с первого взгляда. Меня это даже напугало. Я человек сдержанный и уравновешенный. Мужчина может мне понравиться, но тут же вмешивался разум – мой главный противник, и ни одна история дальше флирта не заходила. Вчера разум не вмешался. Видимо, он тоже понимал, что его силы не беспредельны. Сумасшествие разуму не подчиняется.

– Согласен. Ты женщина, которую я искал всю жизнь. Уверяю тебя, к нашей встрече я был не готов. Не ждал ее и даже не думал. Угодил в тиски, из которых нет выхода. И это навсегда. Мы обязаны быть вместе.

Она тяжело вздохнула.

– Последствия могут стать катастрофическими для обоих. Мой муж своего не отдаст.

Я понял, что о смерти Зямы она ничего не знает.

– Ты хотела бы соединить наши судьбы навсегда? – спросил я.

Лена улыбнулась и закурила. Над моей кроватью висели вырезки из журналов. Это были портреты американской звезды Ланы Тернер. Сногсшибательная блондинка. Она умерла в девяносто пятом году в возрасте семидесяти четырех лет. Шесть раз была замужем. Ее слава прокатилась по свету в сороковые-пятидесятые. На эту женщину я всегда смотрел с восхищением. Но я родился не в Америке, а когда она стала звездой, меня еще на свете не было. Так создают себе идолов. Им стала Лана, и опускаться на ступень ниже я не собирался. Лена встала на колени и начала разглядывать снимки.

– А представь себе, что я перекрашусь в блондинку, сделаю такую же прическу, накрашу губы яркой помадой, так же подведу глаза, а еще куплю себе накидку из белого песца.

До меня только дошло, что они очень похожи. Возможно, где-то в подсознании я уже понимал это. Лена становилась Ланой, но живой, и я мог ее чувствовать. К тому же у Лены была более современная фигура и тоньше талия.

– Мужчины часто вешают портреты звезд в доме. Мальчишество.

– Но у тебя нет других звезд. Только эта, – сказала она, закуривая. – Мечтательный мальчик.

Черт подери, но я даже не думал об этом. И действительно, Лена очень похожа на Лану Тернер. У меня мурашки побежали по телу.