Читаем без скачивания Голова коммивояжера - Николас Блейк

— Я убью тебя, если ты еще подсунешь мне местных интеллектуалов. Интересно, я буду как…

— Подожди, старина. Ты был великолепен. Все идет хорошо. Теперь позовем Джека Уитфорда. Джек!

Рослый взъерошенный мужчина — он только что появился в баре вместе с собакой-ищейкой, которая тут же свернулась под скамейкой, — подошел к ним. Пол его представил. Найджел сказал:

— Если мистер Уиллингем сообщит вам, что я с радиостанции Би-би-си, это ложь.

— Ну и врун же этот мистер Уиллингем, — воскликнул Джек, просияв. — Видел, как вы говорили с нашими старыми дураками. Собираетесь выпустить их в эфир? Пару деревенских болванов, болтающих о том, как они в молодости вручную косили траву на пятидесяти акрах? Меня всегда удивляло, что за ерунду передает Би-твою-мать-си о нас, сельских жителях.

Найджел сдался.

— Я интересуюсь не этим, — сказал он, — а убийством, случившимся у вас тут. Можно было бы об этом сделать передачу. Что здесь о нем говорят?

В «Лэйси Армс» воцарилась тишина. Голубые глаза Джека Уитфорда загадочно глядели на него — так смотрят вдаль моряки.

— Это не у нас было убийство, — проговорил он, — это у них, в Ферри Лэйси, у этих негодяев, что там живут. Мы в Хинтоне соблюдаем законы.

Пол Уиллингем засмеялся:

— Особенно по ночам.

— Чего глаз не видит, о том сердце не болит, — ответил Джек.

Найджел, помолчав, сказал:

— Я раньше жил в Девоншире и знавал парня родом из Сомерсета, так он, когда шел в лес, обычно брал длинный шест, привязывал к концу пакет с серным порошком для фейерверка, поджигал его и оставлял шест среди ветвей. Фазаны дурели от дыма и валились прямо к нему в руки с дерева, как спелые яблоки.

Джек Уитфорд хлопнул себя по ляжке:

— Вот здорово! Никогда не слышал о таком. Дурели от дыма. Будь я неладен!

Лед сломан. Вскоре Найджел спросил Джека Уитфорда о лесе Фоксхоул-Вуд. Тот недоверчиво глянул на него.

— Мистер Стрэйнджуэйз — человек порядочный, — вставил Пол.

— Ладно. Лес огорожен проволокой. Но тот, кто знает дорогу, может и войти, — ответил Джек с усмешкой.

Найджел начал осторожно его расспрашивать. Выходило, что лес когда-то был собственностью семьи Лэйси. Джеймс Ситон, отец поэта, продал его лондонскому синдикату. Новые владельцы наняли лесника охранять территорию от браконьеров и вообще запретили местным ходить туда. Потом поставили проволочную изгородь там, где всегда были калитка и тропинка напрямую.

— Давно это произошло? — спросил Найджел.

— Лет восемь или девять назад. Старый мистер Лэйси, сквайр, никогда бы такого не позволил.

— Я удивляюсь терпению мистера Ситона, — сказал Пол.

— О, он хочет жить спокойно. Мы знаем, кто там теперь заправляет.

Все помолчали. Вскоре Джек Уитфорд поднял голову от кружки с пивом:

— Я мог бы кое-что рассказать этой ищейке инспектору.

— Он и к тебе приставал? Да? — спросил Пол.

— Да, этот тип. Я послал его подальше. Он даже не местный. «Не суй свой нос куда не надо», — сказал я ему напрямик.

Джек еще глотнул пива.

— Никогда не знаешь, чего хочет полицейский. «Не видели ли вы какого-нибудь незнакомца здесь в округе в одну из ночей на прошлой неделе?» — «А я был в постели с женой, — сказал я, — и не говорите ерунды: я не выхожу по ночам в поисках приключений на свою голову, как некоторые. Где я мог видеть каких-то незнакомцев?»

— Я думаю, он ищет того, кто убил человека, найденного в реке, — сказал Найджел наивным тоном.

— Никогда не знаешь, что нужно полиции, — повторил Джек. — Часто они и сами не знают, чего хотят. — Он помолчал. — Странно, что вы упомянули лес Фоксхоул-Вуд. Я видел там человека на той неделе, ночью, в прошлый четверг. — Он доверительно понизил голос: — Сначала я подумал, что это мистер Ситон. Я встречал его и раньше по ночам. Он много раз проходил так близко от меня, как вы сейчас сидите, — сочинял стихи, я думаю. Он вроде нас, ночная птица.

— Может, мистер Ситон и был тот, кого вы видели?

— Ну, на первый взгляд это был точно он. Но прошел очень быстро мимо того дерева, где я стоял. А мистер Ситон всегда ходит медленно, понимаете? И потом, этот некто свернул с дороги. Вскоре я услышал, как он перелезает через изгородь, где была калитка, о которой я вам говорил. Это не мог быть мистер Ситон. Он никогда не ходит там.

— Вы заметили, как был одет тот человек?

— На нем был макинтош. Больше я ничего не разглядел: он промелькнул мимо как тень. Наверное, торопился.

— Почему вы так считаете?

— Той ночью была сильная гроза.

— Ты знаешь, — сказал Пол, — на теле, которое нашли в реке, был макинтош.

Джек Уитфорд, хитро прищурившись, посмотрел на него:

— Вокруг полно людей в макинтошах, мистер Уиллингем.

— В какое время вы видели незнакомца в лесу?

— Незадолго до полуночи.

— А вдруг это тот самый человек, которого убили? — сказал Пол. — Ну, Джек, допивай — и сыграем…

После игры Пол и Найджел уже собирались уходить, когда Джек Уитфорд наклонился к уху Найджела.

— Вы не станете говорить по радио о том, что я вам рассказал, мистер? — Хитрая лисья ухмылка снова появилась на его лице. — Может пострадать моя репутация.

Найджел успокоил его.

— Вообще-то странно, — добавил он, — незнакомец среди ночи идет через лес. Скорее, ему следовало держаться дороги.

— Это вы сказали. А я добавлю еще кое-что. Сами-то не бывали в лесу Фоксхоул-Вуд?

— Нет.

— Так вот попробуйте пройти через него ночью. Там тропинок, как кроличьих нор, и половина заросла. Вы заблудитесь, ставлю доллар.

— А этот парень несся сломя голову, будто…

— Будто знал, знал дорогу очень хорошо.

— И все же полез через проволоку?

— Да. Загадка, да и только. Ну, привет. Увидимся.

По дороге домой Пол сказал:

— Хороший получился вечер. Думаю, все идет прекрасно.

— Если бы ты погубил дело выдумкой про Би-би-си, я свернул бы тебе шею.

— Ерунда! Тебя нужно было представить. Здесь это очень важно.

— Мне понравился этот браконьер. Не дурак.

— Я думаю, он видел убитого.

— Или убийцу. Но интереснее всего загадка, которую он мне преподнес в конце. Думаю, что я уже нашел на нее ответ.

Глава 3

Тупик

На следующее утро после завтрака Найджел собрался в Ферри Лэйси через лес Фоксхоул-Вуд. По дороге он позвонил из телефонной будки в Хинтон Лэйси Роберту Ситону и получил любезное приглашение на ленч. Затем Найджел направился в сторону Чиллингема. Мили через две он подошел к опушке леса справа от дороги. Если неизвестный путешественник, которого Джек Уитфорд видел в лесу около полуночи в прошлый четверг, шел из Чиллингема таким путем, то это заняло бы у него почти час, так как тут четыре мили. Выбранные путь и время говорили о стремлении быть незамеченным. Поэтому человек вряд ли задержался бы на станции, сойдя с поезда, который, видимо, прибыл где-то около одиннадцати вечера. Найджел взял себе на заметку узнать на станции, откуда и какие поезда останавливались в Чиллингеме примерно в это время.

Возможно, неизвестный приехал вовсе и не поездом, а автобусом, или же его подвезли на попутной машине, или даже он нанял машину. Впрочем, может быть, он поездом приехал в Чиллингем, а добрался до Фоксхоул-Вуд на машине. Но это сомнительно, так как связано с риском быть узнанным, чего незнакомец опасался: рано или поздно, если начнутся розыски, кто-нибудь обязательно вспомнит, что подвозил человека похожей наружности. Переполненный поезд, особенно скорый дальнего следования, был идеальным средством передвижения: ведь все экспрессы в Лондон из Бристоля и портов Южного Уэльса шли через Чиллингем.

Найджел достал крупномасштабную карту, заметил время на часах и свернул в лес там, где табличка строго предупреждала нарушителей о наказании. Центральная тропа, по которой он шел, была утоптана. По карте он видел, что это путь, которым разрешалось пересечь чужую территорию, что и запретил потом лондонский синдикат. Но, как сказал Джек Уитфорд, в лесу полно других путей. Ночью, если не знать дороги, почти невозможно не сбиться на боковую тропу, почти такую же широкую, как главная.

Было ясное и свежее утро августа. Ажурная тень листвы скользила по земле. Вскоре Найджел вышел на широкую колею, оставленную колесами трактора и трейлера, которые прореживали лес. Эта колея, судя по карте, пересекала лес по диагонали, главная же тропа шла на несколько сот ярдов правее, а потом поворачивала влево и в этом месте чуть поросла кустарником. Именно здесь Джек Уитфорд видел, как неизвестный направился к опушке леса. Ночью никто из попавших сюда впервые не смог бы легко найти этот поворот.

Найджел шел по тропе еще с четверть мили. Потом деревья расступились, и он оказался перед высокой узкой калиткой, опутанной ржавой колючей проволокой. Вокруг были видны следы ног и поломанные кусты — свидетельство осмотра местности полицией. Найджел сошел с тропы, выбрался из лесу немного правее и постоял на опушке, щурясь на солнце, которое освещало протоптанную дорожку через луг, к Ферри Лэйси. Вдали виднелись извивы Темзы. Дорожка вела к пастбищу Ситонов, где разветвлялась: одна тропинка шла направо к деревне, другая — к железной дверце в ограде Плэш Медоу. Найджел заметил, что дверца прикрыта, ключа нет, но петли и замок смазаны. Он взглянул на часы: ему потребовалась двадцать одна минута, чтобы дойти до этого места. Ночью на это уйдет часа полтора, не больше, если в Ферри Лэйси двигаться из Чиллингема. А может, и меньше минут на десять — пятнадцать, если все время идти быстро.