умеет превращать препятствия в инструменты, а враждебную среду — в союзника.
И он был готов учиться дальше.
* * *
На шестой неделе существования базы запасы мяса начали подходить к концу. Охота на мелких хищников давала достаточно пищи для выживания, но не для процветания. Ему нужна была крупная добыча — что-то, что обеспечило бы его мясом на несколько недель вперёд и дало материалы для новых проектов.
Ответ пришёл в виде следов, обнаруженных в двух километрах от базы. Глубокие круглые отпечатки в мягком песке древнего русла реки, каждый размером с блюдце. Помёт травоядного — крупные, волокнистые катыши, источающие травянистый запах. И самое главное — регулярность появления следов говорила о том, что животное проходит здесь постоянно, вероятно, добираясь к отдалённому источнику воды.
Он потратил три дня на изучение маршрута неизвестного зверя. Тропа вела через узкое ущелье между двумя скалами — идеальное место для засады. Судя по следам, животное появлялось здесь раз в четыре дня, всегда на рассвете, когда воздух ещё был прохладным, а большинство хищников отдыхало после ночной охоты.
Подготовка засады потребовала всех его навыков инженера и охотника. Простого копья было недостаточно — судя по размеру следов, зверь был огромным, возможно, весом в несколько центнеров. Нужно было что-то более эффективное.
Он начал с изготовления баллисты — примитивной, но мощной. Основой послужила толстая кость бедра альфа-хищника, достаточно прочная, чтобы выдержать огромное натяжение. Тетива была сплетена из десятков жил, скрученных и переплетённых особым образом для максимальной упругости. Спусковой механизм представлял собой систему рычагов и подпружиненных пластин, вырезанных из рогового панциря.
Боеприпасом служило тяжёлое копьё с наконечником из самого твёрдого камня, какой только удалось найти. Наконечник был не просто острым — он имел зазубрины, которые не дали бы ему выскользнуть из раны. Древко было утяжелено каменным грузом, увеличивающим пробивную силу.
Но одного оружия было мало. Нужна была ловушка, которая обездвижила бы зверя достаточно долго для прицельного выстрела. Он выкопал неглубокую яму поперёк тропы, но не для того, чтобы в неё провалился такой крупный зверь — это было бы невозможно. Яма была приманкой, заставляющей животное замедлиться и выбрать более безопасный путь.
Этим путём была ложбина сбоку от тропы, которую он тщательно замаскировал. В ложбине была растянута сеть из самых прочных жил — не для поимки зверя, что было бы нереально, а для того, чтобы запутать ему ноги на несколько критически важных секунд.
Баллиста была установлена на скальном выступе в пятнадцати метрах от ловушки — достаточно близко для точного выстрела, но достаточно высоко, чтобы быть вне досягаемости разъярённого животного. Прицельные приспособления были примитивными, но он потратил часы на их настройку, используя в качестве мишени валуны различного размера.
Когда всё было готово, оставалось только ждать. Он занял позицию на рассвете четвёртого дня, когда по расчётам должен был появиться зверь. Баллиста была взведена, копьё заряжено, все механизмы проверены. Оставалось лежать неподвижно в тени камней и ждать.
Зверь появился точно по расписанию, с первыми лучами солнца. И он превзошёл все ожидания.
Это было существо, подобного которому он никогда не видел. Размером с крупного быка, но построенное совершенно по-иному. Шесть мощных ног заканчивались широкими копытами, приспособленными для передвижения по песку и камням. Тело покрывал толстый панцирь из костяных пластин, между которыми виднелись участки серой, похожей на кожу ткани. Голова была массивной, с широкой пастью, полной плоских зубов для перетирания жёсткой растительности.
Но самым впечатляющим был хвост — длинный, мускулистый, увенчанный костяной булавой размером с человеческую голову. Одного удара такого хвоста было бы достаточно, чтобы раздробить кости взрослого человека.
Зверь двигался медленно, но уверенно, очевидно хорошо знакомый с этим маршрутом. Маленькие глазки, почти скрытые под костяными выростами, внимательно осматривали путь впереди. Когда он заметил яму, то остановился, обнюхал воздух и, как и планировалось, свернул в сторону.
Прямо в ловушку.
Сеть сработала идеально. Передние ноги зверя запутались в жилах, заставив его споткнуться и на мгновение потерять равновесие. Этого мгновения было достаточно.
Спуск баллисты произвёл оглушительный звук — лязг механизма, свист копья, рассекающего воздух. Тяжёлое древко ударило зверя в бок, чуть позади передней ноги, где панцирь был тоньше. Наконечник пробил броню и ушёл глубоко в тело, найдя сердце с хирургической точностью.
Зверь издал протяжный стон — не рёв ярости, а скорее удивлённый вздох. Он сделал несколько неуверенных шагов, пытаясь понять, что произошло, затем медленно осел на передние ноги. Ещё несколько секунд — и всё было кончено.
Он спустился со скалы и осторожно приблизился к туше. Зверь был мёртв, но осторожность была оправданной — предсмертные конвульсии такого гиганта могли быть смертельно опасными. Убедившись, что дыхания нет, он принялся за осмотр добычи.
Это было настоящее сокровище. Сотни килограммов мяса, достаточно костей для изготовления орудий на месяцы вперёд, огромная шкура, пригодная для создания палаток, верёвок и множества других полезных вещей. Панцирные пластины могли служить бронёй или посудой. Даже внутренности имели ценность — жир для ламп, жилы для тетив, желудок для изготовления водонепроницаемых ёмкостей.
Но вместе с радостью от удачной охоты пришло понимание масштаба предстоящей работы. Разделать такую тушу в одиночку было титанической задачей. А запах крови неизбежно привлечёт всех хищников в округе. Нужно было работать быстро и эффективно.
Он начал с самого важного — извлечения лучших кусков мяса и их переноски в безопасное место. Задние ноги, спинная часть, филе — всё, что можно было унести за один раз. Остальное придётся либо разделать на месте, либо защищать от падальщиков.
Защита оказалась необходимой уже через час. Когда он вернулся к туше с инструментами для разделки, то обнаружил, что добыча уже не одинока.
Возле задней части туши копошилось нечто, от одного вида которого волосы встали дыбом. Это было похоже на гигантского моллюска, лишённого раковины. Студенистое тело размером с крупную собаку медленно обтекало тушу, растворяя плоть какими-то едкими соками. Множество щупалец различной длины ощупывали добычу, а единственный глаз размером с блюдце неморгающе смотрел в его сторону.
Падальщик. Один из самых неприятных обитателей Фурии — существо, способное переварить и усвоить практически любую органику. Они обычно появлялись в одиночку, но то, что переваривали, становилось их частью, увеличивая размер и силу. Если дать этой твари время, она сожрёт всю тушу и превратится в настоящего монстра.
Но просто прогнать
