— К Дракону всё, — устало и недовольно поморщился я. — Спать!
Наша комнатушка в общежитии была самым родным и спокойным местом из всех, что я знал. Занимали мы ее втроем с друзьями, хотя комната была рассчитана на четверых. К нам упорно пытались подселить еще кого-нибудь, но любой пробовавшийся на место нашего соседа позорно сбегал после двух суток совместного проживания. К нам засылали и будущих коллег, и ребят с факультета светлой боевой магии, даже предсказателя подсунули (тот напророчил, что конец света начнется именно в нашей комнате, и удрал проситься на постой к алхимикам). И чего они все так боятся? Ну мертвый хомяк исправно крутит свое колесо круглые сутки (черный юмор Рема), ну пентаграмма нарисована посреди комнаты — так она нерабочая, демоны из нее уже не выходят (это уже я на спор чертил, до сих пор как вспомню — так вздрогну), ну холодильный шкаф охраняется привидением, подселенным Анджеем… Что тут такого? Обычное дело, мы же некроманты. Вон девчонки из соседней комнаты зомби пятого порядка на посылках держат — и все нормально. До того момента, пока они его на этаж целителей с поручениями не посылают. У бедных борцов за здравие после встречи с чудом современной некромантии запасы успокоительных зелий заканчиваются. В общем, нормальная жизнь нормальных студиозусов ненормального факультета.
Повалились спать и вырубились мы одновременно. Привыкли. Если с нашим образом жизни не научишься засыпать мгновенно, то рано или поздно свалишься от истощения. О предстоящем через четыре года выпускном мы просто мечтали: возможно, после получения диплома наш график станет более приемлемым, чем тот, что мы имеем сейчас.
Сны мне снились беспокойные. Наверное, их условно можно было бы назвать кошмарами, но для студента нашего факультета сновидения с душераздирающе кричащими персонажами — это мелочь, на которую уже и внимания особого не обращаешь. Как-то во время жертвоприношения других звуков жертвы и им сочувствующие не издают. Издержки профессии.
Утро наступает всегда слишком рано. Даже если это день, неумолимо приближающийся к вечеру.
— Подъем!!! — заорал над самым моим ухом Злобный Суслик.
Я подскочил на постели как укушенный. Еще не до конца проснувшийся мозг пытался сообразить, по какой причине нас так не вовремя разбудили. Идеи проносились одна бредовее другой, начиная с мысли о пришествии Черного Дракона, заканчивая версией об отчислении.
— Вы где были час назад?! — почему-то именно из меня начал выбивать признание замдекана.
— Здесь, — пробормотал я, пытаясь скрыться от наставника под подушкой. Ну совесть-то у него есть? И так целую неделю спим урывками.
Подушку у меня отобрали, и миру явилась моя помятая заспанная физиономия во всей своей эльфийской красе.
— Эльдан, ты и твои друзья покидали территорию общежития? — странным тоном спросил у меня маг.
— Если ни у кого не было приступа лунатизма, то не покидали, — чуть не вывихнул челюсть в зевке я, отворачиваясь к стене.
— Точно? — не унимался замдекана.
— Келе, прибей его, а? — раздалось со стороны кровати Анджея.
Рем одобрительно всхрапнул.
Келе — это тоже я. Айаллэ, верный рыцарь моей любимой матери, дал мне второе имя, как было принято у его народа. Честно говоря, это прозвание нравилось мне куда больше пафосного эльфийского Эльдана, что означало «дар звезд». Келе — ветер, причем дарующий надежду. Среди демонов такое имя считается почетным. Так что я гордился им и просил друзей называть меня именно так.
— Эльдан!
Суслик в число друзей не входил.
— Да не покидали мы эту комнату! Хоть у вахтера спросите и сигнальные чары на дверях проверьте!
— А то я не знаю, что, когда вам нужно, вы из общежития испаряетесь не хуже привидений!
Я совершенно не понимал, к чему клонит наставник. Ну даже и удрали бы мы с ребятами погулять, так это что, преступление?
— Да что стряслось-то? — в конце концов не выдержал я.
— Не знаешь, стало быть, — то ли мне, то ли самому себе сказал преподаватель.
Что я должен был знать и почему я об этом должен был знать, известно только Дракону с Единорогом, но уж никак не замученному учебой эльфу. Я хотел было донести до Суслика эту мысль, но… позорно отключился.
— Твое высочество, а что там такое было, а? — позевывая, спросил меня за полчаса до практикума Рем.
— Да Суслик прискакал, спрашивал, не отлучались ли мы куда-нибудь. Как будто мы физически могли хоть куда-то выползти…
Анджей неодобрительно фыркнул. Прерывать сон некроманта — это нарушение неписаных правил поведения мастеров смерти. Нам и так редко выспаться удается.
— Надо бы проверить, не сгорел ли главный корпус, — рассмеялся Рем. — Впрочем… С чего бы это на нас подумали? Мы еще ничего не сжигали.
Ключевым словом было «еще». Мы, трое, многое делали, чтобы Академия не могла спать спокойно. Но, разумеется, не только мы. У всех ребят с нашего факультета очень сильна тяга к розыгрышам, давно ставшая притчей во языцех, а уж имея под рукой практически ничем не ограниченное количество мертвых тел, которые нам с дорогой душой поставляет муниципалитет близлежащего городка (гораздо выгоднее подсунуть останки нам, чем хоронить за собственный счет), мы развлекались с удовольствием и огромной фантазией. Впрочем, никого из объектов шуток не съели и не увезли в больницу для умалишенных… Так что наши забавы можно считать вполне невинными. К тому же так развлекались не только некроманты: чего стоил голем, которого соорудили ребята с кафедры магии земли… Нормальный такой голем. Вот только не надо было его создавать в непосредственной близости от нужника… Маги-недоучки хватанули чуть больше землицы, чем рассчитывали… и творение их благоухало, как нечищеный скотный двор.
— Да Дракон с ним, — хмыкнул я, натягивая поверх штанов и рубашки, в которых спал, традиционную черную робу.
Зеркала в комнате не было, поэтому моя утонченная эльфья натура не могла в полной мере осознать всю убогость застиранных тряпок, которые я на себя напялил. Ну и хвала Единорогу.
— Ну что ж, принимай нас, родное кладбище, мы идем! — радостно провозгласил Анджей, выходя из комнаты.
Для некроманта любое кладбище — что дом родной. Стоит только мастеру смерти попасть на погост — и справиться с ним становится куда сложнее, причем дело даже не в том, что он может поднять «обитателей» этого места, но и в том, что лучшей подпитки, чем на кладбище, нам нигде не получить. Здесь даже самый захудалый некромант может много чего веселого натворить. И… действительно веселого, кстати говоря. Любого мага в его месте силы накрывает подлинная эйфория, и он начинает дурить. Помнится, в последний раз подобного рода событие произошло, когда мы с ребятами учились на первом курсе. Подвыпивший студент-выпускник после сдачи квалификационных экзаменов приперся на деревенский погост, и после его визита покойники не просто выкопались из могил, но еще и танцевали непотребные танцы. Скандал в Академии и ее окрестностях был жуткий, но никто не пострадал, как ни странно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
