Охотнички… Лея незаметно усмехнулась, но тут же, сделав строгое лицо, предупредила:
— Кто осмелится нарушить приказ командира, тотчас возвращается назад и еще год учится в поселке только ставить щиты и метать огонь, а может и вообще останется без настоящей практической подготовки к охоте!
Занудный тон. Приказные интонации. Но что делать — сегодня Лея учительница. Она измерила строгим взглядом двух зачинщиков — Трема и Крима, которые и задумали новый «подвиг» под влиянием милых голубых глазок лапочки Олиет. Но добились этим обратного эффекта, девушка серьезно раздраженная задержкой отряда из-за неугомонных мальчишек, размеренно хлопала по колену длинным клинком в ножнах, коим владела на уровне взрослых бойцов, и ее взгляд не предвещал шалунам ничего хорошего.
В этом походе Лея назначила ее помощником, и теперь серьезная Олиет, которая была на два года младше Крима, так как они с Тремом родились в один год, близко к сердцу принимала проказы неугомонных братиков. Она с момента как научилась ходить, вела себя куда основательнее и собранней обоих братьев вместе взятых.
Сняв стазис с мальчишек, Лея, не оглядываясь, пошла вперед, на ходу отдавая приказ помощнице:
— Олиет, выстраивай этих оболтусов в боевой порядок и за мной! — Сама учительница готовилась к бою, по дороге расчехляя лук и вытаскивая мешочек со стрелами.
Они спокойно добрались до безопасных границ Заслона. За ним уже начинались холмы у подножия склона — там расположены провалы, выходящие на гигантские ямы, которые во время Воды принимали редкую снеговую воду с хребта.
Лея остановила группу на очередную инструкцию и показ: «Как привести из небытия защитное богатырское дерево». Молодые эмирими превратились в слух, окружив шепчущую Лею полукругом не обращая внимания на ленту пересохшей грязи, усыпанную обломками скал, показывающую границу владений эмирими.
* * *
Райн, хладнокровно выбив дух из строптивого помощника — последним ударом снес Крафу оба клыка и ногой зашвырнул их подальше в скалы.
Клыки скоро вырастут новые, но, сколько же будет насмешек! Клыков не бывает только у женщин и мальчишек, без них они оскорбительно похожи на эмирими. Потерять клык даже почетно, но только в бою, но там это приравнивается к доблести. Значит, воин для победы ничего не жалел, даже предмет мужской гордости лэра — клыки!
Воевали у горных охотников только мужчины, так как все понимали, лэри — ценность, без которой племя охотников быстро вымрет.
У охотников свободных женщин не было, едва подросшую девушку отдавали замуж, а если лэри становилась вдовой, ее тут же вручали семье родственника, который заменял ей мужа, или, если она была против, возвращали к отцу. Это был выверенный временем закон выживания, и женщин, в таких случаях, принимали как настоящий дар. Да и как не любить такое положение лэрам-воинам?! Возвращаясь с боя измученными и ранеными, они попадали в теплые уютные дома, ели вкусные и сытные блюда из мароков, получали всеобщее внимание и исцеление ранам.
Вот и мать Райна попала к старшему брату мужа, старейшине Влеру, оставшемуся без жены. Тот был рад принять Мали к себе. Ведь чем значительнее семья, тем больше уважения к ее силе. Но молодая лэри страдала по погибшему мужу и так и не стала своей среди чужих, тихо сгорев в одиночестве.
Он тогда был достаточно взрослым, чтобы все понимать. Наблюдая за страданиями матери, дал клятву не жениться, пока не оставит профессию воина и не начнет учить молодь охоте и прочим нужным для выживания вещам.
Райн с лэри никогда близко не общался, так как не был женат. Это постоянно служило причиной издевательств Крафа, имеющего уже трех детишек и красавицу жену. Райн ему даже немного завидовал, но как только встречал в поселке вдову с грустным взглядом, его сожаления пропадали как дым. А вдов было много, как и страдающих матерей, ведь за последнее время погибло столько детей! Но из-за сезона охоты старейшины запретили мстить лесным магам, отложив праведный гнев на время Льда.
Сезон охоты за мароками длился недолго. Это время, когда пушистые зверьки, вырастив потомство, обрастали жиром и являли из себя великолепное зрелище. У них ценилось все: шкура с пушистым серебристо голубым мехом; косточки, идущие на производство клея для строительства новых домов; и кровь, обладающая лечебными свойствами. Но особенно ценился жир, который использовали повсюду: в еде, в лечении, в красках и в мыле для редких омовений.
Поэтому сейчас все силы племени были направлены на добычу столь незаменимого зверька. Какое-то количество мароков жило у лееров в клетках возле домов, но таких зверьков было мало, и охотники использовали этот запас в самых крайних случаях.
Во время Льда мароки спрячутся под снегом и будут спать. Поэтому от охоты во время Запасов напрямую будет зависеть жизнь племени. Во время Воды у мароков детеныши, и Закон запрещает на них охотиться до времени Тепла, тогда их на какое-то время сменяют красные толстые птички не умеющие летать, но они слишком маленькие — целой стаи едва хватает одной семье на неделю…
Но сейчас им необходимо вернуть целыми детей, с охотой придется повременить. Райн холодно посмотрел на валяющегося без сознания Крафа. И тут же с досадой окинул взглядом рядом стоящих воинов, невозмутимо наблюдавших за «воспитательным» процессом. Но бойцы молчаливо его поддержали — Крафа в отряде за глупую заносчивость не любили, а Райна слушали и уважали.
Командир, разобравшись со смутьяном, приказал:
— Скоро стемнеет, надо срочно найти учеников и Марта, — и секунду подумав, Райн сухо добавил:
— Оттащить «это» к женщинам. Пусть отращивает клыки и делает, что ему скажут хозяйки!
Он мимолетно взглянул как Локис и Тамп подхватили Крафа, затем развернулся и презрительно сплюнул. Ему было досадно, что в племени до сих пор не нашлось ему зрелой замены. Талантливые молодые лэры, которые могли бы его сменить, не подходили совету старейшин по возрасту. Самоуверенные глупцы, типа Крафа, не подходили по уму.
На одной смелости долго против многомудрых лесных магов не продержаться. Противника надо уважать и просчитывать его действия на шаг вперед, а командир, мыслящий мелко и самодовольно на это неспособен. По его глупости отряд погибнет в первом самостоятельном бою.
Несмотря на бессильный гнев, Райн спокойно дал бойцам знак строиться и беззвучно пошел в сторону Скользкого ущелья, с тоскою вглядываясь в вершины гор — за ними по зелено-серому небосклону стремительно неслись снежные облака. Вот и все…
Это будет настоящая катастрофа, если снег повалит сейчас. Многие в племени умрут от голода. Уже заготовленных припасов надолго не хватит, самое холодное время будет и самым голодным. Райн с тоской и неприятием оглядел бурно меняющееся небо и про себя застонал — больше всего он не выносил детских смертей от голода.
