детей на свет произвели. Я была старшая, пришлось мне всех нянчить. Очень радовалась, что в браке детей не будет. Они мне в детстве жуть как надоели. Поверь, я никогда тебе не изменяла.
– Уходи, – уже без крика и оскорблений велел муж, – разведемся без истерик. Ты не имеешь права ни на что претендовать. Все, что у нас есть – подарки мамы, вся собственность оформлена на меня. Исчезни! Навсегда!
Послышался скрип, я поняла, что Виктор сейчас покинет беседку, и, радуясь тому, что боль в ступне стала меньше, опрометью кинулась в кусты. Не успела я спрятаться, как из беседки вышел Виктор, он спустился по ступенькам и побежал по дорожке в сторону дома. Следом появилась Рита. Она начала медленно спускаться по лесенке, споткнулась и упала…
Я выскочила из укрытия и кинулась к потерпевшей бедствие, а она села, заплакала и сквозь слезы спросила:
– Вы подслушивали?
– Да, – призналась я в некрасивом поступке и устроилась рядом на ступеньке. – В свое оправдание могу лишь сказать, что повредила большой палец на ноге, не могла наступить на нее. Я не сплетница, никому не передам вашу беседу с Виктором.
– Он меня выгоняет, – пожаловалась Рита, – не верит, что я никогда ему не изменяла. В день нашей свадьбы в дом влетела ворона. Здоровенная. Вот и не верь после этого приметам.
– Если вы не обманывали Витю, – начала я, но Маргарита не дала мне договорить.
– Он мой счастливый билет! Я считалась подругой Светы, его любовницы. Вернее, исполняла при ней роль «принеси-подай». Светлана красивая, вокруг нее всегда много мужчин крутилось. Когда-то мы с ней учились в одном классе. Светка была королевой школы, я ее тихой тенью. Королеве требуется верная служанка, и эта роль досталась мне. Не знаю, почему я долго ее исполняла. Когда Воронова познакомилась с Витей, тот сразу влюбился в нее, а я страшно переживала, потому что мечтала о таком, как Зотов, но понимала: у меня шансов нет. Почему Светка стала любовницей Виктора? Она не придала этой связи значения, просто спала с ним несколько месяцев, а затем сказала:
– Прошла любовь, завяли помидоры. Нам было хорошо, давай разойдемся, чтобы не ругаться. Не могу с одним мужиком дольше полугода жить. Бесить он меня начинает.
Витя ей ответил:
– Да я тебя в постели использовал, как резиновую бабу. Люблю давно Риту. Но твоя подруга с каждым под одеяло не ляжет. Хорошо, что ты, Светка, сама предложила разбежаться, я уж и не знал, как от шлюхи избавиться.
И случилась у них драка. Наша дружба со Светой лопнула. А Виктор мне через месяц кольцо подарил.
Маргарита опустила голову.
– Дура я! Поверила в его любовь сразу. Жили мы счастливо. А теперь… Пожалуйста, поговорите со мной, пожалуйста, выслушайте.
Я встала.
– Конечно, но давайте уйдем отсюда. Виктор может вернуться в любой момент. Может, вы знаете какое-то укромное местечко?
Маргарита вытерла лицо руками.
– Чуть подальше в лесу стоит изба.
– Вставайте, – скомандовала я, – только быстро передвигаться я не смогу.
– Торопиться нам некуда, – шмыгнула носом Рита. – Ты замужем?
– Да, – кивнула я и решила тоже перестать «выкать».
– Дети есть? – спросила спутница.
– Нет, – коротко ответила я.
– Вот и у нас не завелось, – всхлипнула Маргарита, – несколько лет мы прекрасно жили, много где побывали, давно могли свою квартиру купить, но Витя не хотел. Он очень мать любит. Мы пришли, сейчас дом открою.
Маргарита присела, пошарила рукой под крыльцом, вытащила колечко, на нем болтался ключ.
– Где мы? – удивилась я, входя в помещение. – Кто тут живет?
– Никто, – ответила Рита.
– Странное ощущение, – призналась я, – изба старая, обстановка в ней несовременная: русская печь, матрасы на ножках, посуда старорежимная, сейчас другой пользуются. Лампа керосиновая, интерьер выглядит так, словно в доме не живут с конца девятнадцатого века. Но тогда здесь должна лежать пыль, висеть паутина. Но этого нет, везде чистота и обстановка как новая.
– В этой избе Евдокия Зотова проживала вместе с мужем и его родителями, – объяснила спутница, – туристы могут купить два вида билетов. Простой. Им покажут озеро, разрешат искупаться, поведают историю Дуси и проводят в музей крестьянского быта. Можно приобрести вип-экскурсию, она дороже. Первая часть такая же, как и в дешевом варианте, а потом туристов приводят сюда и начинают стричь деньги. Хочешь забеременеть, а никак не получается? Посиди на месте Евдокии, все получится. Глянь в простенок между окнами. Что ты видишь?
– Самую обычную грубо сколоченную табуретку – ответила я.
– Выше посмотри, – велела Рита.
– Там икона, не знаю какая, не разбираюсь в них, изображен молодой мужчина с коробкой в руке, – ответила я.
– Это Пантелеимон Целитель, – объяснила Маргарита, – он был врачом. Почему кольца на нитке под ликом висят?
– Знаю, кто их тут повесил, – обрадовалась я возможности блеснуть эрудицией, – мы с мужем ездили на экскурсию в монастырь. Там есть образ, люди верят, что он помогает выздороветь. Очень часто тот, кто поправился, в знак благодарности вешает на икону золотое кольцо.
– Глупый обычай, – дернула плечом Маргарита, – но перстни, которые перед тобой, предназначены не для врача, это подарок табуретке, посидев на которой женщина обретает радость материнства.
– А-а-а, – пробормотала я.
Маргарита опустилась на грубо сколоченную лавку.
– Садись! Евдокия тут никогда не жила. Потом все объясню. Выслушай мою историю, пожалуйста. Очень хочется ее рассказать, наверное, если все выложу, успокоюсь!
– Говори, – согласилась я и услышала занимательный рассказ.
Евдокия Зотова выдумана. Это золотая жила, которую семья старательно разрабатывает. Сначала Мирон Миронович, а после него и Петр беззастенчиво обманывает наивных людей. Анна Сергеевна делает вид, что верит во всю эту туфту: купание в озере, сидение на табуретке и другие «медицинские» услуги. Удивительное дело, но существует немало людей, которым «лечение» помогло. А вот Мирону Мироновичу плавание в водоеме жизнь не продлило. Муж Анны скончался, оставил жену вдовой. Трое сыновей: Юра, Петя и Витя на тот момент были давно не дети.
Юра старший, женился на Анжелике, та родила Анастасию и Николая. Витя тоже обзавелся семьей. Дом у Зотовых большой, никто никому не мешал, сыновья со своими семьями жили с родителями и не разъехались после смерти отца. Холостой Петр тоже не хотел автономии.
Анна Сергеевна твердой рукой вела хозяйство. Наверное, Мирон Миронович скопил солидную сумму денег, потому что после смерти главы семейства благосостояние Зотовых осталось на прежнем уровне. Поддержанию финансового благополучия способствовало и то, что незадолго до ухода из жизни Мирон Миронович освободил кресло мэра, посадил в него Петра. Сыновья работали, невестки тоже не сидели сложа руки. Вечером во время ужина всегда
