Пока я размышлял о внезапно открывшихся передо мной перспективах, в проделанную моими ребятами дыру в заборе вошёл здоровенный мордоворот. Выглядел он весьма необычно — длинные седые волосы обрамляли хмурое молодое лицо, а в огромном кулачище он держал немаленький топор.
Двое бойцов встали плечом к плечу, преграждая здоровяку дорогу. От его следующего действия зависело многое, во-первых, его жизнь, а во-вторых, мой первый шаг в качестве местного землевладельца.
— Что ты хочешь, Григорий? — громко проговорил я.
Услышав своё имя, седой молодой человек растерялся, но уже через несколько секунд, тряхнув спутанной гривой, обозначил суть претензий:
— Мне нужен мой дом!
Хотелось, конечно, смалодушничать и сказать что-то типа: «Ты получил бабки, а не нравится, иди жалуйся императору». Но я не стал. Успех всей моей затеи заключался в том, чтобы выжимать максимум из каждой ситуации, и особенно это важно в самом начале.
— Гриша, я тебя отлично понимаю, — я старался говорить и выглядеть как любящая мать, но судя по его лицу, получалось не особо.— Но и ты меня пойми. Вот в этом доме кристалл, мы просто обязаны занять как его, так и соседние…
— Я живу в этом доме! — снова набычился Гриша.
— Ты его построил?
— Нет, — после короткой паузы буркнул громила. — Это дом Стефы.
Ага, вот в чём дело.
— Стефа — вон та пухленькая девушка в тулупе, — подсказала лиса.
При этом нужная девочка тут же подсветилась красным, что выделило её из быстро собирающейся вокруг забора толпы.
Вот и первые применения того самого интерфейса, от разговора о котором нас отвлёк визит Гриши.
— Стефа! — тут же крикнул я и махнул рукой. — Подойди, пожалуйста, на минутку.
Девушка испуганно завертела головой и покраснела ещё больше, на сей раз уже сама.
По счастью, прямо за ней стоял староста и, двигаемый врождённой мудростью, выпихнул несчастную из толпы.
— Что вы хотели, ваше… — пискнула Стефа и запнулась.
— Сиятельство, — подсказал кто-то.
— Высочество… — брякнул другой.
— Благородие, — подсказал я, пока не дошло до величества.
— Благородие… — Теперь девушка побагровела.
— Это твой муж? — Я указал на Гришу, встревожено переводящего взгляд с меня на девушку и обратно.
— Жених! — еле слышно ответила девушка.
— А свадьба когда?
— Осенью! — вдруг прорычал Гриша так громко, что я вздрогнул, а толпа отшатнулась от забора.
— Правда? — воскликнула враз побледневшая Стефа.
— Правда! — заявил здоровяк и теперь покраснел сам.
— Ну, раз так! — вклинился я в до слез романтичный момент. — Как насчёт того, чтобы в подарок на свадьбу от хозяина этих земель, то есть от меня, получить дом больше и лучше того, что я вынужденно забрал?
Повисла гробовая тишина, в которой я расслышал аж два свистящих шёпота, и оба женских: «Может, и мы уже поженимся?» — спросила какая-то селянка своего жениха, «И откуда бабки?» — выдохнула Екатерина.
Я знал ответ только на второй вопрос.
— Вас это устроит? — переспросил я.
— Простите, ваше благородие, — вперёд шагнул староста. — Вы, может быть, ещё не имели возможности обойти тут всё, но на огороженной территории нет места для большого строительства.
— Это ерунда, — отмахнулся я. — К осени территория деревни будет увеличена минимум в два раза.
А скорее всего, в двадцать, но этого я говорить пока не стал, чтобы меня не приняли за балабола.
— Так что думаете? — обратился я к Стефе.
— Мы согласны! — радостно воскликнула девушка.
— А ты? — Я повернулся к Грише.
— Я тоже, — нехотя буркнул он.
— Отлично! — Я хлопнул в ладоши. — Тогда, раз уж тут все собрались, заодно и проведём первый в моей деревне суд.
— Суд⁈ — раздался общий вздох.
— Конечно! Попытка нападения на барона должна быть наказана. Григорий, сдай топор.
— Браво. — Лиса махнула хвостом, и минимум двадцать человек из полусотни, что я видел, подкрасились красным. — Анализ внешних параметров показывает, что эти люди за последние несколько минут резко сменили свой настрой по отношению к тебе с негативного на нейтральный. Остальные, вероятно, тоже сменили, но мощностей кристалла для анализа пока не хватает.
Григорий насупился, но топор Владу отдал.
— Итак. — Я вышел вперёд и встал напротив поникшего возмутителя спокойствия. — Ты совершил большое преступление — пошёл против хозяина этих земель. Но! Ввиду общей стрессовой ситуации, отсутствия разъяснительных бесед и твоих заслуг в прошлом… Штраф снижается до минимального. Триста рублей или бесплатные работы на меня в течение месяца.
Народ зароптал — с одной стороны для них это были просто огромные деньги, с другой, все знали, что Гриша, а точнее, Стефа за дом получила десять тысяч.
— Работы! — буркнул Гриша.
— Деньги! — взвизгнула Стефа.
— Решайте это дома, — махнул я рукой. — Завтра с утра жду здесь или одного, или другого. — Я повернулся к старосте. — Нужные люди здесь?
— Да, — оглядывая толпу, ответил он.
— Тогда собери их, а остальных отпусти. Хотя нет. Слушайте все!
Я взошёл на крыльцо и обвёл взглядом своих первых подданных.
— Я уже говорил Михаилу Васильевичу и теперь скажу вам. Я не псих, решивший совершить самоубийство в лесу. Я приехал сюда, чтобы сделать эти земли безопасными и плодоносными. Ваша задача — оказывать мне посильную и хорошо оплачиваемую помощь! И избавить от таких ситуаций, что произошла только что. И если вы сделаете это, то совсем скоро ваша жизнь принципиально изменится! Станет безопаснее, сытнее и комфортнее! Все свободны!
* * *
— Что там за шум, Васёк? — Сморщенный старик сделал прокол в толстой коже и продел в неё нитку с иголкой.
— Да хрен знает, Иваныч, вроде пацан какой-то из города приехал, — меланхолично ответил второй не менее сморщенный старик и, приложив лекало, стал вырезать очередную заготовку.
— А зачем приехал? — ловко совершая стежок за стежком, снова спросил Иваныч.
— Да вроде хозяином нашим будет.
— А зачем нам хозяин?
— Да незачем…
— Он что, дурак?
— Выходит, что так.
Васёк убедился, что заготовка точно совпадает с лекалом, и положил её в аккуратную стопку таких же.
* * *
Кроме бойцов, оставшихся блюсти нашу безопасность, внутри уже натопленного дома собрались все мои подчиненные.
Староста же привёл с собой троих.
Лысого здоровяка, которого я видел у ворот, все звали Топор. Темноволосого, тоже крепкого, но не такого высокого мужика с густой чёрной бородищей — Рыбак. А настороженную толстую тётку — Клавдия.
Одежду всех жителей деревни я про себя разделил на два «фасона». Чтобы тепло и чтобы можно драться. Для драться все носили удобную кожаную экипировку, а для тепла сверху надевали что-то толстое и бесформенное, в общем, я обозвал это тулупом. Сейчас из гостей драться не собиралась только женщина. И то неизвестно, что у неё там под тулупом.
Для такого количества народа места в комнате было не очень много, поэтому мы со старостой сели друг напротив друга за небольшой стол, а остальные, разделив комнату напополам, расположились за нашими спинами.
— Спасибо, что не стали жёстко наказывать Гришу, ваше благородие, — первым делом сказал Михаил. — Он добрый и работящий парень…
— Я знаю, — перебил я. — И о том, что десять лет назад граф выгнал его из дома и убил его родителей тоже.
Всё это уже успела выхватить из перешептываний местных лиса. К слову, она сидела на подоконнике и с любопытством следила за происходящим.
— Откуда вы знаете? — всплеснула руками Клава.
— Я серьёзно подхожу к делу и, разумеется, заранее подготовился и навёл справки, итак! — Я хлопнул в ладоши, показывая, что эту тему мы закрыли, после чего разложил на столе карту. — Сейчас мне нужна краткая информация о ваших отношениях с ближайшими аристократами и другими деревнями. А также о нахождении больших скоплений диких кристаллов. Ну и вообще про ваш быт, способ заработка. Какую зону уже успели сталкернуть?
