тянуло на Лихо. Мда-а-а… с настолько сильной Аномалией я пока не встречался. При должной подготовке, со снаряжением я бы не побоялся выйти против неё. Но в текущем своём состоянии… задачка, скажем так, крайне авантюрная.
Глядя в её жадные желтые глаза, я прямо физически чувствовал её желание — забрать меня в качестве трофея в свой улей. Но пока она не спешила. Заинтересована в разговоре? Возможно, госпожа видела во мне интригующую добычу, достойную ее внимания. Как-никак я легко убил одну из рядовых особей Роя.
Я глубоко вздохнул и начал обмен мнениями.
— Итак, милая пчелка, что привело тебя в эти пустынные земли? — спросил я, мой голос был ровным, несмотря на беспокойство, которое грызло меня изнутри.
Она наклонила голову, ее многогранные глаза сверкнули злобой.
— Любопытство, гусеничка. Любопытство и азарт охоты, — ответила она, и в ее голосе прозвучало высокомерие.
Мне нужно было выиграть время. Проанализировать врага и найти слабое место, которое могло бы стать моим спасением. Ангел уже подключила свои вычислительные мощности, анализируя внешний облик госпожи осы.
— А, азарт охоты. Скажи мне, тебе это когда-нибудь надоедало? Бесконечная погоня за добычей без истинного наслаждения победой? — поинтересовался я небрежно.
Она захихикала, и от этого звука по моему позвоночнику пробежали мурашки.
— Надоело? Никогда. Каждая охота уникальна, каждое завоевание — свидетельство силы и превосходства нашего сестринского Роя. И ты, человек, станешь моим малым вкладом в наш величайший триумф, — заявила она, ее антенны на голове трепетали от возбуждения, — Ты мне интересен. Как ты убил младшую особь?
Она кивнула в сторону остатков осы, разрезанной Отражением.
Я пожал плечами.
— Я ее даже пальцем не трогал. Приземлилась, пожужжала — и развалилась на запчасти. Вы, видимо, в автосервисе по дешёвке закупаетесь.
Оса хмуро смотрела на меня. Кончики её антенн едва заметно подрагивали, щупая воздух. Полагаю, я далеко не один единственный, кто сейчас изучает и анализирует своего противника.
— Может быть, миром разойдёмся? — с улыбкой предложил я.
Глаза Госпожи Осы сузились. Я чувствовал, как по её телу струится, потрескивая, могучая энергия.
— Только не после того, что ты сделал, — заявила она.
Напряжение в воздухе звенело, словно туго натянутая струна.
— Знаешь, я, кажется, припоминаю? — произнесла она, коснувшись ногой разрезанного хитина на полу, — Похожим образом была убита ещё одна младшая особь. Некоторое время назад. Её точно так же хладнокровно порезали на части. И произошло это не так далеко отсюда. Скажи, гусеничка, у тебя ведь тоже есть жало?
— Есть, — с улыбкой ответил я, — Но я первой встречной его не показываю.
Она наклонила голову набок, внимательно рассматривая меня. Даже не понятно, осознала ли она всю тонкость моего посыла.
— Я заставлю тебя сделать это, — самоуверенно заявила она, — Ты покажешь мне своё жало, хочешь ты того или нет.
— Что вот прям так сразу? — удивился я, — А как же первое свидание и скромные поцелуи под тенистой листвой темных аллей?
Она посмотрела на меня как на дурака. Ее пристальный взгляд впился в меня уничтожающим коктейлем из презрения и любопытства. Ох, горяча… она напоминает мне обитательниц подземелья — такие же жестокие и сильные.
Насмешка в ее глазах заставила мою кровь вскипеть, но я продолжал ухмыляться, сохраняя тонкую маску спокойствия. Ухмылка тронула уголки ее рта.
— Прекрасно, — сказала она, ее голос сочился ядом, — Кажется, у меня появилась новая забавная игрушка. Давай посмотрим, на что ты способна, гусеничка.
Быстрым движением она метнулась ко мне. Ее крылья гудели, тараня мои барабанные перепонки — какофония надвигающейся гибели. Столбы пыли взвились за её спиной. Острые когти сверкали, нацеленные в мое сердце.
У меня едва было время среагировать. Мое тело действовало чисто на инстинктах. Ангел проникла в мои мышцы, взвинчивая мою силу и реакцию до предела. Я уклонился от выпада осы, который наверняка бы стал смертельным…
Оса отпрянула, на мгновение потеряв равновесие. Ее глаза вспыхнули удивлением, но практически сразу в них снова появилось презрение.
— Повезло, — усмехнулась она. Ее крылья расправились, когда она приготовилась к новой атаке.
— Не везение, а мастерство, — возразил я с ухмылкой, мое сердце бешено колотилось в груди. Энергетическое Ядро в моей руке уменьшилось до размеров сливы. С каждой секундой я становился сильнее. Надо как можно быстрее поглотить силу Ядра.
Трудно драться, когда одна рука занята… но ничего, и не из таких передряг выбирались!
Оса снова сделала выпад в мою сторону. Когти со свистом разрезали воздух. На этот раз ее движения были более быстрыми, более расчетливыми. Я парировал ее выпад, когти просвистели в опасной близости от моей шеи. Мои мышцы аж задрожали от усилия. Сила ее атаки послала ударные волны по моим рукам, заставляя мои кости болезненно вибрировать от напряжения.
Я тут же провел контратаку, ударив её в живот свободной рукой, но этого было недостаточно. Она отпрянула, но быстро восстановила равновесие. Ее антенны судорожно подергивались, словно ощупывали меня на расстоянии. Из уголка её губ по подбородку скатилась белесая серая капля.
— Неплохо, гусеница, неплохо, — признала она, вытерев рот тыльной стороной ладони, — Но этого недостаточно.
Она снова набросилась на меня, каждый удар был мощнее предыдущего. Воздух вокруг нас потрескивал от напряжения, пока мы танцевали смертельный вальс. Мои мышцы протестующе кричали, усталость грызла меня.
Очевидно, я был в невыгодном положении, это было ясно. Моя противница превосходила меня во всем. Но я не собирался сдаваться без боя. У меня в рукаве оставался один трюк, на крайний случай.
— Вижу, тебе это нравится, — поддразнил я, выигрывая себе немного времени. Госпожа сделала паузу, жестокая улыбка заиграла на ее губах.
— Я такая, — призналась она, ее голос сочился злобой, — Не часто мне удается поиграть со своей едой. Сестры корят меня за это, но ничего с собой поделать не могу…
Сейчас или никогда. Я погрузился глубоко в себя, задействовав поглощенную энергию Ядра. Волна силы прошла через меня, маяк надежды в темной бездне отчаяния. Сила сконцентрировалась в моем кулаке, заставляя мышцы дрожать от напряжения.
Быстрым движением я рванулся к госпоже Роя. Моя рука размылась при движении, с шипением рассекая потоки воздуха.
Оса едва успела отреагировать, прежде чем мой кулак вонзился ей в живот. Раздался громкий треск. Резкий вздох сорвался с ее губ, она отшатнулась назад. На ее лице отразилось удивление смешанное с болью. Из раны сочилась белесая лимфа.
Госпожа опустила глаза, разглядывая себя. Ее глаза расширились, когда она увидела зияющую рану в своем животе, портящую ее идеальный экзоскелет.
Я самодовольно усмехнулся, глядя, как она пошатнулась от шока. Роли поменялись, и охотник стал добычей.
Ухмылка, которая когда-то украшала лицо осы, сменилась гримасой боли. Но даже теперь она отказалась отступать.
— Ты сильнее, чем кажешься, гусеница, — признала она сквозь стиснутые зубы. Но теперь ее голос звучал слабее, напряженный от усилий.
— И ты не так непобедима, как думаешь, — парировал я, мой голос звучал ровно, несмотря на адреналин, бегущий по моим венам. Это лишь малый успех, для окончательной победы нужно намного больше. Я надеялся одолеть её быстро, но уже было ясно, что это невозможно.
Госпожа изучала меня, ее глаза сверкали смесью боли и гнева. А она молодец… получила такую рану, но держится как ни в чем ни бывало.
— Ты не первая гусеница, которая ужалила меня, — сказала она, ее голос был едва слышен как шепот, — Но тебе не быть последней!
С неожиданно громким воплем она бросилась на меня, ее когти нацелились мне в сердце. Я едва успел среагировать, бросившись в сторону. Костяные лезвия оцарапали мою руку, оставив болезненные кровоточащие раны. Я поморщилась, чувствуя, как горит от боли моя плоть. Но я не мог позволить себе отвлечься — выживание было единственным, что сейчас имело значение.
Я нанес ответный удар, каждое мое движение подпитывалось адреналином. Я взмахнул рукой, впечатав заряженный кулак ей в бок. Под хруст хитина она зашипела от боли, ее крылья дико затрепетали. Но госпожа не останавливалась, ее атаки становились все более отчаянными, более дикими.
Наша битва продолжалась. Воздух гудел от звуков борьбы. Каждое столкновение наших тел эхом отдавалось в темном пространстве, порождая ударные волны, от которых тряслось всё здание.
Я чувствовал, как моя сила иссякает, Энергии, полученной от Ядра, оказалось недостаточно, чтобы забороть Аномалию уровня Лихо. Мои движения становились
