class="p">Лампочке моего стола
Тревожного благослови
Священнодейно лицедея,
Что многовековых радея
Хотений точит булавы.
Возвеличается твержей
Противоборницы вселенной
Освобождающий из плена
Восторг последних этажей.
Но надокучив альбатрос
Кружит над прибережным мылом,
Но дом к медведицам немилым
Многооконный не возрос.
Надеются по мостовой
Мимоидущие береты
Нетерпеливостью согреты
В эпитрахили снеговой
Земля могилами пестра –
Путеводительствуй в иное
От листопадов, перегноя
Ненапоенная сестра.
1914–1922
гаРОланд
браво Гаро 11 декабря высота 5600 метров браво Гаррррроооо поля стелятся фабричные кадят уууу ветер стая облаков ещооооо ещоооо солнце слепит океан взбешон слюююни слюююни 5600 метров браво Гарррро. 1914 Ро-ро-ро ро ро Гарро рррум война ро-ро-ро ро Monsieur le ministre Гарро Одемар Жильберррр Марк Пурпр-Пур-пр Биль-Мота Биль Мота аэропланы аэропланы на подвиги буря Геррррои Гаррро цеп’лин цеплин цеплин поднялся уууууулепетывай цеп’лин цеп’лин кррррах бооооомба мимо уууулепетывай сейчачачас цеп’лин цеп’лин ссссмерть к дирижаблю крррах крррррррах уутрррр ррррр внниз ссссмерть [браво гаро бравогаро брагро гаро гаро] сссссмерть ссмерть
1914
Известное в свое время стихотворение «гаРОланд» при жизни автора не печаталось. Опубликовано в Терентьевском сборнике, Втором. М., 1998. Стр. 318. Существуют две рукописные версии текста – короткая «парижская» и более полная «тбилисская» (см. статью в указ. соч.) Здесь мы репринтно приводим рукописный «тбилисский» вариант, а в наборе – «парижский». (Прим. сост.)
Ущерб любви
Д. Микеладзе
посвящаю
автомобили роют грубой толпы рожи в каче –
ли луну нудя руду левой левой ватаги сол –
дат
кружит жужжелица ковчеги убогих ложат на
мостовую деревяшки тьмы тем тьмы тем кофеен
столы
мосты с перепугу прыгают нынче молотит
женщину сутолка лакеи как тангенс как
тангенс столбы торчат
улицу оплели провода телефонов рыжие во –
лосы созвездия по ним говорят с
землей злы
гудки подымают окрайны травят просонки
городов варьете фокстерьеры лижут лижут
людей гной
рушат рабочие столбы изъедены червоточи –
ной провода в рыжие клочья горе горе гос –
подам им
падают подстрелены гарью на тротуары кап –
каны светила в концах волос с дохлой дох –
лой давно луной
но углится земля заплатана лохмотьями под
ущербом любви сожжена сожжена
смерть дым
1917
«грун вджго абвдлу ыдындыржык цок…»
грун вджго абвдлу ыдындыржык цок
мтвак бзбллунт ээойха фьяпалжвы рана
тканулакхо
аздматабанлы хепрхопт смах юсь
мисса ашара ужо
тлкусь
фтэхну
лбмжыфкн
эхну
спчемт бабаро стужезмочь хахав маэо
о цоца
жвыканыпасавьюа лбыжыты жы пей
аарау казмазмаз пууу амба лейн люйн
лбрамашмаш кемгу кхнык зак
о цоца
ек
окм
фаглачек
е
гмегмеи ончи ламда жбабарга
бажба
нигаволбычь оппус бнахлурья хныча
ниамбашь южбонцы мамхевы луждь
тмухок крнбежлу авена
о цоца
Ослиный бох
свачай жмец сус свячи
шлячай блец нюс нюхчи
псачай
заличи.
фарь ксам
цукарь лусам
шакадам
схуда
дьячи
дам
дада.
смох шыц пупой здюс
жрюс кой кыц бабох
цыц
ей
юс
ех
какарус
аслинай бох.
1922
Ослу
чизалом карыньку арык уряк
лапушом карывьку арык уряк
ашри кийчи
гадавирь кисайчи
ой балавачь
ой скакунога канюшачь
1922
Болтовня
чакача рукача
яхари качики срахари
теоти нести вести бирести
паганячики вмести
ехчака чока
чока сучока
рачики жачики бачики кока
1922
«Якая вика на выку…»
Якая вика на выку
Бела маша на маню
Машет глазами на нику
перестанет
Явиле листья с уклоном
Язвами землю на пели
Темный почемный зеленым
Кавалерьям.
Странные перья доверья
Мачему мику на кульи
Яки выка пашут
перетянули
1922
1938–1965
«Все тянутся пустей пустого встречи…»
Все тянутся пустей пустого встречи
то за столом, то в креслах мы сидим
и ни о чем часами говорим
и светские пустей пустого речи.
И рифмы прежние одна другой далече
витают над столом табачный дым
и в сумерках растает голубым
оберегая Ваши злые плечи
Ни воли, ни надежды, ни желанья
решимости последней тоже нет
искать былого здесь не стоит след
ушла в леса навек походка ланья
Докончен вечер; снова без желанья
Мы назначаем новое свиданье
1938–1939
«Мерцающие Ваши имена…»
Габриэль Шанель
Мерцающие Ваши имена
скрывает часто пелена сырая
моя мольба в костер обращена
испепеляется не догорая
На Вашем берегу земля полна
то певчих птиц то клекота то грая
но вижу протекают времена
не заполняя рва не расширяя
Живем союзниками но вразброд
привязанностью сведены не тесно
мне обещаете провесть совместно
один из вечеров который год
И не дотерпится предместий Рима
слабеющее сердце пилигрима
«Меня слепого видишь ли луна…»
Rahel II
Меня слепого видишь ли луна
пускай твоя линяет позолота
сойди красавица ко мне в болото
на дно из раковин и валуна
Моя судьба была вотще ясна
нет в жизни ничего помимо гнета
подчас любви бездарностной тенета
и переход без отдыха и сна
Не
