После зачисления кандидатами в училище на соответствующий курс (первый, второй, третий) нас распределили по ротам и учебным классам, познакомили со своими командирами и воспитателями. В классе одного из воспитанников назначили старшим (старшиной). Познакомили с распорядком дня в училище, с правилами поведении воспитанников в увольнении.
Гражданская одежда зачисленных в училище была уложена в вещевые мешки с бирками, на которых обозначались фамилии воспитанников и номер роты. Вещевые мешки мы сдали на склад вещевого и шкиперского хозяйства училища для хранения. Желающие могли переслать свои вещи родителям за свой счёт. Нам выдали рабочую форму одежды второго срока и бескозырки без ленточек. До начала учебного года нас направили на трудовую практику в Шкотовский район Приморского края на уборку сена в военном совхозе Тихоокеанского флота. Конечно, мы понимали, что это было своего рода испытание на «трудности и лишения военной службы» и в то же время, – ответ на вопрос: «Сможет ли воспитанник жить и учиться в отрыве от семьи в условиях суровой воинской дисциплины?» Трудовая практика длилась в течение августа. Мои товарищи-воспитанники выдержали испытание временем. Никто из нашего класса (взвода) не подался «на гражданку» из системы подготовительного училища.
Впечатлений на трудовой практике было много. К примеру, одно из них. Я впервые в жизни здесь, на сенокосе, увидел живых змей. В наших климатических условиях Сковородинского района Читинской области, где я раньше (до подготовительного училища) жил с родителями, змей нет вообще, во всяком случае я их не видел. В народе наш район называли зоной вечной мерзлоты. В народе даже сложили частушки: «Ерофей, Ерофей – новая планета, десять месяцев зима, остальное, – лето». До сих пор я остерегаюсь от встреч с ползучими гадами, так как не могу отличить, например, гадюку от ужа или щитомордника. На покосе же в Шкотовском районе во время трудовой практики змей было множество. Когда приходилось переворачивать сено для просушки под ярким приморским солнцем, из-под каждого скошенного рядка душистого сена выползали по несколько гадюк. Я понимал, что нельзя уничтожать всё живое в природе, но не в силах был удержаться, чтобы с испугу не расправиться с несколькими из них с помощью вил. «А вдруг, это были безобидные ужи или полозы», – сверлила мысль, но было уже поздно.
После окончания трудовой практики нас возвратили в училище для занятий. К тому времени приём кандидатов на курсы обучения ВВМПУ был уже закончен. За время поступления в училище и трудовой практики воспитанники сблизились, образовалось несколько неформальных дружеских групп по принципу землячества или по интересам. При первых встречах обычно звучало: «Ты откуда?» или «Каким спортом занимался?» Так, моими первыми закадычными друзьями стали Григорий Базалий с железнодорожной станции Кагановичи (ныне г. Екатеринославка) и Василий Пошивайлов со станции Завитая Амурской области, а также Анатолий Скопинцев из Спасска-Дальнего Приморского края. Другими моими друзьями стали Николай Горюнов со станции Карымская Читинской области, Иван Свищ из Красноярска и Юрий Литвинцев из Владивостока.
К сожалению, перечисленные выше друзья уже ушли в мир иной. Среди ещё ныне живущих следует отметить Василия Ивановича Пошивайлова, проживающего в Севастополе. Известно, что после училища он служил на пл 613 пр. на Черноморском флоте, затем, на пл. 633 пр. на Северном флоте, впоследствии командовал пларк К-175 на ТОФе. После ухода в запас длительное время (1982–2012) руководил Севастопольской детской морской флотилией им. Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова. Подробнее о нём см. п. 1.8.1 (пп. 14).
После трудовой практики и возвращения в училище нам выдали новую суконную форму одежды первого срока, новые хлопчатобумажные рабочие брюки и рубаху, кожаные хромовые ботинки чёрного цвета, а также рабочие яловые ботинки (их мы называли «гадами» или ещё более круто, – «гавнодавами»). Выдали, кроме того, на радость нам настоящие морские бушлаты и суконные шинели чёрного цвета, зимние шапки-ушанки и новые бескозырки, на лентах которых красовалась надпись «Подготовительное училище». Погончики на рубахах и погоны на бушлатах и шинелях имели белую окантовку, а в центре, – якорь красного цвета. На рукаве бушлатов и шинелей красовались угловые нашивки красного цвета (количество угловых нашивок соответствовало курсу обучения, – 1, 2 или 3). Военную форму одежды воспитанники содержали чистой, опрятной, брюки и суконные рубахи – отутюженными. За этим следили командиры рот и воспитатели, повседневно проверяя форму одежды и личную опрятность воспитанника на построениях и строевых занятиях.
1.4 Наши командиры и преподаватели
1.4.1 Командиры (начальники)
С момента образования Владивостокского военно-морского подготовительного училища (ВВМПУ) в 1944 году и до его расформирования в 1948 г. его начальником был капитан 1 ранга Георгий Васильевич Парийский (впоследствии – контр-адмирал), 1904 г. рождения, окончивший ВВМУ им. М. В. Фрунзе в 1928 году. Он прошёл большой путь корабельной и штабной службы на Балтийском и Тихоокеанском флотах. Начинал корабельную службу вахтенным помощником эскадренного миноносца, служил флагманским связистом дивизиона СКР и бригады заграждения и траления. Командовал тральщиком и эскадренным миноносцем, а также строящимся в Комсомольске-на-Амуре крейсером «Каганович». Последняя корабельная должность Георгия Васильевича Парийского – начальник штаба отряда вновь строящихся и капитально ремонтирующихся кораблей в г. Комсомольске-на-Амуре. Эту должность Г. В. Парийский занимал с 1942 года. В 1944 году он был переведён на должность начальника ВВМПУ в г. Владивостоке. По моему личному впечатлению, а также по отзывам моих однокашников нашего курса набора 1946 года, это был спокойный и требовательный начальник, снискавший уважение воспитанников. Свою требовательность он сочетал с заботой о подчинённых.
Заместителем начальника училища по учебной и строевой части был капитан 1 ранга Виктор Иванович Галкин, 1901 года рождения, активный участник гражданской войны на Каспии. В 1918 году на Бакинском фронте он воевал с турками, а в 1920 году, – против Врангеля. В 1921–1923 гг. пришлось воевать с английскими и иранскими оккупантами. В 1925 году Виктор Иванович поступает в ВВМУ им. М. В. Фрунзе. После окончания училища в 1928 году В. И. Галкин вначале служил на канонерских лодках Каспийской военной флотилии, а с началом Великой Отечественной войны был переведён на службу в штаб Западного укрепрайона Кронштадтской ВМБ. В 1944 году Василий Иванович назначается на должность заместителя начальника училища по учебной и строевой части.
Обязанности начальника учебного отдела училища исполнял капитан 1 ранга Алексей Михайлович Соколов – участник гражданской войны на Балтийском флоте (1919–1921 гг.). После окончания училища комсостава ВМФ (1921–1925 гг.) служил вахтенным помощником командира линкора «Марат». С 1927 года продолжил службу на подводных лодках Балтийского флота. С 1937 года Алексей Михайлович служит вначале в ВВМУ им. М. В. Фрунзе, затем, – в Черноморском ВВМУ. В 1942 году его переводят на должность старшего преподавателя кафедры навигации в ТОВВМУ, а в 1944 году назначают начальником Учебного отдела ВВМПУ. Капитан 1 ранга А. М. Соколов в основном сидел в своём кабинете. Чем он там занимался, нам было неведомо. Но раз учебный процесс с воспитанниками был отработан, значит, занимался своим делом. Был один забавный факт – его овчарка сама ходила с ведёрком в зубах на камбуз за пищевыми отходами себе на пропитание.
Любимым делом Алексея Михайловича Соколова была ловля «сачков», т. е. уклоняющихся от самоподготовки. Этому делу Алексей Михайлович отдавался самозабвенно. Вот как описывает эту ловлю капитан 1 ранга в отставке Виталий Козырь, обучавшийся в своё время в ВВМПУ во Владивостоке (1945–1948), в своей книге «Подготы Тихого океана»:
«Как только весной солнце пригревало землю и наступали благодатные тёплые дни, курсанты норовили покинуть полутёмную и сырую казарму. Найдя укромные местечки в расщелинах Сапёрной сопки, грелись под лучами склоняющегося к горизонту солнца. То же случалось в сентябре и в октябре с приездом из летних отпусков до наступления осеннего ненастья и холодов. А. М. Соколов обладал феноменальной памятью. Выловив очередного «сачка», он многозначительно выговаривал: «Э-э-э, Иванов! А у Вас двойка по математике, а Вы сакуете. Нехорошо!» или: «Э-э-э, Сидоров! А у Вас нет оценки по Конституции. Поедите зимой в отпуск, зайдите в школу, где учились и привезите справку с оценкой по Конституции, иначе устрою Вам экзамен!» «Сачок» под конвоем Алексея Михайловича направлялся в классы на самоподготовку, и на этом инцидент исчерпывался. Его никто не боялся и никто не таил обиды, так как сам никому не делал зла» [10, с. 40].
