юбку-карандаш. Тоже непонимающе смотрела в сторону коридора, а затем тихо спросила:
— А… что происходит? Она нас сегодня игнорирует?
— Нет, она просто… не в себе, — задумчиво бубнила Эви. — Слушай, Бьянка, а её, случаем, не вчера мистер Анселл подвозил? А то у меня у самой в голове огромный такой день сурка.
— Да, вчера, подвозил, — модель кивнула. — Мы с тобой в одну сторону пошли, а они — в другую.
— То-то я думаю… — послышался тихий вздох. — У неё лицо опухшее. Будто она рыдала всю ночь. И… ей явно плохо. Что-то мне кажется, они вчера с мистером Анселлом не съёмки обсуждали.
— Да ну! — Бьянка раскрыла глаза. — А я как-то даже не обратила внимания! Как думаешь, что произошло? Он что, нахамил ей⁈
— Джерт слишком сильно полирует свою репутацию, чтобы хамить кому-то, — Эви покачала головой. — Селена давно на шефа блестящими глазами смотрит. Будто он — последний мужчина на земле, — девушка невольно скривилась. — Мне кажется, она ему вчера… намекнула. Наверное, намекнула. А он её отшил.
— Быть не может, — пробубнила модель. — Даже я бы не решилась флиртовать с ним. Да никто бы не решился. Он человек… другого уровня.
— Ну а она вот — решилась, — визажист ещё выше закатала рукава белой хлопковой летней рубашки. — И… безуспешно, по ходу. Если бы были какие-то ещё проблемы, она бы рассказала, мне кажется. А тут… такое не расскажешь. Вот она и молчит.
— Офигеть… — Бьянка медленно кивнула. — Я думаю… думаю, ты права. Блин. Жалко её.
Коридор постепенно наполнялся смесью самых разных запахов. Запахом пыли, которую заносило с жаркой улицы, запахом кофе, безсахарозных энергетиков. Запахом цветов. Только Селена сегодня не чувствовала всех этих букетов. Она вообще ничего не чувствовала, словно чувства за ночь немного атрофировались.
Девушка топталась в узкой уборной рядом с широким зеркалом и поразительно маленькой белой раковиной с таким же маленьким серебристым краном. Белый кафель сейчас не ощущался как часть интерьера уборной, а как, скорее, давящий бесцветный куб, внутри которого Селена была вынуждена находиться. Вынуждена раз за разом умываться холодной водой, чтобы хоть немного снять отёк.
Правда, сколько она ни умывалась, из зеркала на неё раз за разом смотрели два синих, чуть припухших глаза со склеенными от воды ресницами. Кожа казалась болезненно бледной, а через гигиеническую губную помаду легко просвечивались белые губы.
«Скажу им, что с братом поссорилась», — пробормотала она себе под нос. — «Надо что-то сказать. А то решат, что я чокнулась».
Она в очередной раз плеснула на себя воды, затем медленно выползла в пустой тёмный коридор. За правой стеной находилась студия, а по левой шло несколько светлых дверей — личные кабинеты местных бухгалтеров. Селена сделала буквально несколько шагов, как одна из дверей резко открылась и едва не сбила её с ног. Девушка шарахнулась, но полностью отстраниться не успела. В следующую секунду она уже тёрла ушибленный косяком лоб, по которому быстро расползалось заметное покраснение. Больно. Так больно, что глаза слезились, и сами собой стискивались зубы.
Джерт с восковым лицом таращился на сотрудницу. На несколько секунд замер, затем раздражённо выдохнул и пробормотал:
— Прошу прощения. Больно? Тебе больно? Нужно чем-то смазать, — казалось, мужчина буквально выдавливал из себя вежливость и сочувствие, хотя сам подозрительно щурился. Словно считал, что его сотрудница стояла у него под дверью и следила за ним. — Господи. Зачем ты здесь? У тебя ко мне какие-то вопросы?
Селена едва не раскрыла рот. По спине поползли неуютные мурашки, захотелось со стыдом отвести глаза.
— Нет. Я просто… была в уборной. Умывалась.
— Почему именно сейчас тебе приспичило умываться? — едва не рычал мужчина. — Почему именно под дверью, за которой торчу я? Вроде бы вчера всё прояснили. Разве нет? Или ты ещё раз хочешь услышать моё мнение насчёт отношений с тобой? Мне повторить ещё раз?
— Вы что, считаете, я следила за вами? — Селена оскорблённо вскинула брови. Сами собой сжимались кулаки, краснели щёки — только теперь не от стыда, а от злости.
— Вот только не оправдывайся, — процедил Джерт.
— Мистер Анселл, вы… вы это серьёзно⁈ — выдала девушка, но тут же осеклась и отступила на шаг назад. Всё ещё с круглыми глазами тёрла лоб, пока по спине ползли новые волны нервного холода. — Простите… простите, но я просто шла мимо. Шла. Мимо. И всё.
Пару секунд мужчина злостно смотрел ей в лицо, затем медленно выдохнул и покачал головой.
— Это ты извини, — раздался тяжёлый раздражённый вздох. — Мне не стоило делать поспешных выводов. Не пойми меня неправильно, просто выглядела сложившаяся ситуация немного странно. Я на взводе, у нас изменились планы. Редактор меняет наполнение семьдесят четвёртого, номер будет посвящён не новой летней коллекции, а стилю современных айдолов и одежде в таком духе. Нам всё придётся менять.
Селена медленно хлопала глазами, глядя на своего работодателя, и теперь даже не знала. Злиться на него? Отстраниться? Забить? Рефлекторные слёзы постепенно отступали, девушка взяла себя в руки и покачала головой.
— Ну, с другой стороны… — Джерт с мрачной усмешкой прикрыл веки. — Айдолы — это… интересно, не находишь? Молодость. Эротизм. Широкие юбки, бантики, рюши.
— Не знаю, — фотограф непонимающе сдвинула брови. — Это… поп-лоли, что ли? А они до сих пор популярны?
— Как видишь, — Анселл покосился на свою сотрудницу. — Ещё раз извини, что набросился без причины. У меня в кабинете была аптечка. Идём, найдём тебе спирт и пластырь. Заодно обсудим новую тему.
Селена понуро побрела вслед за мужчиной на второй этаж. С грустью таращилась на его широкую спину, на плечи, на складки костюма возле локтя. На блестящие волосы, привычно схваченные силиконовой резинкой. Он, как обычно, удивительно хорош собой. Молод, силён, прекрасен. Даже ощущая мерзкий осадок от его слов, это нельзя было не замечать. Особенно после долгих месяцев одинокой невзаимной любви.
Сейчас становилось ещё более одиноко.
— Мы будем снимать японок? — пробормотала девушка. — Или как?
— Нет, нам пришлют костюмы. Мы будем изображать что-то вроде «американских айдолов», для местных это будет в новинку, — шеф поднялся на этаж, открыл знакомую дверь своего кабинета и кивнул внутрь. — Конечно, костюмы будут немного адаптированы для современной носки, но стиль можно
