хлеба, сала, если есть. Мы заплатим. И воды.
Женщина скрылась в доме, вернулась через минуту с узлом. Я развязал его, половина буханки чёрного хлеба, кусок сала, завёрнутого в тряпицу, несколько вареных яиц и тыквенная фляга с водой. Не густо, но с другой стороны, еда есть еда.
— Сколько? — спросил я.
— Три меди хватит, — ответила она. — Пусть благословенна будет Теера и Игнис на вашем пути.
— И вас пусть осенит своей щедрой дланью, — поклонились мы учтиво.
Мы отошли от дома, и я услышал, как через минуту хутор забурлил, люди выбегали из домов, переговариваясь.
— Мне кажется она неплохо на нас наварилась. — ответил Алекс, разламывая хлеб на ходу и передавая мне. — Еще и лошадь заберут, а там орудие дикарей, короче, выгодно.
— Ну, не будем уж медь считать, — поморщился я, а потом понял, что друг не знает сколько денег я выгреб с тела Мирры. — С практика я забрал семь монет только золотом.
— Пф…. — Алекс аж поперхнулся хлебом и смотрел на меня со слезящимися глазами, протягивая руку для фляги. Я рассмеялся и дал ему напиться. — Четверо мне свидетели!
— Это тебе не это.
— Угу.
Мы шли быстрым шагом, обгоняя редких путников на дороге. Большинство отводили взгляды, замечая копье Алекса. Никто не решался заговорить.
К вечеру впереди показались стены Тёплого Стана. Город раскинулся в долине, дома громоздились друг на друга, над крышами поднимался дым десятков очагов. У ворот толпились люди, приехавшие с телегами, стража проверяла.
— Стоп, — остановил я Алекса. — Идти в город вдвоём сейчас нельзя.
— Почему?
— Потому что, если кто-то ищет меня, он будет следить за воротами. А я слишком заметен. В любом случае будут искать двоих молодых парней, один из которых с медными волосами и разноцветными глазами, ну и тебя, раз ты ушел из города вслед за моей пропажей.
Алекс остановился, стукнул копьем о землю и повернулся ко мне.
— И что предлагаешь?
— Ты пойдёшь первым, — решил я. — Зайдёшь в город, осмотришься. Узнаешь, нет ли слухов про пропавшего практика или про меня. Зайдёшь в таверну, послушаешь разговоры. Потом вернёшься сюда, и мы решим, что делать дальше. Будут спрашивать, говори, что не нашел и всё.
— А ты?
— Я подожду на поляне для тренировок, — ответил я. — Там меня никто не найдёт.
Алекс колебался.
— Не знаю, Корвин. Оставлять тебя одного…
— Я не беззащитный, — напомнил я, похлопав по рюкзаку, где лежали рунные камни и клинки. — И, если что, просто сбегу. А ты быстрее меня, догонишь.
Он усмехнулся.
— Ладно. Но если до утра не вернусь, значит, что-то пошло не так.
— Тогда я сам пойду тебя искать, — пообещал я. — Найди нам нормальный корабль.
Мы разошлись у развилки. Алекс направился к городским воротам, а я свернул на знакомую тропу, ведущую к озеру. Поляна для тренировок встретила меня тишиной. Турник, камни, столбы — всё было на своих местах. Я сбросил рюкзак у дерева и сел на траву, скрестив ноги и расслабившись
Меня весь день, как я очнулся, мучило несколько мыслей, точнее оттенков этих мыслей. Когда я разбил ядро, я чувствовал в себе зверя, прогонял его через себя, загоняя сначала в Камень Бурь, и получая очищенный этер. Но почему это сработало именно так? И нужно мне будет так делать в дальнейшем? Я уже слышал когда-то, что ядра поглощают очищенными, и это видимо именно тот процесс, который происходил тогда. Получается я всё сделал правильно?
Я попробовал почувствовать этер. Закрыл глаза, сосредоточился на ощущениях. И вот оно. Тонкая, почти невидимая сеть энергии, пронизывающая всё вокруг. Деревья светились слабым зелёным свечением, земля пульсировала коричнево-серыми волнами, озеро отдавало голубоватым мерцанием.
А во мне… Внутри меня был источник. Крохотный, размером с горошину, но плотный сгусток этера, расположенный где-то в районе солнечного сплетения. Он медленно вращался, втягивая в себя окружающую энергию и распределяя её по телу.
Алекс говорил, что чувствует этер как бурлящую реку. У меня же было ощущение упорядоченной структуры, почти механической в своей точности. Словно я видел не саму энергию, а схему её работы. И нужно было понять, в чём разница — почему у меня одно восприятие, а у другого человека — совсем не такое. И что лучше? От этого многое зависело, я был уверен в этом.
Я попытался направить поток. Мысленно дёрнул за невидимую нить, пытаясь заставить этер течь в руку. Ничего не произошло. Я попробовал снова, сильнее. Этер дрогнул, но остался на месте.
— Черт, — пробормотал я. — Как это делается?
Я вспомнил браслет из шкуры Этерофага. Там всё было просто, кровь на руне, создаёт контакт с Камнем Бурь и происходит активация, вырывающимся прямым потоком. Но трогать браслет сейчас не было смысла, это не то, что нужно.
Нужна практика. Тренировка. Понимание того, как работает система.
Я достал из рюкзака один из лазуритовых камней с нанесенной руной Щита и положил на ладонь. Попытался направить в него этер. Камень никак не откликнулся. Я сжал зубы, сосредоточился сильнее. Этер внутри меня заколебался, потянулся к руке, но не дошёл до камня.
— Чёрт, — выругался я. — Ну же!
Я попробовал по-другому. Не толкать этер силой, а мягко направлять. Словно это не вода в трубе, а живое существо, которое нужно уговорить. Этер медленно, неохотно потёк по руке, дошёл до пальцев, коснулся камня.
Руна вспыхнула тусклым светом и погасла.
[Получен навык: Базовое управление этером — 1]
Я выдохнул, чувствуя, как пот стекает по лбу. Всего один импульс, и я уже вымотался, как после часового бега. И базовое управление, было весьма неожиданным, но необходимым подспорьем. Контроль этера оказался намного сложнее, чем я думал.
Но я сделал это. Пусть криво, пусть слабо, но сделал. Я попробовал ещё раз. Потом ещё. С каждой попыткой получалось чуть легче, чуть быстрее. Руна вспыхивала ярче, держалась дольше. К тому времени, как красный светильник начал гаснуть, закрываемый пятном, я мог стабильно подавать этер в камень, заставляя его светиться около минуты.
[Навык повышен: Базовое управление этером — 2]
Я откинулся на траву, тяжело дыша. Тело гудело от усталости, голова раскалывалась. Но я был доволен. Прогресс был.
Шаги заставили меня вскочить на ноги, схватившись за нож. Но это был Алекс, выходящий из сумерек с мрачным лицом.
— Ну что там? — спросил я. — Какие новости?
Он тяжело сел на траву, потирая лицо руками.
— Плохие, — сказал он. — С одной стороны, как я понимаю, именно благодаря им, мы спокойно уплывем в Ногайск и оставим нейтральные земли.
— Да не томи уже, что за новости!
