выбор этого самого имени. Мечты об интеграции России в глобальное культурно-экономическое пространство, актуальные в середине нулевых, затрещали по швам после августовских событий 2008 года. А в 2022-м и вовсе развеялись как дым. Робкой надеждой на то, что вопреки неудобьям политического ландшафта здание все-таки будет достроено, выглядит эта трогательно-наивная и на первый взгляд совершенно бессмысленная игра буквами: никакая, дескать, Европа тут ни при чем, не о том вы подумали. Просто такое вот сочетание звуков.
9. Жилой комплекс «Классика»
Глухая Зеленина ул., д. 2
Архитектор: Т. М. Михайлова
2007–2015 гг.
Можно только догадываться, к какой именно классике, по мнению маркетологов компании ЛЭК (ныне – Л 1), должно отсылать название этого жилого комплекса. С какой оптикой – с классической ли, с неоклассической ли, с разпостпсевдоклассической ли – ни взгляни на эту архитектуру, степень ее безобразности остается примерно одинаковой. Однако, невзирая на подобные оценочные суждения и формальное хронологическое несоответствие, у нее есть все шансы стать классикой петербургского капромантизма.
Жилой комплекс занимает участок площадью почти четыре гектара – поистине роскошный размах для стесненных условий исторического центра. Да и сами дома со своими двенадцатью этажами и дешевыми фасадными материалами напоминают скорее Купчино, чем Петроградскую сторону. Несколько трехэтажных таунхаусов, замыкающих двор-парковку с юго-восточной стороны, не только не гуманизируют общий масштаб постройки, но и подчеркивают его чужеродность.
Квартал между набережной Адмирала Лазарева и улицами Резной, Малой и Глухой Зелениными до 2006 года был занят цехами литейно-механического завода. Дата начала строительства жилого комплекса – 2011 год – не позволяет в строгом смысле отнести его к наследию эпохи капиталистического романтизма, но одного взгляда на фасады входящих в его состав домов достаточно, чтобы развеялись все сомнения о его духовной принадлежности к исследуемому периоду.
Изобретательность, с которой художественный язык классической архитектуры силится замаскировать заурядные фасады типичных для своего времени монолитно-кирпичных корпусов, доведена до уровня «горшочек, не вари». Возможно, в любом другом российском миллионнике, где народ поустойчивее да архитектор посмелее, эти дома смотрелись бы малоприметно и даже компромиссно, но в чинно-снобистском Петербурге с его тонкостью вкусов и изысканностью манер они кажутся возмутительной грубостью. К сомнительным с конвенциональной точки зрения архитектурным свойствам фасадных решений добавляется низкое качество исполнения. В отдельных узлах в глаза бросается желание сэкономить на отделочных материалах, другие и вовсе кажутся брошенными в незаконченном виде. Еще один удар по эстетическому чувству горожан нанесла последующая самостоятельная жизнь комплекса: не прошло и трех лет с момента ввода в эксплуатацию последних очередей, а в игру декоративных колоннад, ажурных фризов и стеклянных полуротонд с куполами бесчинно вмешались бородавки кондиционеров и разномастное остекление балконов.
Но мы любим этот жилой комплекс не только за то, что он некрасивый. Один из аспектов социальной значимости рассматриваемого кейса состоит в том, что перед нами редчайший для Петербурга пример женской архитектуры. Автором проекта стала Татьяна Михайловна Михайлова, возглавлявшая проектный отдел строительной компании «ЛЭК». Жилой комплекс «Классика» – не только яркий пример крупного девелоперского проекта докрымского периода, но и важная веха в истории профессиональной эмансипации архитекторок.
10. Жилой комплекс на проспекте Динамо
Динамо пр., д. 23
Архитекторы: А. Р. Шендерович,А. Ю. Ананченко
1987–1998 гг.
То, что петербургской Рублёвкой предстоит стать именно Крестовскому и Каменному островам, стало понятно уже в самом начале девяностых. Острова долгие десятилетия были излюбленным местом отдыха ленинградцев; репутация тихого, уединенного места, расположенного к тому же по соседству с центром, привела к появлению здесь самой дорогой недвижимости в городе. Жить на Островах стало не просто престижно. Это означало принадлежать к высшему сословию нового общества.
Один из первых элитных жилых комплексов постсоветского Петербурга расположен между проспектами Динамо и Крестовским. Проектирование и строительство заняло более десяти лет и завершилось в 1998 году. Такой длительный срок отчасти объясняется тем, что в процессе подготовки к строительству планы на застройку участка претерпевали радикальные изменения.
Все началось еще в конце 1980-х, когда на этом месте было решено строить профилакторий для работников ленинградского жилищного хозяйства – ЛенЖилУправления. С этой целью был снесен конструктивистский жилмассив, состоявший из шести корпусов уникальной для своего времени типологии – блокированных двухэтажных квартир, каждая из которых имела собственный выход на улицу. В позднесоветское время далеко не для всех была очевидна ценность архитектурного наследия 1930-х годов, да и дома, построенные из недолговечных материалов, судя по сохранившимся фотографиям, успели прийти в упадок.
С крахом коммунистической мечты изменились приоритеты города в социальной и градостроительной политике, и зарождающийся культ ликвидности привел к тому, что вместо профилактория для трудящихся на участке решили строить жилые дома.
Планировка городка во многом совпадает с исторической: шесть продольных корпусов стоят на тех же местах, что и блоки снесенного жилмассива. Не изменилась и типология застройки (основная часть комплекса представляет собой таунхаусы), однако этажность увеличилась вдвое. Основное планировочное отличие нового комплекса в том, что архитекторам удалось создать систему полузамкнутых дворов, в то время как его предшественник имел строчный, транзитный характер. Для достижения этого эффекта авторы объединили северные стороны корпусов мостами-арками, поверхность которых служит открытыми террасами для прилегающих квартир, а в южных частях зданий спроектировали расширения, визуально отделяющие дворовые пространства от проспекта Динамо. Полностью изолировать дворы от окружающего мира удалось только после установки высокого металлического забора, дополненного для надежности листом поликарбоната.
Архитекторы – Александр Шендерович и Алексей Ананченко – собрали жилой комплекс из почти полного арсенала песочницы зрелого постмодернизма. Арки, эркеры, аттики, мансарды сложных очертаний, штукатурный орнамент, круглые и полуциркульные окна – все это нацелено на формирование у обитателей жилого комплекса и случайных прохожих ощущения теплого, пасторального, почти деревенского уюта. Столкнувшись с реалиями жизни, стерильность идиллического замысла архитекторов с течением времени скрылась под жирным слоем бытового вернакуляра. Теперь объемно-пластическое разнообразие фасадов усиливают разномастное остекление окон и лоджий, самовольно огороженные балконы и террасы, козырьки над входами, навесы над машинами, обшитая сайдингом будка охранника, а также живописно развешанные по стенам и крышам кондиционеры, спутниковые тарелки, антенны и камеры видеонаблюдения. Впрочем, все это придает городку еще больше домашнего уюта и ламповой милоты.
11. Павильон станции метро «Крестовский остров»
Морской пр., д. 45
Архитектурная мастерская Е. М. Рапопорта
1999 г.
Известное этнографическое наблюдение о том, что в России принято не скупиться на строительство и оформление входных павильонов подземки, характерно и для эпохи капиталистического романтизма. Простой утилитарный навес, прикрывающий дырку в земле, был
