Читаем без скачивания Путь желания - Джон Элдридж

Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете — и не имеете; убиваете и завидуете — и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете — и не имеете, потому что не просите.

Иак. 4:1–2

Как вы считаете, что скрывается за яростью, которую мы испытываем за рулем автомобиля? Вы ведь не думаете, что проблема заключается в несоблюдении этикета на дорогах? На скоростных магистралях люди ведут себя безобразно, срывая свой гнев друг на друге. И это происходит не от того, что они плохо воспитаны или им не хватает навыка в вождении машины. Дело в чем-то другом, в чем-то, что скрыто в глубине наших душ. Парень, который «подрезал» меня тогда, не создал опасной для жизни ситуации, но я воспринял это нарушение как символ чего-то более серьезного. Ден Аллендер обращает на это наше внимание:

В каждом человеке живет страстное, неутолимое желание чего-то лучшего. …Проблема состоит в том, что наше стремление к материальному благосостоянию почти всегда натыкается на препятствия, наши мечты о том, чтобы поправить здоровье или улучшить отношения с близкими, никогда не осуществляются полностью, а мирная и спокойная жизнь кажется иллюзией, идеалом, столь же недостижимым, как звезды в небе. Наша страсть не может найти выхода. Мир просто безразличен к желаниям, которые рычат и стонут внутри нас. Наши желания — начиная от стремления занять очередь за билетами, которая бы двигалась быстрее остальных, до неугасимой надежды на то, что наши дети всегда будут следовать за Господом, — редко удовлетворяются так, чтобы облегчить боль, вызванную несовершенством окружающего мира. …Кажется, что наши сердца в ярости восстают против боли. Наша обычная реакция на неудачи и несчастья — неистовая ярость… Мы хотим, чтобы кто-то ответил за это.

Bold Love

Жизнь, которая у нас есть, так отличается от той, к которой мы стремимся, что нам не составляет труда найти того, кого можно было бы обвинить в этом. Наши желания удовлетворяются лишь при содействии окружающих. Мне нужны любящие объятия и доброе слово, когда я прихожу домой. Я хочу, чтобы мои мальчики внимательно слушали, когда я говорю о жизненно важных вещах. Я хочу, чтобы мою работу ценили. Я хочу, чтобы в трудные времена мои друзья были рядом. «Нет, человек не остров», — писал Джон Донн, и это относится и к нашему разговору о желании. Нам нужны окружающие — это часть нашей жизни. Очень немногие желания мы можем удовлетворить только собственными силами. Для исполнения почти любой мечты нам нужны люди, которые помогли бы нам. Кто-нибудь обязательно понадобится нам для осуществления наших планов.

В лучшем случае мир безразличен к моим желаниям. Когда я возвращаюсь из командировки, диспетчеров, отменяющих мой рейс, меньше всего волнует, что я неделю не был дома и этот самолет — моя единственная возможность вернуться к семье. И раз их это не волнует, они относятся к этому безразлично. Мы ежедневно страдаем от безразличия друзей, родных и абсолютно незнакомых людей. Мы думаем, что постепенно привыкаем к этому равнодушию, как к части нашей жизни, но раздражение внутри нас растет. Мы не были созданы для того, чтобы нас игнорировали. И даже если мы стараемся притвориться, что нас это не трогает, наша душа все равно страдает от того, что мы живем в мире, которому нет дела до нашего существования. Ситуации, описанные выше (когда нас «подрезают» или отменяют наш рейс), просто дают нам повод выплеснуть свое отчаяние. Когда наши желания вступают в открытый конфликт с желаниями других людей, обстановка накаляется.

Мы развязали войну в Персидском заливе, потому что Саддам Хусейн хотел завладеть нефтяными скважинами Кувейта. Фил и Диана развернули войну в спальне из-за свиных отбивных. Они пригласили на ужин пару своих друзей, и так как днем Дианы не было дома, она попросила Фила достать из морозилки свиные отбивные, чтобы они успели оттаять. Но он чинил газонокосилку и забыл про мясо. Пришло время обеда, и Диана попросила Фила положить отбивные на гриль. Он внезапно вспомнил, что они по-прежнему лежат в морозилке — твердые, как камень. Слышали фразу «Если бы можно было убить взглядом…»? Диана не могла сказать того, что хотела. В присутствии гостей она была вынуждена держать себя в руках. Диана вложила все, что не могла выразить словами, в свой взгляд, а позже вечером, когда они с Филом остались одни, высказала все, что думала.

Серен Кьеркегор сказал, что обида — это «основной принцип» современности; это еле сдерживаемый гнев, вызванный неудовлетворенными желаниями. Мы подавляем их, но лишь до тех пор, пока они не вырвутся на свободу на работе или дома во вспышке негодования. Сила этого гнева редко соответствует масштабу вызвавшего его события. Сегодня вечером за ужином я накричал на своего пятилетнего сынишку Люка, потому что он выказал неуважение своей маме. Но действительно ли это послужило причиной столь сурового выговора? Не служат ли события подобного рода спусковым механизмом, выпускающим на волю наше разочарование, которое по большей части мы притворно скрываем? Мы стараемся уйти от боли, которую несет с собой желание, пытаясь подавить его, но оно не исчезает. Оно прорывается каким-то иным образом.

Итак, мы вступаем в гражданскую войну с желанием. Ужас, который несет с собой эта война, нельзя сравнить с испорченным ужином или мелкими семейными неурядицами. На алтарь нашего гнева и ярости, которые годами копятся от неудовлетворенных желаний, мы готовы принести все что угодно — супружеское счастье, чувство собственного достоинства наших детей и даже чью-то жизнь. В те самые мгновения, когда товарищи Кракауэра боролись за свою жизнь на южном склоне Эвереста, три индийских альпиниста, пытающихся покорить гору с северо-востока, были застигнуты бурей. Они не смогли спуститься обратно и провели ночь без укрытия на склоне горы под свирепыми порывами снежной бури. На следующее утро два японских альпиниста совершали восхождение по той же тропе и натолкнулись на чуть живых индийцев. Но они даже не предложили им помощи — ни еды, ни питья, ни баллонов с кислородом. Они не сказали им ни слова, просто обошли и устроили привал в нескольких метрах от них. Японцы добрались до вершины, а затем, на обратном пути, снова прошли мимо индийцев, обрекая их тем самым на смерть.

Иисус не зря указал на похоть и убийство как на пример того, что происходит, когда желание, скрытое в нашей душе, становится безумным. Он знал, на что способно наше отчаявшееся сердце, когда желания вступают в конфликт друг с другом. Он знал, до чего мы можем дойти в попытках утомить свой духовный голод. Ведь битва желаний затрагивает не только наши отношения с окружающими, она разворачивается внутри нас.

Однажды мне позвонил Джереми и попросил о встрече, чтобы поговорить о своих «небольших финансовых проблемах». Конечно, я сказал, что смогу уделить ему час в субботу. Я думал, что он хочет одолжить у меня немного денег. Но когда я увидел его лицо, то понял, что часа определенно будет мало. Небольшая финансовая проблема Джереми состояла в том, что он снял со всех кредитных карт, которые у него были, огромные суммы, после чего его общий долг составил несколько тысяч долларов. Если добавить к этому, что в то время он был без работы и совершенно не представлял, каким образом сможет отдать такой огромный долг, можно представить, в какой панике он находился. «Какое несчастье! — сказал я. — Как же это могло произойти?» Рассказ Джереми потряс меня еще больше, чем сумма его долга. Он на неделю забронировал себе номер в пятизвездочном отеле. Представившись богатым доктором, Джереми развлекался с разными женщинами — «охотницами за сокровищами», покупая их благосклонность щедрыми подарками и изысканными обедами. Под конец этого воображаемого путешествия на сказочный остров он потерял покой и около десяти тысяч долларов.

Я никогда не поверил бы в эту историю, если бы ее не рассказал мне сам Джереми, готовый расплакаться от стыда и сожаления. Он тихий и непритязательный мужчина, полная противоположность всяким жиголо и вертопрахам. Никто и представить не мог, что он способен на подобные вещи. Вот тут и возникает вопрос: «А на что мы вообще способны? Осмелимся ли мы когда-нибудь хотя бы приблизиться к осуществлению своей мечты?» Возможно, мы не зайдем так далеко, но мы знаем, что внутри нас сидит ненасытное чудовище. Годы жизни в этом безразличном и зачастую враждебном мире рождают в нас глубокое чувство растерянности. Однажды мой друг спросил меня: «Насколько важно для нас удовлетворять свои желания? Я спрашиваю, потому что у меня заметный избыток желания, но иногда оно сбивается с пути и находит выход в странных и безнадежных преследованиях малолеток или еще в чем-нибудь подобном».

Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Итак, я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием, но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих.