Как спалось?
Ева одарила его красноречивым взглядом и стартовала.
— Что делаешь сегодня вечером? — усмехнувшись, побежал он рядом.
— Ничего особенно, — предвкушающе улыбаясь, — готовлюсь стать матерью. Есть другие предложения?..
Жаль, она не смогла увидеть его потрясенного лица. Но сам факт, что парень сбился и отстал, говорил о том, что тот в шоке и больше к ней не пристанет…
Глава 5
Ева зависла у витрины, разглядывая крошечные распашонки, платьица и ползунки. Взгляд цепляли именно красочные розовые вещи, и она с нежностью рассматривала каждую деталь.
Девочка. Определенно точно ей хотелось иметь дочь. Маленькую принцессу, которую она прекрасно воспитает. Сильной, уверенной и достойной. Так, что никто не сломает ее, не навяжет своих взглядов, не заставит поставить себя ниже.
— Ева, ну опять? — Тома потянула ее за рукав, оттаскивая от вожделенных стекол. — Мы выбираем вечерний наряд, девушка! Ты обещала мне помочь!
— А я что делаю?
— Бессовестно пялишься на детскую одежду, пока я предпринимаю очередную попытку продемонстрировать тебе свой выбор. Я обошла уже три бутика, пока ты здесь стоишь, — с неподдельным укором.
Ева охнула, виновато потупив взор. Неужели созерцание захватило ее на такой долгий срок?..
— Пошли уже, нам еще столько магазинов нужно посетить…
— Ты решила пойти до победного и не оставить без внимания ни один уголок торгового центра? — девушка слабо улыбнулась, удрученная данной перспективой.
— Я впервые иду на такой вечер, мне нужно выглядеть соответствующе. Вардгес сказал выбрать что-то строгое и утонченное. Я сроду такого не носила.
Ева попыталась воскресить в памяти образы подруги, и в конечном итоге поняла, что та права — ее стиль был далек от требований этикета на данном мероприятии.
Последующие два часа Тома использовала ее в качестве критика программы «Модный приговор», заставляя придирчиво оценивать каждую выбранную вещь. Это было и весело, и изматывающе, но в конечном итоге им удалось выбрать целых два платья. Девушка с улыбкой наблюдала за довольным лицом подруги, пока они шли по направлению к выходу.
Внезапно зазвонивший телефон заставил обеих затормозить. После короткого разговора Тамара хмуро оповестила:
— Завтра на прием я иду с его родителями, представляешь? У него не получается.
Ева сочувственно вздохнула, представляя, как той будет скучно среди старшего поколения.
— А, может, ты сходишь со мной?.. — поступило предложение, повергшее ее в ступор. — Ну, правда, Ев, с тобой мне будет легче. Там приглашение на четыре персоны, я скажу ему.
— Том…
— Не отказывайся, пожалуйста, ты хоть подскажешь, как себя вести, раньше ведь часто бывала на таких вечерах…
Подруга осеклась, поймав взгляд девушки.
— Прости, — поспешила исправиться. — Просто мне одной там будет дико.
Они уселись в машину, и Тома плавно вырулила с парковки, сосредоточенно глядя на дорогу.
— Перестань хмуриться, все в порядке, правда, — Ева слабо улыбнулась, нарушая сложившуюся тишину. — Пойду я с тобой, успокойся…
Долгое время салон был наполнен гнетущей тишиной, нарушаемой только манипуляциями с педалями и выкручиванием руля. Искусственная кожа под пальцами водителя поскрипывала на поворотах, привлекая внимание. Девушка пытливо глядела на подругу, по сжатым губам понимая, что ей есть, что сказать. И та, наконец, сдалась:
— Ева, черт! — словно крик души. — Что может быть в порядке? Ты родителям сообщила, что собираешься стать матерью-одиночкой в двадцать шесть лет, а? Думаешь, они будут в восторге? Этого хотели для старшей дочери? Что, такая смелая? Тогда сделай это естественным путем! Хоть удовольствие получишь! Или предпочитаешь жмуриться, пока в тебя будут насаживать сперматозоиды какого-то левого мужика? Которого ты выберешь по детской фотке? Серьёзно?! И всё из-за этого урода?!
У Евы отнялся язык после такой пламенной речи. Обида просочилась в каждую клеточку существа, заставляя горло сжиматься от удушливых спазмов. Нет, она понимала, что Тома переживает. Но откуда столько негатива? Почему такое неприятие её решения исходит от лучшей подруги, в лице которой она хотела видеть верного союзника?
Автомобиль остановился у подъезда, и ей нужно было выходить.
— Извини, — глухо прошептала Тамара, — извини, ладно? Бесит, что всё время надо следить за языком — как бы ненароком не напомнить о нём. Тебе давно следует избавиться от его присутствия в своей жизни. И начать с паспорта.
— Ты лучше всех знаешь, что я дала обещание его матери. Хотя бы ты не изводи меня, Том. Пожалуйста.
Голубые глаза подруги наполнились гневом, а полные губы снова сжались, будто сдерживая очередной порыв.
— Его мать такая же наглая эгоистка, как и её сыночек. Ева…а… Да, ладно. Всё равно не станешь же меня слушать. Иди. Спасибо, что сходила со мной. Завтра не надо себя мучить, я справлюсь сама.
Ева тяжело вздохнула и взялась за ручку. Пусть в ней и плескалась обида, но подвести Тому она не хотела.
— Я пойду. Заедешь за мной, когда сама будешь готова.
Девушка вышла и легкой поступью вошла в здание элитной многоэтажки, где уже на протяжении трех лет проживала одна в огромной квартире. Коммунальные счета и обслуживание исправно оплачивались, но не ею. Хозяином.
О котором она попросту не хотела думать.
* * *
Звон бокалов, приглушенная мелодия и гул сбивчивых разговоров с разных сторон окунули её в последние годы студенчества, когда статус обязывал находиться на подобных мероприятиях. Потому что она всегда была «+1».
Ей и тогда хотелось куда-нибудь спрятаться от настойчивых расспросов, любопытных взглядов и насмешек, которыми сопровождалось пребывание на этих вечерах. Что же говорить о теперешнем состоянии? Ева явно чувствовала себя не в своей тарелке, и даже не в своей кастрюле.
На самом деле, ничего с прошлого века не изменилось в этом плане — у богатых людей свои причуды, и игра в благотворительность — одна из них. Концерт в поддержку детей-инвалидов должен был начаться к восьми, и заранее съехавшиеся пунктуальные гости коротали время в хорошо организованном фойе, где были размещены напитки и закуски.
Ева взяла только воду и отделилась от толпы, изучая стенды с информацией. Программа была бы интересней, если бы ей было знакомо хотя бы одно имя из большого списка выступающих. Но они все были незнакомы. Мир российского шоу-бизнеса — не её конёк, однозначно.
Тома, как ни странно, влилась в находящийся в помещении бомонд. Зря только тушевалась. В отличие от самой Евы, та точно в посторонней помощи не нуждалась. Её представляли всем как будущую жену Вардгеса — наследника сети автомобильных салонов, парочка из которых содержала эксклюзивные ретро-модели. Странно, что такие разные люди смогли сойтись. Тома — жгучая и бесшабашная бестия, у которой язык без костей, и он — спокойный
