А, ну да, ну да. Ты, как всегда, прав. Иногда такое чувство, что я с папашей разговариваю или со старшим братом.
— К тому же ты ему не подчиняешься, и никакой власти он над тобой не имеет. Это у нас он командует, но, как я и сказал…
— Поговоришь с ним, да? Было бы круто. А вообще, ну его на хрен, да?
— Согласен. Давай не будем вспоминать неприятные вещи.
— Да, давай лучше вспомним что-нибудь приятное, — Полина поставила бокал на журнальный столик и, сев вполоборота, стрельнула кокетливым взглядом. — А помнишь, как ты меня поцеловал в бункере?
— Как такое можно забыть? Хочешь повторить? — не дожидаясь ответа, я придвинулся к ней, притянул за талию и прильнул к её губам.
Полли тоже охотно приблизилась, постаравшись прижаться ко мне как можно сильнее. Мы полностью отдались поцелую и долго так сидели, не отрываясь друг от друга. Мои руки ласкали талию девушки, бёдра и грудь через одежду, распаляя и моё желание, и её.
— Если честно, я немного волнуюсь, — призналась Полли, когда мы прервались. — Наверное, надо ещё выпить.
— А мне кажется, тебе хватит. В чём причина твоих тревог? Если не хочешь продолжать, можешь пойти к себе.
— Нет-нет, я не хочу никуда уходить. Просто… Как тебе объяснить… Просто у меня это в первый раз, — выпалила Полли и, заметив удивление на моём лице, добавила. — Слушай, но я же в благородной семье росла. Со мной постоянно охрана таскалась, если приходилось на вечеринку ехать или ещё куда. Наша семья старых традиций придерживается.
— Не хочешь нарушать традиции?
— Э, я так не говорила!
— Тогда пойдём в спальню. Там нарушать традиции приятнее, — я встал и поднял Полли за руку. Девушка снова оказалась в моих объятиях. И мы двинулись в направлении спальни.
* * *
Выехали очень рано, в пятом часу утра. Захар вёз нас с Полли на моём «Алтае», за нами следовал минивэн с ещё одним охранником, с которым шофёр должен был поехать обратно. Внедорожник я собирался оставить себе. Машина могла пригодиться. Но сидеть целый день за баранкой мне было неохота, поэтому я взял сопровождение.
Полли полдороги спала, положив голову мне на колени, да и сам я вздремнул. Этой ночью мы глаз не сомкнули: то предавались любви, то просто лежали и разговаривали. Полли так не хотелось, чтобы всё заканчивалось, но на улице рассвело, и пора было отправляться в путь.
И вот опять за окнами машины зеленели леса и поля, а длинная серая полоса дороги, по которой мне не так давно уже доводилось проезжать, тянулась за горизонт.
В Томске мы сделали остановку, поели в первом попавшемся кафе. Оставив Полину за столиком, я вышел на улицу и позвонил Свете. С сестрой давно не общался. Было интересно, как она там. Для этого, правда, пришлось купить новый телефон с сим-картой, поскольку старый вместе с остальными вещами лежал на складе сто пятьдесят пятого форта. Мне их ещё предстояло забрать.
— Алло, княжна Озёрова слушает, — ответила Света немного резким тоном.
— Привет, сестрёнка, — сказал я.
— Лёша? Это ты⁈
— Нет, мой двойник. Конечно, я!
— Ты так долго не звонил. Я от тебя в прошлом месяце письмо получила и всё, молчок. Думала, ты вообще про меня забыл.
— Так я же написал, связи нет. Форт находится далеко от города, и телефон там не ловит. А тут на денёк домой получилось вырваться, ну думаю, надо позвонить, а то сестрёнка совсем заскучала.
— И опять на месяц пропадёшь? — в словах Светы чувствовался упрёк.
— Постараюсь звонить почаще, но и ты должна понимать, здесь — не курорт. Где-то связи нет, где-то другие проблемы.
— Жаль, что так. Ну ладно, рассказывай давай, как там на границе, страшно?
— Всякое случается, но если честно, не очень. За месяц были лишь две атаки, и обе мы отбили.
— Когда же ты меня уже увезёшь отсюда. Там у вас что-то интересное, а здесь мне постоянно приходится общаться с этой ужасной семейкой! Меня от всех их уже тошнит! Представляешь, сегодня к нам приезжали Долгоруковы, так Ирина потом мне плешь проела. Всё ей не так! Не так поздоровалась, не так вилку держала. Но я умею держать вилку! А эта змея просто придирается к каждому моему шагу!
— Могу себе представить.
Света не останавливалась. На меня бурным потоком полились жалобы на отца, на мачех, на сестёр. Видимо, я оказался единственным человеком, кому Света могла высказать всё, что накопилось на душе, и она спешила воспользоваться моментом.
— Не бросай меня здесь, ладно? — напомнила сестра.
— Когда придёт время, ты уедешь, но надо понимать, что здесь тоже не всё так просто.
— Ну что опять? Ты же обещал.
— Есть люди, которые хотят убить меня. Вначале я должен разобраться со всеми проблемами.
— Да мне всё равно. Я готова на что угодно. Лучше на границу пойду, чем буду жить здесь.
— Мой приоритет — это твоя безопасность, — строго сказал я. — И ты останешься дома столько, сколько потребуется.
— Ну Лёш…
— Света, никаких возражений я не принимаю. Вначале улажу здесь все дела, потом займусь твоим переездом.
В трубке повисло молчание, а потом Света вздохнула:
— Ну ладно. Но ты обещал! Если нарушишь обещание, никогда больше с тобой не буду разговаривать.
Я улыбнулся такой «страшной» угрозе. А тем временем Полли уже вышла из ресторана и, скрестив руки на груди, стала наблюдать за мной. Она знала, что я звоню сестре, скрывать это не видел смысла. Более того, ночью в перерывах между сексом, когда речь зашла о нашей родне, я рассказал и про Свету, и про то, что хочу позаботиться о ней и избавить от давления семьи.
Однако пора было двигаться в путь.
— И я сдержу слово, — вновь пообещал я. — Ну всё, сестрёнка, мне пора. Ещё созвонимся.
— Пока, — печально проговорила Света. — Буду ждать.
С переездом Свете торопиться не стоило. Понятное дело, она хочет сбежать от отца. Да кто бы ни хотел на её месте! Вон, даже Полли ушла из дома. И всё же вначале я собирался решить проблемы в Первосибирске и очень надеялся, что приступлю к этому уже осенью после того, как разберусь со служебными вопросами.
