арок. Намек был понятен. Кто-то с ходу бросился в них и исчез. Не всем людям арки позволили пройти. Я наблюдал, как одна хрупкая девушка бросилась к другой, но гладь перехода осталась безучастна. Девушка била руками, кричала и рыдала, но боги, что придумали это безумство, остались равнодушны.
Словно насмехаясь, подошла группа мужчин и оттолкнула ее, спокойно пройдя в арку. Постепенно люди втягивались и исчезали. Я тоже поспешил, потому что голос внутри нашептывал, что все еще можно убивать последователей и этим могут воспользоваться.
Уходил я в смешанных чувств.
Ведь получается, каждому из нас этот проход оплатили десять тысяч человеческих жизней.
***
Когда делал шаг в арку, подспудно ожидал, что выйду где-то с другой стороны. Но что-то пошло не по плану.
Я отключился. Провалился в темноту.
А потом раз, и снова включился, ощутив разом множество неприятных ощущений. Не так, как в первый раз. Тело не ломило, я легко пошевелился, но на этом приятные стороны моего пробуждения закончились.
Я очнулся в грязи, замерший и захлебывающийся. Дернулся, попытался подняться и поскользнулся, снова окунувшись лицом в лужу.
Да-да-да. Я сначала пробудился, испугался до ужаса, что тону, попытался выбраться, поскользнулся и извалялся ещё сильнее, кое-как продрал глаза, огляделся и… Только после того, как дошло, что это всего лишь лужа, а не бесконечный океан, что утонуть тут можно исключительно по тупости… Вот только после этого, выбравшись из лужи и чуть придя в себя, я и пришёл к выводу, что в целом это пробуждение неприятно, но предыдущие было куда хуже.
На этом позитивные мысли закончились.
Очнулся я в лесу. Со всех сторон окружали обычные в общем-то деревья, с широкими стволами. Стояли они не особо часто, поэтому я более-менее видел, что происходит вокруг. Где-то на горизонте впереди маячили горы, плохо различимые. С других сторон лес был куда гуще, поэтому я и не видел, что там дальше.
Судя по темноте, сейчас вечер. Не совсем ночь, потому что какая-то видимость сохранялась. Насчёт солнца я ничего не мог сказать. Небо было серым, полным туч.
Самых обычных, привычных, узнаваемых туч, в которых я ничего неправильного не заметил.
В тот момент я был не в себе, но понял это сильно позже. Оказавшись в ночном лесу, в неизвестном месте, перед этим записавшись в кружок почитателей кровожадного божества, надо думать совсем о другом, не о тучах. Впрочем, кое-что полезное в этих наблюдениях имелось.
Хотя как полезное. Неприятное. Ухудшающее и без того паршивое положение.
С неба капал мерзкий и холодный дождь.
Когда я очнулся в прошлый раз, моя одежда тоже была мокрой и холодной. Последовавшая за этим пробежка помогла согреться, но потом, когда я пережидал ночь, успел замерзнуть. Сейчас же и вовсе чувствовал холод в полном объёме и стучал зубами.
Постепенно я всё больше осознавал, в насколько плохой ситуации оказался. Постепенно уши улавливали новые звуки. Шум ветра в лесу. Скрип веток. Прочие подозрительные звуки, которые не удавалось определить.
Как вылез из лужи, направился к ближайшему дереву с густой кроной. Так меньше лило сверху. Да и от ветра какая-никакая защита. Я потирал ладони, а потом и вовсе начал махать руками, разгоняя кровь по мышцам.
Вскоре мне удалось успокоиться.
Отбор людей был всего лишь прелюдией. Сейчас начинается главная игра, а значит, хандрить и много думать отныне непозволительная роскошь.
Когда послышались чужие голоса, я наметил для себя план действий. Пережить ночь, согреться, разобраться, что происходит. Отдельным пунктом стояло избегать людей. Поэтому было вдвойне неприятно услышать чужие голоса.
Испачканный в грязи, я сливался с деревом. Присев прямо среди камней, постарался расположиться так, чтобы меня не было видно. Не самая удобная поза, из такой быстро не вспрыгнешь, но и бежать куда-то в ночном лесу мне не показалось хорошей идеей.
Я ничего не помнил из прошлой жизни, но за время испытания кое-что понял на примере других людей. Потеря контроля и суета — верный путь к смерти.
Поэтому замираю и жду.
Голоса приближались, и наконец из темноты вынырнули четыре фигуры.
Всё же ночь пока полностью не наступила. Какие-то отблески света падали на лица людей. Я узнал тех, кто оттолкнул девушку и прошёл внутрь арки. Неприятные типы. От них точно ничего хорошего не жди.
Как назло, в этот момент вдалеке прозвучал гром, а следом за ним ударила молния, на секунду освещая лес. Я прикрыл глаза, чтобы их никто не увидел. Лицо-то в грязи, его так просто не разглядеть.
— Да чтоб его! — выругался один из четверки. — Будь проклят этот дождь!
Когда сверкнуло, он поскользнулся и упал прямо в грязь, извозившись, поэтому и ругался.
Повезло мне. Это отвлекло остальных, и они посмеивались над неудачниками, не смотря в сторону моего дерева.
Поднявшись, этот мужчина постарался обтереть руки о ближайший ствол, но не преуспел.
— Слышь, ты не ори, а то мало ли, кто здесь есть, — сказал второй мужчина, у которого был накинут на голову капюшон.
А он умный, как посмотрю. Секунду назад громче всех заржал, а сейчас об осторожности вспомнил.
— Да пошел ты, — огрызнулся упавший. — Я и так в одной футболке иду, а тут еще этот чертов дождь.
— Сам дурак, — ответил ему третий. — Не хер было соваться за арку в пляжном прикиде.
— Да кто же знал, — буркнул мужчина, отстав от дерева и смирившись с тем, что идти дальше так. — Пожрать бы лучше. А то сутки без еды — это жесть.
— Зато напиться можно, — третий из группы поднял лицо к небу и открыл рот, хватая капли.
— Может она отравлена.
— Тогда все сдохнем.
— Эй, заткнитесь. Смотрите, здесь чьи-то следы.
— Где?
Следы? Они что, заметили мои следы?
В этот момент я понял несколько вещей. Первая — если бегать я умел, то прятаться нет. Вторая — ещё я не умел думать наперед, просчитывая последствия своих действий. Ну вот кто мне мешал подумать о следах!
О заметных отпечатках моих кроссовок, оставленных прямо рядом с лужей. С большой, длинной лужей, в которую и рухнул тот, что в футболке!
Что мне мешало отойти подальше?!
Ничего, кроме растерянности и непонимания, как вести себя в таких ситуациях.
Третье, что я понял, буквально прочувствовал всем нутром, — это то, что меня сейчас обнаружат и поймают. После чего отберут куртку и изобьют. И это, боги мне свидетели, будет самым благоприятным вариантом! На который рассчитывать не стоит.
Осознав это, я вылез из корней. Хорошо, что хватило ума расположиться в другой стороне от голосов, когда их услышал. Точнее, немного с краю — так уж были расположены корни. На карачках я прополз за ствол дерева, поднялся и сорвался с места, услышав крик сзади:
—
